Харза из рода куниц (СИ) - Гвор Виктор

— Надежда Николаевна, — советник обернулся к Наде. — Может Вам удастся убедить…

— Даже пытаться не буду, — покачала головой девушка. — Честно говоря, мои братья давно заслужили порку.

Площадка для поединков находилась на заднем дворе. Хорошая площадка, всего и требовалось, что включить артефакты защиты.

Харза встал со стороны, помеченной красными столбиками, и спокойно наблюдал, как противники о чём-то шушукаются. Те, наконец договорились и, злорадно усмехаясь, повернулись к Тимофею. Тот пока рассматривал противников. По местным меркам достаточно сильные маги. Источники чуть больше, чем у двенадцатилетней Наташи. До Нади, даже если сложить всех троих, не дотянутся. Впрочем, расслабляться Харза не собирался.

Загудели артефакты защиты. «Интересно, — подумал Харза. — Мощность настолько большая или просто предупреждающий сигнал: затихли — спасайся, кто может?».

Сабутдинов, взойдя на трибуну судьи, махнул платком. Раздался гонг.

Нашикские начали традиционно: в Тимофея полетел рой силовых сгустков. Тот же приём, что применял Фёдор Алачев, только снаряды мощнее и летели чаще. Но не быстрее.

От видимых обычным взглядом угроз Тимофей уклонялся, сгустки сырой силы принимал на щит. Со стороны смотрелось, будто он уходит от всего, чем осыпают его противники.

Старший выхватил жезл. Такая игрушка, помогающая концентрировать силу. Если, конечно, не встроить в неё ствол со спусковым механизмом. Чистая магия, ага! В щит одна за другой воткнулись пять пуль.

«Пожалуй, хватит», — решил Харза.

Поток воздуха раскидал противников. Щиты выдержали, но улетели вместе с хозяевами.

Нашикские подскочили друг к другу и окутались стихийными щитами. Водяной поверх каменного. Последний скрывал от постороннего взгляда дальнейшие действия противника. В магическом зрении было видно, как старший накачивает силой огненный шар.

Харза покачал головой, накрыл противников защитным куполом непроницаемой стороной внутрь и бросил лечение от похмелья. Без общеукрепляющего. Как в слепней и оводов. Только силы вложил на порядок больше, чем для насекомых.

«Надя хотела проверить „дихлофос“ на крупных целях, — мелькнула мысль. — А я, свинья такая, за две декады ни одного бандита девушке не поймал».

Заклятие достигло цели до того, как удар Нашикских был готов. Харза видел, как перекашиваются лица братьев, как падает старший, выпуская из рук почти готовый шар, как… Огненный взрыв, ударив изнутри, разорвал и воспламенил камень, с шипением испарил воду, дотянулся до купола Харзы, но не пробил. Пламя, заполнив доступное ему пространство, несколько мгновений бесновалось, не хуже камня скрывая от зрителей происходящее, а после опало, оставив после себя лишь пятно расплавленного песка. Ни стихийных щитов, ни тройки противников, ни малейшего фрагмента тел или одежды.

Куницын снял щит, дождался, когда замолкнет гул охранных артефактов, и пошел к выходу с площадки.

— Что это было? — спросил ошарашенный Сабутдинов.

— Придурки не смогли справиться с собственной магией, — ответил Харза. — заслуженная кара за глупость. Хотя, конечно, не кол, но зато быстрее прошло.

Надя разговаривала с молодым парнем в форме дружинника Нашикских. Увидев Харзу, оттащила его в сторону.

— Тим! — горячо зашептала девушка. — Дед убит. Мне нужно срочно ехать в особняк.

— Я с тобой!

— Нет, — покачала головой девушка. — Я должна всё сделать сама. Без опоры на мужчин.

— Ты же понимаешь, что с большой вероятностью это ловушка?

— Не думаю, но буду готова, — повернулась к дружиннику. — Дима, поехали!

Тимофей поймал взгляд князя Вяземского, кивнул.

Старик улыбнулся:

— Если будет нужна помощь…

— Обязательно обращусь, Афанасий Иванович. Точнее, обращаюсь прямо сейчас. К утру у рода Нашикских будет новый глава.

