Рогатый берспредел (СИ) - Гришанин Дмитрий

Разумеется, на первый взгляд, не было никакого чуда в том, что крылатый бык смог за несколько секунд одолеть разделявшую нас сорокаметровую дистанцию. Так-то Заразе такое пустяшное расстояние на один взмах крыльев. Но! Вот хоть убивайте меня не пойму: как он, вообще, решился слепым взлетать в дождь? И уж совсем необъяснимо: как сквозь шум дождя потом незрячий питомец так точно отыскал меня внизу? И безошибочно перехватил языком аккурат выброшенную в ударе руку?

Меж тем от заразиного языка сперва по руке, а потом и по остальному моему телу, прокатилась ощутимая волна тепла, и я даже как будто различил в окружающем дождливом сумраке сопровождающее живительное тело золотистое сияние. Под воздействием этой дарованной напарником энергетической подпитки одурманенные мозги мои мгновенно встали на место.

И в голову тут же ворвался отчаянный вопль наставника:

Сопротивляйся!.. Ты слышишь меня, Денис?.. Вот так! А теперь медленно опусти эту бандуру вниз!

Мне стало ужасно стыдно, что едва не стал убийцей беззащитного бедолаги, и без того только-только пережившего чудовищное перерождение.

— Спасибо, бро! — прошипел я своему крылатому спасителю.

Сжимающий кисть мягкий «наручник» ослабил хватку. Получив возможность снова управлять рукой, я аккуратно опустил пронзатель острием вниз.

— Муууу!.. — взревел удовлетворенно над головой могучий рогатый летун, перекрыв даже в моменте своим ревом истошные вопли корчащихся от боли жертв.

— О Вечный! Зараза! Молю тебя! Заклинаю! Осчастливь недостойную милостью своей! — вдруг членораздельно заголосила одна их окровавленных жертв — чумазая бомжиха с копной слипшихся от грязи волос — рухнув на колени и просто чудом не сорвавшись, при этом, с высокой стены пятигранника.

— Э-э, ты че?.. — офигел я.

Мой питомец же воспринял происходящее совершенно спокойно. И чудь подавшись вперед, с царственным видом опустил кончик своего многометрового языка на голову бомжеватой просительницы.

Я снова — и уже гораздо ярче — увидел золотистое сияние в дождливом сумраке Изнанки волной сбежавшее вниз с языка по насквозь мокрым лохмотьям бомжихи. Мне почудилось в процессе, что под воздействием золотого цвета мгновенно латаются дыры в одежде и раны на теле несчастной. Преображение оборванки длилось не больше секунды и закончилось эффектным исчезновением цивильно одетой девушки в золотистой воронке портала. Вернее, не совсем девушки. Как не скоротечно было это сотворенное питомцем чудо, я успел разглядеть в процессе острые рожки, мгновенно отросшие на месте старых обломков, скрытых до того под грязной копной волос, тоже стремительно преображенной живительным сиянием от языка пита в красивую стильную прическу. Вот и вышло, что взмолившейся о помощи жертвой оказалась не девушка-человек, а буренка-минотавр. Уж не знаю: каким макаром эта самка минотавра стала зомби и как угодила потом сюда, в толпу нежити, предназначенной для кровавого ритуала? Зато сразу нашлось объяснение неистовой веры несчастной в заразином участии.

Ну да, он же мифический зверь ее народа, — подтвердил мои выводы раздавшийся в голове голос Психа.

— Муууу!.. — похвалился, меж тем, показанным фокусом рогатый выпендрежник.

— Да уж. Крут. Нечего сказать, — шикнул я в ответ.

— Пожалуйста! И меня тоже! Вечный!..

— Зараза! Заклинаю! Спаси!..

— Молю! Не откажи! Вечный!.. — попадав со всех сторон на колени, наперебой заголосили вдруг остальные жертвы оживляющей атаки черепов, скопившиеся на стенах пятигранника.

— Муууу!.. — досадливо проворчал питомец, но язык все-таки на грязные лохмы одного из горлопанов возложил.

Дальше снова случилось секундное преображение мифическим золотистым сиянием оборванца инвалида в цивильно одетого здоровяка с финальным исчезновением в золотом вихре портала. И все это для счастливчика обернулось так же стремительно, как ранее с буренкой.

