Но, кажется, месье Леопольда все эти уловки торговца нисколько не смущали. Он, гордо расправив плечи, произнёс:
— Бросьте! Костюм великолепен. И мне очень идёт фиолетовое.
— Это правда, — немедленно подтвердила Изабель. — Папочка был просто неотразим, когда примерил его.
— Вылитый цветущий баклажан, — добавил Себастьян, кажется, искренне надеясь, что его слова прозвучат, как комплимент.
Тем не менее, вся гостиная наполнилась смехом. Леопольд же только сделался ещё горделивее.
— Этот костюм, — заметил он, — символизирует зрелость и гармонию.
— И я, между прочим, уверена, — подхватила Изабель, — что папочка может выиграть приз за лучший костюм! Градоначальник ведь обещал наградить самого оригинального участника. И скажите что угодно, но цветущий баклажан на балу — это уж точно незаурядно!
И они снова рассмеялись. Смех звенел легко, весело, и в нём чувствовалось одно: праздник уже на пороге.
Натали вышла из гостиной в приподнятом настроении. Улыбка не сходила с лица. Разговор напомнил ей и о собственном карнавальном костюме — который, между прочим, ещё далек от совершенства. Но заботу о наряде она решительно отложила на потом. Сейчас было важнее другое: Поль.
Любопытство, словно назойливый комар, зудело где-то в затылке и гнало поскорее отыскать того, кто его воспалил. Натали решила заглянуть в его комнату.
И действительно — он был там. Сидел за письменным столом, обложившись бумагами. Как будто целая бумажная крепость выросла вокруг него.
Увидев Натали, Поль сразу поднялся с довольной улыбкой на лице.
— Я знал, что ты придёшь.
— Как я могла не прийти, если против меня был применён запрещённый приём?
Он усмехнулся, подошёл ближе.
— Да, я намеренно заставил тебя мучиться от любопытства. Но поверь, ты не пожалеешь. У меня действительно есть, чем тебя удивить.
Он взял со стола один из листов и протянул Натали. Она склонилась над бумагой — и сразу поняла, что это ещё один документ из архива Августина. Лист был испещрён странными символами. Закорючки, переплетённые линии, алхимические знаки, похожие на смесь древних рун и математических формул.
Её сердце заколотилось быстрее. Она осторожно провела пальцем по строчкам и подняла взгляд на Поля.
— Это… неужели… легендарная формула? Формула зелья судьбы? Он её всё же изобрёл? Ты её всё-таки отыскал?!
В комнате стало так тихо, что Натали слышала собственное дыхание…
ГЛАВА 60. Формула судьбы
Натали замерла в нетерпении, ожидая услышать ответ Поля. Он чуть наклонил голову и с нотками торжественности подтвердил:
— Формула. Та самая. Августин действительно её создал. Зелье судьбы.
И верилось, и не верилось. “Зелье судьбы”. Слова звучали так, будто их нужно было произносить шёпотом.
— И что в ней? — выдохнула Натали.
Поль подошёл ближе, склонился, так, что она видела каждое движение бровей, каждую дрожь ресниц.
— Компонентов много, но в основном ничего необычного, он принялся водить пальцем по символам: — вода, вытяжки из кое-каких трав, масляные настойки. Однако всё это вспомогательные компоненты — они нужны лишь для раскрытия свойств основного. Главный ингредиент, — Поль поднял взгляд, задержав его на Натали, — вытяжка из листьев Тени-Сердца…
— Но не из любой, верно? — догадалась она.
Натали ощутила, как по спине пробежали мурашки. Слишком многое вдруг стало понятным.
— Не из любой, — Поль кивнул. — Только из той, что выросла, когда Августин сажал семена в особом состоянии. Его сердце было полно любви к Беатрис и радости её счастью. Чистое чувство, даже если оно было неразделённым.
Натали долго молчала. Какой красивой и таинственной оказалась разгадка формулы Августина. Она казалась очевидной и непостижимой одновременно.
— Он… выпил это зелье? — спросила Натали. Её голос непроизвольно дрогнул.
— Этого я не знаю, — Поль снова подошёл к столу. — Я уже проглядел весь архив Августина. Вот последняя запись.
Он взял в руки ещё один лист и начал читать. Его голос стал тихим и чуть хриплым.
