Не делая слышать ее «интерТРЕПАцию событий», как говорит Чуня, зашагала прочь.
— Не обижайтесь, Эффи, — догнавший меня Льюис улыбнулся, когда мои каблучки достучали до беседки, увитой пышными гроздьями сиреневой глицинии. — Сестра остра на язычок, но она не злая. Вредная и колючая временами, вспыльчивая, взбалмошная — сплошная зараза, иными словами, но точно не воплощенное зло в корсете.
— Она не обязана без памяти в меня влюбляться, не переживайте, я это понимаю, — вдохнула сладко-медовый аромат цветов, схожий с запахом сирени, и вспомнила нашу лавку, вечно благоухающую.
Вернее, не нашу. Теперь она принадлежит Тюрингам. И на кой она им сдалась, спрашивается, они же бакалейщики. Еще одна тайна. Вот вся моя жизнь такая, загадка на загадке и загадкой же и погоняет!
— Верно, влюбляться в вас без памяти — это прерогатива Сэйна, — дракон подмигнул. — Что он и делает. Никогда ранее не видел его потерявшим разум от девушки!
— Спасибо, — щеки предательски порозовели.
Вынуждена признать, слышать такое приятно, несмотря на то, что на самом деле жених явно не горит желанием жениться. Судя по разговору с другом, у него совсем иные планы относительно своей истинной.
А мне надо не в обидах и любви утопать, а делать то, что задумала.
— Скажите, Льюис, — посмотрела на парня, перейдя к «допросу». — Кулон, который носит Сэйндар, половинка, откуда он взялся? — улыбнулась и, чтобы замаскировать неожиданный интерес, прикрыла его совсем иными побуждениями узнать правду. — Это подарок какой-то девушки? — люди всегда охотно верят в ревность.
— О, нет, что вы, Эффи! — тот рассмеялся, проглотив наживку. — Таких девушек в жизни моего брата не было. А кулон, — наморщил лоб. — Да, с ним что-то связано, определенно, Сэйн носит его, не снимая. Но подробностей не знаю, простите. Он не из тех, кто любит откровенничать.
Как жаль. Сама не люблю болтунов, но тут несловоохотливость жениха играет против моих интересов и любопытностей.
— Помню только, что это половинка какого-то символа, — добавил мой источник информации. — У брата есть книга даже о происхождении то ли рун, то ли знаков подобных. Он этим увлекается. А я, прошу прощения, ничего в том не смыслю.
— Надо спросить его самого, — улыбнулась, заканчивая разговор. — Так и сделаю. А теперь, простите, навещу сестру. Узнаю, как у нее дела.
Вернулась в дом и поднялась на верхний этаж. Да, Роза жила не там. Зато именно тут располагались покои жениха. В них я и собиралась наведаться. Становлюсь заядлой врушкой. Видимо, готовлюсь вписаться в пресловутое высшее общество. Шутка. Нечего мне там делать. И я им не сдалась ни на какое место. На горячую сплетню сгожусь только, не более того.
Тяжелая дверь из мореного дуба недовольно заскрипела, пропуская незваную гостью. Внутри царила простота и элегантность. Они подчеркивали друг друга темными оттенками, летящими линиями мебели и отсутствием украшений, росписи, роскоши. Никаких финтифлюшек, даже картин нет. Сразу видно, мужское логово. Тот случай, когда сурово и со вкусом.
О, дракон любит читать! Меня, заядлую почитунью, первым делом приманил к себе книжный шкаф во всю стену, до самого потолка. Рядом стояла стремянка. Розочки-мимозочки, сколько же тут томиков! Глаза пробежались по корешкам с названиями. Недооценила задачу, признала вынужденно. Тут книгу о символах можно весь день искать!
Глава 29
Занятая девушка
Подошла к столу, провела кончиками пальцев по гладкой прохладной поверхности. Полный порядок — отметила, увидев ровные стопочки книг и бумаг, целую башню из папок с трогательными завязочками и рядком, будто солдатики на параде, лежащие канцелярские принадлежности. Прикоснулась к пузатой чернильнице, погладила заточенное перо, представив, как оно смотрелось бы в красивых руках жениха.