Разобравшись с первым просителем, заразин язык переместился на следующего. Потом на следующего. И так далее по кругу…

Не скрою, ждал, что после очередного заразиного преображения окровавленного «бомжика», вместо человека, за миг до исчезновения в вихре портала, там вдруг снова появится невероятный минотавр, или представитель какой-нибудь иной экзотической разумной расы. Увы, на первом десятке мифических чудес ожидаемого не случилось. Из раза в раз под чудодейственным языком питомца из жертв возрождались банальные мужчины и женщины. А дальше мне в два голоса намекнули, что череда беспрерывных чудес не будет длится бесконечно:

Первым из прострации меня вывел возмущенный рев пита:

— Муууу!..

И следом подлил тут же масла в огонь невидимка-Псих нотацией в голове:

Действительно. Че-т ты, Дениска, расслабился прям уже лишака… А дело-то, меж тем, все еще недоделано. Силы ж у питомца не безграничны. Он хоть и мифический зверь теперь, но еще едва оперившийся пока. И того гляди сам скоро от истощения наземь рухнет. Тебе ж для дела он нужен полным сил и боевого задора. А отказать в просьбе адептам новым, истово в него поверившим, натура мифического зверя не позволяет. Так что уж не тупи, будь добр…

— Да понял уже, — шикнул обоим «начальникам». И скоренько прикинув: как половчей застопорить закрутившуюся стараниями пита карусель, тут же приступил к реализации немудреного плана.

Пять метких бросков топором — благо, сосредоточенные каждый на своем участки личи совершенно не следили друг за дружкой и позволили мне легко каждого по очереди завалить — и через считанные секунды перед внутренним взором ожидаемо загораются строки победного уведомления:

Внимание! За убийство пяти стражей-личей вам единовременно зачисляется 82524 единицы живы.

С ликвидацией личей, как не сложно было просчитать, сам собой затух процесс оживления зомбаков. Ведь без специфической обработки зомби выпущенными личами черепами, остальные взбирающиеся на стены пятигранника урчуны оставались по-прежнему тупыми вонючими ублюдками.

Зараза скоренько позаботился о последних взывающих к нему о помощи жертвах. Ну и далее все пять граней возвышенности вокруг нас с питом стали постепенно заполняться урчащими вонючками.

Дожидаться, когда скопившиеся вокруг зомбаки начнут толкаться и скидывать друг-дружку внутрь пятигранника на тело альфы, в мои планы, разумеется, не входило. Пора было уже сворачивать весь этот балаган. Потому я скастовал восьмую стойку техники Зеркальный шаг, призывая под свои знамена восьмерку зеркальных двойников.

Сюрприз! Призванные помощники оказались моими человеческими копиями, без доступного для маски погонщика-орка нейтралитета с порождениями Изнанки. Потому зеркальные двойники, едва материализовавшись вокруг меня, немедленно сами превратились в объекты охоты для окружающей нежити. К счастью, для представляющих реальную угрозу достаточно многочисленного отряда рыцарей-скелетов расстояние до центра пентаграммы было достаточно внушительное, и в силу специфики местной конструкции атаковать дружно широким фронтом опасные мечники не могли. Призраков-контролеров же внутри пирамиды было считанные единицы, а их молнии, хоть и неприятно потряхивали моих двойников, смертельно поразить из были не в силах. Ну а со скопившимися на стенах пятигранника примитивными зомбаками мои парни разделались на раз-два, просто перепрыгнув к ним с хребтины альфы и по разку махнув вокруг себя топорами.

Далее, направляемые моей волей «призывники» (без потерь, разумеется) перескочили на спины ыыбжей, предоставленных в треугольных загонах на короткое время самим себе, после гибели личей. И яростно заработав топорами, стали со всем старанием добивать монстров изнанки, и без того ослабленных за время ритуала обильной кровопотерей из рунических ран. Конечно навалившаяся тут же горстка неуязвимых призраков и подоспевшие второй волной с некоторым запозданием уязвимые, но хорошо защищенные стальным доспехом, рыцари-скелеты, пытались пресечь истребление скованных цепями и обреченных на убой ыыбжей. Но основательно подорванное здоровье последних превратило некогда чрезвычайно живучих монстров изнанки в легко уязвимых инвалидов, пары-тройки добрых молодецких ударов по головам которых с лихвой хватало для фатального исхода.