— Я Вас понял, Тимофей Матвеевич. Если кто-то захочет устроить Надежде Николаевне обструкцию… Словом, не рой другому яму! В ней может ждать кол. Плохо обструганный.

Интерлюдия

Зверь пришёл. Это было то самое место. Но здесь не было ни матери, ни братьев, ни уютного логова. Не было даже леса. Всё это заменяла груда мертвых деревьев, столь же безобразная, как все логова двуногих. Громадная, обнесённая загородкой, вонючая и противная. Чуждая.

Харза смотрел с опушки. С верхней ветки дерева, которым заканчивался лес. Смотрел, вслушивался, внюхивался. Он должен был недоумевать, зачем пришёл сюда, но подобные чувства не были свойственны его натуре. Он предпочитал действовать, а потому смотрел, слушал и нюхал, впитывая в себя всё, что открывалось его органам чувств.

Испорченная огнём еда, железные коробки, залитые вонючим мягким камнем уходящие вдаль пространства… И двуногие. Огромное количество двуногих. Неожиданно нос уловил ненавистный запах. Совсем слабенький, на грани ощущения. Шерсть стала дыбом. Этот запах, каким бы слабым он не был, зверь узнал бы из сотен мириадов других. Его враг был здесь.

Золотисто-бурая тень скользнула в траву и помчалась к логову двуногих. Постройку окружала та же проклятая плёнка, что ТОГДА отняла у него движения, а после много лет отрезала от свободы. Теперь преграда не была опасной. Зверь был слишком силен и прошел сквозь магическую защиту, не потревожив даже сигнальных линий.

Перемахнул ограждение, взлетел по стене, нырнул в окно. Тенью промчался по коридору. Взбежал по портьере. Прошел по карнизу. Прыгнул. И вонзил клыки в затылок князю Нашикскому. Его время пришло!

Его время пришло!

Глава 30

Двухместный кар[1] мало чем отличается от гоночного болида. Второе сиденье, колеса поменьше, внешне куда сильнее похож на машину. Впрочем, Надя болиды видела только по телевизору, может и ошибаться в конструкции. Быстро едет — значит, болид. Девушку больше интересовало, как Дима собирался везти на нём братьев? Глупый вопрос, не пешком же наследники на праздник пришли. Зато быстро весть донёс, да и сейчас… Машина неслась так, что дух захватывало, благо в свою резиденцию Нашикские проложили мало не автобан. Вековые лиственницы по обочинам сливались в сплошную смазанную стену, словно вплотную к отбойнику стоят. В повороты водитель вписывался, не снижая скорости. Легко и аккуратно, Бронислав знал, кого послать за наследниками. На второй минуте Надя накинула щит и на себя, и на в последний момент заскочившую в салон Хотене. Защита от весьма вероятной аварии так себе, щиты хорошо отбивают мелкие предметы, но если влепиться в трехсотлетний древесный ствол, мало не покажется: закон сохранения импульса никто не отменял. На всякий случай даже ремни безопасности надели — никому не хочется вылетать головой вперед сквозь лобовое стекло.

— Что случилось?

— Да я не знаю толком, — пожал плечами водитель, не повернув головы. — Бронислав Игоревич сказал, чтобы я наследников привёз, потому как Станислав Сергеевич умер. Я и погнал. Приезжаю, а братья уже на площадке. А потом «бум», и всё. Ну я к Вам, лучше же, чем ничего.

— Ты даже не представляешь, насколько лучше, — улыбнулась Надя.

Хотела добавить: «Ладно, гони», но вовремя остановилась. И так гонит! Хотя сам, похоже, считает такую езду медленной и спокойной. Проверять не хотелось.

Да и ни к чему: полсотни километров до усадьбы проскочили за четверть часа.

— У тебя аварий много было? — спросила девушка, отстёгивая ремни.

— Да миновала пока участь сия, — Дима отвечал, будто молился.

Своеобразная личность. Надо будет присмотреться.

Навстречу спешили Бронислав Тёркин и Тимур Ахметов, воевода и начальник отряда поиска. Дед терпеть не мог слова «служба безопасности», оба вместе и каждое в отдельности. Потому и возник «отряд поиска». Но как волка не называй, серая шкура за километр видна!

— Здравствуйте, Надежда Николаевна, а…