Высокомерный наследник (ЛП) - Херд Мишель

Должно быть, кто-то из девчонок привез ее из клуба. Я подхожу, открываю ее и достаю телефон.

Батарея села. Я ставлю устройство на зарядку и иду в ванную.

Я включаю воду в душе, пока чищу зубы и раздеваюсь. Всё происходит на автомате, пока мой взгляд не падает на отражение в зеркале. Все синяки стали желто-зелеными, опухоль почти сошла.

Воспоминание шевелится в глубине сознания, и я трясу головой, подавляя его.

Сосредоточившись на настоящем, я встаю под теплые струи воды и мою голову. Мне трудно управляться одной правой рукой, потому что я всё еще не могу высоко поднять левую.

В понедельник я возвращаюсь к занятиям. Надеюсь, за выходные синяки побледнеют еще сильнее, чтобы я смогла замазать следы нападения косметикой.

Когда я мою тело, я не смотрю на себя — не хочу видеть уродливые следы зубов и гематомы на ребрах.

Я не свожу глаз с кафельной стены, пока не заканчиваю смывать пену. Не в силах поднять руки достаточно высоко, чтобы закрутить мокрые волосы в тюрбан, я просто промакиваю их как могу, а затем одеваюсь.

Выйдя из ванной, я замираю — на моей кровати сидит Джейд.

— О… привет.

Джейд вскакивает, быстро осматривает меня и говорит: — Ты вымыла голову. Хочешь, я помогу высушить?

Я киваю, не желая еще сильнее отдаляться от семьи и друзей. Как бы трудно ни было, я должна вернуться к тому, как всё было раньше.

Я беру телефон и зарядку и пересаживаюсь к туалетному столику, чтобы проверить сообщения, пока Джейд сушит мне волосы.

Я сажусь на пуфик и, вместо того чтобы смотреть на себя в зеркало, наблюдаю, как Джейд водит полотенцем по моим волосам. Она то и по делу улыбается мне, и, не желая, чтобы кузина вела себя со мной странно, я спрашиваю: — Мы можем притвориться, что ничего не было?

Руки Джейд замирают в моих волосах, она медленно поднимает глаза.

— Если ты действительно этого хочешь.

Я сглатываю, прежде чем пояснить: — Я знаю, вам всем было тяжело. Я правда мало что помню и просто хочу забыть весь этот кошмар.

Джейд сжимает мое плечо, и на мгновение мое тело каменеет.

— Всё, что тебе нужно. — Она морщит нос, глядя на мою шевелюру. — А прямо сейчас нам нужно просушить это воронье гнездо.

Я благодарно улыбаюсь ей и включаю телефон. Устройство начинает пищать и вибрировать как сумасшедшее от потока сообщений. Я ставлю беззвучный режим и захожу в мессенджер.

Дядя Картер: Мы со всем разберемся, милая. Просто поправляйся. Скоро увидимся. Люблю тебя.

Дядя Джакс: Я на расстоянии одного звонка. Дай знать, когда будешь готова к гостям.

Дядя Маркус: Меня сейчас нет рядом только потому, что твоя мать

угрожала моей жизни. Люблю тебя.

Дядя Ретт: Я здесь. Всегда. ххх

Мама Джи: Девочка моя. Мне так жаль, что я застряла на другом конце планеты. Дай знать, когда я смогу тебе позвонить. Люблю тебя всем сердцем. хохохохохо

Зрение застилают слезы от всех этих сообщений, особенно от последнего — от моей крестной. Я давно ее не видела, она в отпуске с мужем на Тайване.

Мне приходится моргать, чтобы смахнуть слезы, пока я читаю тексты от тетушек.

Все сплотились вокруг меня, и всё же я никогда не чувствовала себя такой одинокой.

Вижу сообщение с незнакомого номера. Колеблюсь, но открываю.

Привет, Мила. Это Джейми Рейес. Я просто хотела написать тебе. Я прошла через нечто подобное и хотела, чтобы ты знала: я рядом, если тебе нужно поговорить с кем-то, кто поймет твои чувства. Вся наша поддержка и любовь тебе.

Тело начинает дрожать от сдерживаемых слез. Я не знала, что мама Джейса прошла через такое.

С первыми искрами надежды в груди, я дрожащими руками нажимаю «ответить». На мгновение снова замираю, затем печатаю: Здравствуйте, миссис Рейес. Это Мила. Я не знала, мне очень жаль. Я ценю ваше предложение, но я даже не знаю, с чего начать.

