Сгорая от любви (ЛП) - "Рокиа"

Я нарушаю тишину: — Всё зависит исключительно от того, сколько времени у нас осталось.

— Две недели, — в голосе Аласи отчетливо звенит подступающая паника. — Королевство Азия даст нам всего один шанс, организует лишь одну встречу. И если Ясмин к тому моменту не сможет доказать, что она действительно Невеста Зла…

— Этого не случится, — на корню обрубает её Артур и резко поворачивается ко мне: — Что ей нужно, чтобы сломать этот блок?

— Доверие, — выдыхаю я. — Ей откровенно не по себе, это же очевидно. Какая-то часть её существа до сих пор наотрез отказывается верить в то, что она способна управлять первородным пламенем. Из-за этого она сама себя глушит. Один шаг вперед и три назад. Страх парализует её, не дает открыться, и огонь просто не находит выхода.

Нанук коротко и невесело усмехается: — Знаете, я бы тоже хрен кому доверился, если бы Артур смотрел на меня так, словно я худшее из порождений ада.

Аласи награждает брата испепеляющим взглядом. Этому идиоту точно когда-нибудь оторвут голову за его неуместные, глупые шуточки.

Она негромко прочищает горло: — Как бы то ни было, за две недели Ясмин, конечно, может сделать какой-то рывок… Но это чертовски маловероятный сценарий. Нам жизненно необходим план «Б» на случай, если она окажется не готова. Я не собираюсь профукать наше единственное и неповторимое окно возможностей. Нам нужно убедить Короля Азии помочь нам и встать на нашу сторону. Мы просто не имеем права на ошибку.

Я тяжело вздыхаю. Она чертовски права. Малейший промах — и мы навсегда потеряем сильнейшего союзника, которого только можно представить. Единственное из пяти Королевств, которое готово рискнуть всем и пойти наперекор могущественному Королевству Америка. Но этот альянс станет возможен только в одном случае: если мы предоставим им неопровержимое, монументальный аргумент. То, чего никто из них никак не ожидает увидеть. Невеста Зла.

Артур медленно, с хрустом разминает шею, переводя взгляд из стороны в сторону: — Ошибку? — переспрашивает он, и его взгляд в эту секунду способен в пепел сжечь этот дубовый стол. — Никто из нас не ошибется, — чеканит он, вынося окончательный вердикт.

— Ошибиться может Ясмин — тот самый ключевой элемент, который ты совсем недавно встроил в наш план. Вы твердите, что ни одна эпоха еще не видела Зло и его Невесты, сражающихся на одном фронте. Но мы вообще уверены, что эта девчонка — та самая Невеста? Только ты видел её в деле. Мы с братом сейчас вслепую доверяемся твоему слову и твоим подозрениям. Но за эти десять дней я не увидела своими глазами абсолютно ничего, что доказывало бы эту теорию.

Аласи намертво вцепилась в эту мысль, и я прекрасно её понимаю. Предоставить нам убежище — уже колоссальный, безумный риск. Но ввязаться в священную войну на стороне Зла? После такого любой историк в будущих хрониках заклеймит их фракцию злейшими врагами человечества.

Я снова беру слово, пытаясь разрядить обстановку: — Я прекрасно понимаю, что вы напуганы…

Артур с глухим, тяжелым стуком опускает кулак на столешницу, заставляя меня мгновенно заткнуться: — Мы не обязаны вам доказывать вообще ни-ху-я. Вы просили нас выяснить, кто убрал вашего отца. И кто же это оказался? Люди Королевства Америка, какая, блин, неожиданность. Еще до того, как выловить и передушить всех шпионов, затаившихся на ваших землях, я уже открыто назвал вам имя убийцы. Или у вас память отшибло? Не смейте ставить под сомнение мое слово, когда речь заходит о проклятии, которое отравляет мои вены с начала времен. Ни один из вас не знает эту тьму так, как знаю её я.

В комнате воцаряется мертвая, звенящая тишина. Уголки губ Артура медленно ползут вверх, застывая в поистине леденящей, мертвенной усмешке.

— Я умираю и возрождаюсь только для того, чтобы быть убитым в сценарии, который по кругу повторяется до бесконечности. Священные Писания? — он тихо, страшно смеется, и у меня по коже проносится табун ледяных мурашек. — Эти строки были написаны уже после меня. Из-за меня. Но вы, похоже, упорно упускаете это из виду. Несправедливые проклятия преследуют меня веками, обрекая любого, кто окажется рядом, на вечные, невыносимые муки. И вы всерьез думаете, что я упущу шанс использовать хоть крупицу силы, способной уничтожить их всех?

