Барон Дубов 13 (СИ) - Капелькин Михаил

— Я не буду этого делать! — перекричал я гомон. — Ведь у меня есть доказательство получше.

— И какое же? — с усмешкой спросило цветное пятно Тарасова. — Уж не бред ли выжившего из ума старика рода Кан? Последний Моги Кан… Вы ещё и его род хотите опозорить?

— Помните, князь, когда я сказал вам, что дворец султана разрушен? — медленно начал я, выходя вперёд. Из-за верхушек деревьев так же медленно выползло солнце и нагрело мой затылок. — Я солгал. Моё доказательство — не просто бред последнего Моги Кана… Кстати, он не был последним в своём роду. Его правнук выжил. И я принёс кое-что получше бреда. Я принёс целый кристалл этого бреда!

Со злобным хохотом я призвал из кольца на зубе шкатулку с тем самым голубоватым кристаллом, одним движением раскрыл её и бросил к ногам Тарасова. Два телохранителя в чёрных костюмах кинулись наперерез и закрыли собой князя, но… ничего не произошло.

— И это всё? — обиделся один из них. — Мог бы хоть гранату кинуть. А то обидно даже.

— Я же говорил… — торжествовал Тарасов, но я ощущал, что он ещё боится. — Ничего, кроме бреда.

Я уже сам начал волноваться, сработает ли артефакт Моги Кана (видимо, Тарасов знал имя старика, а я забыл вот поинтересоваться). Да и тишина как-то затянулась. Но вдруг кристалл вспыхнул энергией, видимой только мне, а затем взлетел в воздух и начал вращаться вокруг своей оси, быстро разгоняясь.

Теперь его голубой свет стал виден всем. Вокруг него воздух пришёл в движение и стал закручиваться сильный вихрь. Он поднял с земли хлопья снега и стал хлопать одеждой и брезентом палаток, срывая шапки с людей, эльфов, гномов и перья — с орков.

Через пару секунд из вихря выстрелили сотни голубых лучей. Они шарили вокруг, утыкаясь то в одного человека, то в другого.

Тарасов попытался тихо уйти, но на его пути встали люди Билибина. Телохранителей Тарасова повалили в снег, потому что они рыпнулись на защиту своего господина.

Тонкие лучи вращались и мелькали с бешеной скоростью и глухим гулом, но затем начали объединяться друг с другом, пока не остался всего один луч. Он уткнулся в Тарасова, толстый и подрагивающий от скрытой в нём силы, и покраснел. Красный свет залил всё вокруг, на миг затмив даже солнце. Люди зажмурились, а мне не пришлось. Нечего зажмуривать ещё было.

А затем я увидел правду. Все увидели. Красный луч иссяк, выдав всю магию в Тарасова. Тот задрожал, как воздух над раскалёнными асфальтом, а через миг взорвался. Красные потоки с ужасающей силой бросились от него во все стороны сразу, повалив людей, как метеорит — деревья. А Тарасов закричал. Сперва как человек, но вскоре тембр изменился и превратился в рёв чудовища.

Кожа князя лопалась, словно высохшая краска, облуплялась и клочьями падала на снег, а под ней появлялась уродливая плоть. Серая с чёрными прожилками кожа, плотная и склизкая. Голова неправильной формы больше напоминала какую-то ящерицу с длинной пастью и острыми зубами. А сверху — костяной гребень с шипами. Из плеч выросли щитки из костей с натянутой между ними кожей. Вверх также торчали метровые, острые шипы. Да и сама тварь быстро прибавляла в росте. Два метра, три, четыре метра в высоту! Руки длинные и худые, но под кожей виднелись жгуты мышц. Пальцы длинные и узловатые с острыми когтями, а из запястий выросли длинные клинки из чёрного стекла. Из копчика появился хвост с кончиком тоже из стекла Саранчи. Длинные ноги больше напоминали лягушачьи лапы. За одним исключением. Ага, чёрные когти.

— Вот он… Истинный облик Тарантиуса, — сказал я.

Тварь огласила окрестности страшным рёвом и взорвалась магической аурой. Она оказалась сильна, как ураганный ветер, и затолкнула выдох обратно мне в глотку. А многим, кто был здесь, стало просто смертельно плохо. Билибин упал на колено, Кремницкая упёрлась руками в ноги и опорожнила желудок.

— Как же он отвратителен… — шепнула она, вытирая губы.

Те, кто был посильнее, лучше пережили явление Тарантиуса, но и им было не фонтан.