Видно, что она читает сообщение мгновенно, на экране прыгают три точки.

Начни с признания того, что ты не сделала ничего, чтобы заслужить это. Этого никогда не должно было случиться с тобой. У исцеления нет временных рамок, Мила. Просто сосредоточься на «сейчас». То, что произошло — ужасающий акт насилия. Позволь близким быть рядом и помогать тебе.

Как кто-то может помочь мне пройти через это? Я не хочу об этом думать, не говоря уже о том, чтобы обсуждать. К тому же, мои родные и друзья и так ведут себя со мной слишком натянуто.

Не зная, что ответить, я пишу стандартную фразу:

Спасибо, миссис Рейес. Я учту ваш совет.

Я продолжаю просматривать сообщения, удаляя случайные тексты от студентов, с которыми я даже не дружу.

Джейд выключает фен и проводит расческой по моим черным прядям.

— Вот, теперь ты снова похожа на человека.

— Спасибо, Джейд. — Я встаю и перехожу к голосовым сообщениям. — Я сейчас почищу почту и займусь делами.

— Хочешь, я посижу с тобой и объясню задания?

— Да, это очень поможет. Чем быстрее я наверстаю, тем лучше.

— Я только заберу свой ноутбук.

Джейд вылетает из комнаты, а я подношу телефон к уху.

Все голосовые примерно одинаковые: всем жаль, все надеются на мое скорейшее выздоровление.

Затем в трубке звучит голос, от которого всё мое тело леденеет.

— Мила. Я знаю, что мне нельзя с тобой связываться, но я просто хочу сказать, как мне жаль. Блядь, я понятия не имею, что на меня нашло. — Дыхание Джастина тяжелое и паническое.

И тут его дыхание обжигает мое ухо. «Ты достаточно долго динамила меня, Мила. Пора подкрепить весь этот флирт делом».

Дыхание сбивается, во рту пересыхает.

— То, что я сделал с тобой… я… блядь… мне так жаль. Я сам себе чертовски противен. Меня выпустили под залог, но отец говорит, будет суд. Я приму любой приговор. Блядь, я заслуживаю худшего.

Джастин бросает меня на холодную землю, я пытаюсь подняться на четвереньки, но он наваливается сверху, заваливает меня на бок и своим телом заставляет перевернуться на спину.

— Я просто… не могу поверить, что так сильно тебя обидел. Я хороший человек. Блядь, я думал, что я такой. Я в полном замешательстве, и я так чертовски жалею о той ночи.

«Ты мне должна, Мила. Думала, можно меня дразнить и просто уйти?» Голос Джастина — злобный рык, который бьет по моим нервам, заставляя внутренности дрожать от страха.

ДЖЕЙС

Крик из комнаты Милы заставляет меня выронить тарелку спиццей и сорваться на бег. Я врываюсь в дверь и не сразу вижу ее. Прохожу вперед и замечаю ее сжавшееся тело — она сидит, свернувшись в клубочек, рядом с туалетным столиком.

— Мила! — ее имя вырывается криком, я приседаю рядом. — Что случилось?

Ее глаза дикие от ужаса, и я подавляю первый инстинкт — обнять ее. Я опускаюсь на колени и придвигаюсь чуть ближе.

— Мила?

Ее взгляд мечется по мне, и требуется больше времени, чем обычно, прежде чем на ее лице появляется узнавание. Она вскакивает на колени и бросается ко мне, буквально врезаясь в мою грудь. Мои руки смыкаются вокруг нее, я крепко держу ее, пока она начинает рыдать, захлебываясь словами: — Я… вспомнила. Он… звонил. Я… вспомнила, как он… тащил меня к… мусорным бакам.

— Тсс… теперь ты в безопасности, — говорю я, пытаясь утешить ее как могу.

Мила отстраняется и качает головой, затем указывает на что-то за моей спиной: — Он звонил. Оставил голосовое.

Я оглядываюсь и, заметив телефон на ковре, понимаю, в чем дело. Тянусь за ним, разблокирую и включаю сообщение.

— Мила. Я знаю, что мне нельзя с тобой связываться, но я просто хочу сказать, как мне жаль.

От звука голоса этого ублюдка во мне взрывается ярость. Более сильная, чем любая злость, что я чувствовал прежде.

— Я убью его нахрен, — рычу я, вскакивая на ноги. Запихиваю телефон в карман и бросаюсь к двери.

Мила бежит за мной и хватает за руку.