Он медленно поднимается, обходит стол и вырастает прямо перед близнецами Олсен: — Так что вас останавливает? Внезапный приступ жалости к девчонке, которую вы даже толком не знаете? Или первобытный страх довести до конца месть тем, кто лишил вас отца?

Аласи судорожно сжимает пальцы в кулаки, так, что костяшки белеют: — Мы не собираемся действовать на поводу у слепых импульсов и ставить под удар весь наш народ, который отец защищал ценой собственной жизни все эти годы.

Воздух в помещении становится настолько густым от напряжения, что им трудно дышать. Артур коротко щелкает языком за щекой и упирается ладонями в край стола: — Отлично. Значит, мы преследуем одну цель.

Он спокойно возвращается на свое место рядом со мной, оставляя близнецов Олсен буквально пригвожденными к стульям тем могильным холодом, который он после себя оставил.

Мне нужно срочно вернуть их доверие, иначе этот хрупкий союз рухнет прямо сейчас. Я глухо прочищаю горло: — С Ясмин мы разберемся вместе. Я понимаю, что этот резкий сдвиг в планах вам не по душе. Этого не было в сценарии, это огромный риск, нам придется безбожно лгать ей, но…

— Но зато на нашей стороне окажется всемогущее Королевство Азия, — жестко перебивает Артур. — Вы увидите это своими глазами: никто в этом мире не хочет катастрофы, которую даже их обожаемые Священные Писания не знают, как остановить. Мы разыграем карту моей дурной славы в сочетании с легендой о Невесте.

Нанук медленно поднимает указательный палец: — И как, черт возьми, мы сделаем из Ясмин ту самую могущественную Невесту? Потому что сейчас она меньше всего похожа на хладнокровную убийцу, о которой строчат в этой проклятой книге.

— О, вы просто не видели, как она испепелила тех наемников в переулке. Поверьте мне, её просто нужно хорошенько подтолкнуть. Стимулировать.

Слова Артура мгновенно воскрешают в моей памяти жуткую картину: обугленные, дымящиеся остатки человеческих тел, хаотично разбросанные по бетонному полу.

— И как мы убедим её поехать с нами в Королевство Азия? Как заставим раскрыть свою силу, использовать её… и при этом сделаем так, чтобы она осталась на нашей стороне и не возненавидела нас? — Аласи устало опирается локтями о стол.

— Аласи, какой рукой ты готова пожертвовать? — внезапно спрашивает Артур. Его тон не предвещает абсолютно ничего хорошего.

— Желательно, ни одной.

— Выбирай, — монотонно повторяет он.

— Ну… левой, если уж до этого дойдет. А к чему такой вопрос?

Я потрясенно приоткрываю рот. Догадка бьет в сознание за секунду до того, как он озвучит её вслух, и тяжелое, удушливое чувство вины железными тисками сдавливает мне грудную клетку.

Артур лишь безразлично дергает плечом: — К тому, что я сожгу её. Не целиком, конечно. Но ровно настолько, чтобы оставить глубокий, приметный шрам.

Нанук ошарашенно хмурится: — Похоже, я упустил какую-то нить разговора. Какого хера ты собираешься жечь мою сестру?

— Вот именно, просвети и меня, — шепотом вторит брату Аласи. В их глазах читается неподдельный ужас и замешательство. Они просто еще не осознали, как далеко этот человек способен зайти ради своей цели.

— Элайджа, может, ты им объяснишь? — тихо роняет Артур, и в его голосе сквозит едва заметное, издевательское веселье.

Я тяжело вздыхаю. Их выжидающие взгляды скрещиваются на мне. — Он обожжет твое левое предплечье, Аласи.

Артур принимается лениво, гипнотически барабанить пальцами по дереву столешницы. — И…? — вкрадчиво шепчет он.

— И сделает так, чтобы Ясмин искренне поверила, будто это сделала она сама.

Глава 11

Я же говорил тебе, что ненавижу есть в одиночестве, и именно поэтому установил правило номер один. Я должен был сказать тебе кое-что еще: я ненавижу жить без тебя.