Обошла с другой стороны, взяла со спинки стула черный кафтан. Нос уловил запах Сэйндара — настоящий мужской, с тяжелыми нотками сандала, горчинкой можжевельника и едва уловимым мазком-шлейфом ванили. Ему он идет, подчеркивает характер, скрывающий такие глубины, что нырнешь — утонешь. Но они искушают, манят, зазывают, будто сладкоголосые сирены…
Так, о чем я вообще думаю? Одернула себя, прошла в спальню. Те же темные тона, но чуть мягче. Толстая книга на прикроватной тумбочке привлекла внимание. Взяла в руки, раскрыла. Увидев рукописные строчки, прочла несколько и поняла, что это дневник. Захлопнула тут же, густо покраснев. Даже если лорд Террара не лучше своего друга Кирка, я должна уважать его личное и уж тем более не совать нос в дневники дракона, это гнусно!
Да где же эта книга о символах? Огляделась. Там еще три комнаты! Ох уж эти чешуйчатые! Вот на кой ляд им, спрашивается, столько пространства? Бедные слуги, тут прибирать утром начнешь, к вечеру закончишь, и можно заново тут же начинать! С другой стороны, люди обеспечены работой, это же…
Мысль оборвалась — шагами, звук которых донесся до слуха, заставив нутро заледенеть. А если это Сэйндар?
Взгляд заметался, как мышонок, угодивший в яму-ловушку. Может, всего лишь кто-то мимо проходил? Наивно спросил разум, цепляясь за столь же наивные надежды. Но через несколько секунд щелкнула ручка в двери, которая не замедлила заскрипеть.
Что же мне делать?..
Сэйндар
— У нас гости, господин, — шепнул Урри, когда, вернувшись домой, я подошел к двери в свои покои.
— Знаю, — ответил с усмешкой.
Наивность Эффи меня позабавила. Она всерьез рассчитывала на то, что я не узнаю о ее визите? Впрочем, если честно, нисколько не обижен. Напротив, душу греет ее интерес, пусть и воплощенный так. Но особенно интересно, что будет дальше.
Не торопясь, вошел в покои. Сердце екнуло, когда уловил цветочный флер, плывущий в воздухе. Аромат моей Эффи всегда сводил с ума и рождал улыбку. Но где же сама рыжая бестия? А, понятно.
Прошел в спальню, распахнул дверцу шкафа, где сидела ненаглядная. Будто не видя ее, спокойно повесил туда кафтан, закрыл дверцу и отошел к столику с напитками, едва сдерживая смех. Выражение ее лица мне никогда не забыть!
— Ты… — шкаф снова раскрылся, выпустив гостью на свободу. — Ты меня что, не заметил?
— Почему же, заметил, — обернулся и сделал глоток, любуясь парадом чувств на лице невесты.
— Но почему же тогда?.. — не договорила, хмурясь.
— Ничего не сказал? — помог ей.
— Ну, да.
— Не хотел мешать, — допил воду и поставил стакан на столик. — Подумал, раз ты сидишь в шкафу, значит, у тебя там какие-то дела. Несомненно, важные. Зачем тревожить занятую девушку?
— Вот ведь геккон!.. — поняв, наконец, что я откровенно издеваюсь, выдохнула Эффи со смущенным смешком.
— Дракон, вообще-то, — уточнил с легкой ноткой обиды и присел на край столика, ожидая, что будет дальше.
— Врать или правду сказать? — пробормотала девушка, покраснев и глядя на меня исподлобья.
— Правда всегда лучше, — шагнул к ней, притянутый будто магнитом. — Тебе нет причины врать жениху.
— Жениху, — эхом повторила она, и смятение ушло из прекрасных глаз.
Взамен их наполнила грусть. Почему? Теперь уже я нахмурился. Женщин так сложно понять. Раньше не особо и старался. Тем более, что тетя Фэйт в том возрасте, когда может сама объяснить, где и в чем я не прав. А Луиза предпочитает тренировать женские навыки на субъекте попроще — портит мозг Льюису и кокетничает с Кирком, но последний не настолько глуп, чтобы попасться в сети юной кокетки, которая еще вчера самозабвенно играла в куклы. Эта акула держится подальше от ловушек и плодит бастардов с послушными любовницами.
А вот с Эффи у меня полный провал. Я чувствую ее, такую родную, что будь моя воля, вообще не отходил бы от девушки. Обнял, сел у растопленного очага, прижимая к себе, и просто блаженствовал, закрыв глаза, ощущая главное — она рядом.
— Что не так? — шепнул, ловя отведенный взгляд. — Расскажи.