— Р-р-р… — тихо зарычал Альфачик, занимая позицию рядом со мной.

Гоша тоже угрожающе застрекотал. И в его стрёкоте даже будто слышалось: «Отличная выйдет жертва моему новому богу смерти!» Бр-р, мрачняк, короче!

Маленькие красные глазки Тарантиуса остановились на мне.

— Ты… — прошипел он. — Ты сдохнешь, как твой поганый отец! Р-Р-РА-А-А!!!

От его рёва заложило уши, а сам он принялся разрезать лезвиями и хвостом воздух в попытках уничтожить летающие глаза, но было уже поздно. Они всё видели. Запечатлели каждый момент.

— Похоже, мой отец успел стать для вас занозой в заднице, да? — с усмешкой спросил я, ткнув Тарантиусу в лицо револьвером. — Теперь я займу его место.

Я выстрелил сразу несколько раз. Каждая пуля, покидая ствол, била ветром и магическим фоном. От первой Тарантиус закрылся костяным гребнем на голове, от второй одним наплечным щитком, от третьей — другим. Все три его защиты получили сильные повреждения. Тарантиус крутнулся на месте, его хвост со свистом разрезал воздух, а зад тут же получил заряд молнии от Альфачика. Тарантиус подпрыгнул в воздух, нелепо взмахнул руками и нырнул в чёрный провал, на миг мелькнувший в воздухе.

Всё было кончено — я снял палец с курка.

О Тарантиусе теперь напоминали только медленно поднимавшиеся люди. Потихоньку все приходили в себя.

— Теперь вся Империя знает, что Тарасов — Враг, — заключил, встав на ноги, Билибин.

— Да, — кивнул я. — Он сбежал к своему Рою, и теперь дело осталось за малым: прикончить их обоих. И спасти Миту.

— А с этими что делать? — спросил Верещагин, переливаясь, как радуга, и с яростью глядя на тех, кто принял сторону Тарасова.

— Будь моя воля, я бы их всех казнил! — вышел вперёд рычащий Маститов в облике белого Волкодава. — За измену Отечеству! За то, что отвернулись от династии!

— Не нужно, — мягко, но уверенно остановил его Павел. Он прошёл вдоль людей, которые явно потеряли опору внутри себя и жались друг к другу в страхе. — Они оступились, но ещё могут искупить свою вину. — В его голосе появилась властная сталь. Откуда она взялась? Он себе хребет успел пересадить? Не, бред какой-то… — Вы все присягнёте на верность князю Дубову!

Да ё… У меня болото не ре-зи-но-вое!

А эти и начали присягать. Ладно… Польза от них будет.

— Готовьтесь к походу на запад, — громко сказал я. — Собирайте войска, дружины, припасы. Через неделю мы выступаем в Европу.

— Дубов, — подошёл ко мне Паша, — мы с братьями займёмся Питером и Саранчой. Как сможем, присоединимся к тебе.

— Добро, — кивнул я, хватаясь за холку Альфачика. Повернулся к девушкам. — Увидимся в моём поместье. И оттуда начнём поход за Митой.

— А в поместье зачем? — возмутилась Агнес. — Может, сразу в пох…

Маша дала ей лёгкий, но обидный подзатыльник.

— В поместье, чтобы вашу подругу спасти. А то куда ты пойдёшь её спасать? Катя должна знать, где логово этого Тарантиуса.

— А ты откуда знаешь? — потёрла затылок зелёная мелочь.

Я же взобрался к этому моменту на Лютоволка и удивлённо оглянулся. А и правда? Откуда?

Лицо дриады вытянулось и приняло выражение, которое называется «Ой, спалилась!»

Подглядывала, значит⁈

— Ну, прости! Я просто хотела знать, как ты там… — повинилась девушка.

— Отшлёпаю, — погрозил я. — Но потом!

Затем Альфачик, повинуясь моему приказу, с места прыгнул на добрых две дюжины метров, перелетев сразу несколько палаток. В ушах засвистел ветер. Мои глаза не отрывались от точки на горизонте, в которую превратился дирижабль с графиней на борту.

Глава 12

Хоть Альфачик бежал огромными, торопливыми прыжками в полдюжины метров каждый, всё же дирижабль был быстрее нас. «Его Дубейшество» летел прямиком в поместье по воздуху, а нам тут, внизу, приходилось пробираться через густые леса, овраги, ложбины, реки и озёра. Короче, бег по пересечённой местности. Так что судно прибыло на место немногим раньше нас.