Сколько лет ушло, и вот, наконец, оно передо мной. Зелье судьбы. Aura Veritas. Цвет — глубокий, как сапфир, и переливается мягкими волнами, словно в сосуде бьётся сердце. Аромат — сладкий и горький разом, он наполняет грудь покоем и тоской одновременно. Зелье сияет в полумраке, неотвратимо маня. Стоит только взглянуть на него — и я чувствую: всё не зря. Я смог сделать невозможное — дистиллировал свои чувства: любовь, всю жизнь, всю боль и всю радость — в эти несколько капель…
Натали прижала ладони к лицу. От этих слов в груди защемило так, что захотелось заплакать.
— Значит… он всё-таки выпил, — прошептала она.
— Возможно. Ведь на этой фразе записи прерываются.
— Что же с ним стало?
Поль задумчиво пожал плечами.
— Этого мы наверное не узнаем никогда. Повторить зелье невозможно. У нас нет вытяжки из той самой Тени-Сердца. А любая другая уже будет обладать другими свойствами.
— Как жаль, — сказала Натали искренне. — Ты так долго искал формулу, а когда нашёл, оказалось, что её нельзя повторить.
Кажется, она впервые обратилась к нему на “ты”. Это вышло само собой и звучало совершенно естественно.
Поль повернулся к ней — и в его глазах было то, что всегда пугало и одновременно завораживало: ирония, тепло и серьёзность в одном взгляде. Он положил руки ей на плечи.
— А мне не жаль.
— Как это? — Натали удивилась и даже немного возмутилась.
— А зачем мне зелье судьбы? Я, например, свою менять не собираюсь, — заявил он безапелляционно. — Она и так ко мне благосклонна и щедра на чудеса, — он наклонился чуть ближе, и Натали ощутила его дыхание у своей щеки. — Она подарила мне тебя.
Натали успела вдохнуть, но выдохнуть не получалось. Как он смеет, этот красавец, которого все считают холодным циником, становится для неё таким романтиком?! Он ведь это не специально — она знала. И от этого его слова будоражили её ещё сильнее.
— Скажу больше, — продолжил он, мягко скользя ладонями по её плечам. — Подарок судьбы, о котором я говорю, наделён чрезмерным любопытством. Это любопытство не даёт ей покоя и превращает мою жизнь в подобие алхимического эксперимента с непредсказуемым результатом, — его губы дрогнули в улыбке, — просыпаясь утром, никогда не знаешь, чем закончится день. Но, так уж вышло, я люблю эксперименты с непредсказуемым результатом. И хотел бы посвятить им всю свою жизнь.
Он подхватил её руку, мягко сжал пальцы, а потом поднёс к губам и неожиданно поцеловал ладонь. Ладони стало щекотно, и по всему телу прокатилась тёплая волна. Натали с трудом справлялась с эмоциями. Не придумав ничего лучшего, она прикрылась иронией.
— Опасные планы. С алхимией не шутят. Ты ужасен.
— Я знаю, — ответил Поль. Один уголок его рта приподнялся чуть больше, чем другой, делая улыбку чуть кособокой и нестерпимо привлекательной. — Судьба была настолько благосклонна ко мне, что я УЖЕ женат на лучшей женщине королевства. Но, кажется, я перескочил какой-то важный этап? Обычно за женщиной, покорившей сердце, ухаживают, танцуют с ней на балах, делают предложение, произнося слова любви. А я… предложил всего лишь фиктивный брак.
У Натали окончательно голова пошла кругом. Она так старательно избегала этих разговоров, этих мыслей, трусливо откладывая их на потом. Но это “потом” неожиданно настало.
— Я хочу исправить ошибку, — Поль смотрел прямо на Натали, не давая ей спрятать взгляд. — Завтра. На бале-маскараде. Я собираюсь танцевать каждый танец только с тобой. И в конце — сделать предложение. Настоящее. Буду надеяться на положительный ответ. Не сможешь же ты отказать лучшему парфюмеру королевства и любимцу судьбы, этому глупцу, чьё сердце покорила?
— Но… я… не… — слова рассыпались, как горсть бусин на полу.
Он приложил палец к её губам.
— Пока не нужно отвечать. У тебя есть время подумать до завтрашнего вечера.
