Гори ярко (ЛП) - Бриггз Патриция

Уэлсли и его волк даже не жили по соседству. Приближаться к нему настолько, чтобы дотронуться, когда он последние полчаса вел себя то нормально, то жутко, было глупо.

И всё же она была парой Чарльза Корника, второго человека в стае маррока. Если она не ответит на этот дружеский жест, то это будет значить резкий отказ, а она не хотела этого делать.

Анна обошла Асила и хлопнула по поднятой руке Уэлсли.

Она была оборотнем и тренировалась с Чарльзом практически с тех пор, как он привез её в Монтану. У нее хорошая реакция, она быстрее многих волков.

Но она не успела отреагировать, когда Уэлсли схватил ее за запястье и навалился на неё, как медведь гризли, повалив на пол. Анна ударилась о твердый утрамбованный земляной пол под его немалым весом. Он обхватил ее, дрожа всем телом. Анну затошнило от ужасных воспоминаний, хотя она думала, что оставила их позади.

Что-то ударилось о землю прямо возле её уха, заставив её вынырнуть из паники. Анна повернула голову и увидела, что Асил вонзил меч с красиво отделанной рукоятью в землю. Лезвие торчало из земли примерно на четверть дюйма.

Асил готов был убить. Чтобы защитить ее. Но очевидно, что он понял гораздо быстрее неё, что именно произошло — и, что более важно, чего не произошло.

Уэлсли не напал на неё, во всяком случае, не собирался атаковать. Он пытался прижаться к ней как можно ближе, при этом бессвязно рыдая и бормоча что-то на непонятном языке.

— Омега, — тихо сказал Асил, присаживаясь на корточки рядом с ней, его лицо было всего в нескольких футах от её лица. — Я должен был помешать тебе прикасаться к нему. Моя жена лучше контролировала то, чем была. Никто бы не понял, кто она такая, и не поддался бы ее влиянию от случайного прикосновения, если бы она сама этого не захотела.

— Что мне делать? — прошептала Анна, отчасти чтобы не спровоцировать Уэлсли на более бурные действия. Но главным образом потому что у неё так пересохло в горле от страха и пережитого в прошлом ужаса, что она не смогла бы издать ни звука громче, если бы и пыталась.

— Не двигайся, — посоветовал он. — Надеюсь, через несколько минут он успокоится.

Анна посмотрела на него. Она не сможет пролежать здесь, с незнакомцем на себе, несколько минут.

И Асил это понял.

— Если я попытаюсь стащить его, — сказал он, — это ничего не изменит.

Анна кивнула. Она понимала, что Уэлсли получает от неё какое-то облегчение, и он отреагирует плохо, если кто-то попытается отнять это у него. И Асил сомневался, что Уэлсли добровольно отпустит ее.

— Ладно, — смирилась она, стараясь не выдать свою панику. Анна надеялась, что Чарльз не улавливает этого через их связь. Он не заметит, если ей удастся успокоиться. — Хорошо.

— Чем я могу помочь? — спросил Асил.

— Говори, — сказала она. — Отвлекай меня.

— Как насчет истории? — Он положил руку на плечо Уэлсли. — Его пара умерла, и его волк хотел умереть вместе с ней. Иногда так случается. С тех пор прошло около ста лет, как он и его волк воюют. Это как раздвоение личности, только твоя вторая половина — машина для убийств, а ты постоянно пытаешься подавить ее.

— Девушка в Теннесси? — тихо пробормотала Анна, почти уверенная, что Уэлсли не обращает внимания на их разговор. Он громко рыдал, и это было ужасно слышать от взрослого мужчины. Но это успокаивало её, потому что он не издавал звуков как…

Как кто-то другой.

Асил кивнул на её вопрос.

— После случая в Теннесси Бран привез его сюда. Еще в тридцатых годах, кажется. Когда умерла его жена, он был известным художником, писал картины под псевдонимом. — Асил сочувственно хмыкнул и снова похлопал Уэлсли по плечу, на этот раз не убирая руку. — Он пытался продолжать свою жизнь, но однажды просто ушел. Ушел из стаи. Ушел из дома, оставив в нем всё. Член его бывшей стаи сказал мне, что это было жутко. Как будто однажды утром, приготовив завтрак, он решил, что сыт по горло. Некоторое время о нем ничего не слышали. Была Великая Депрессия, и многие люди путешествовали на поездах. Его нелегко было найти.

— Не то что сейчас, — с трудом выдавила Анна.

— Да, не то что сейчас, — согласился Асил. — Технологии во многом упростили жизнь, но также именно случай Уэлсли в частности напомнил Брану, как важно не терять из виду ни одного оборотня.

— Ты был в Испании в тридцатых годах, — напомнила дрожащим голосом она, и ей это не нравилось, потому что опасно испытывать страх рядом с оборотнями. Но даже зная, что Уэлсли не собирался делать ничего сексуального, она не могла сдержать холодный пот, стекавший по спине.

Асил одобрительно хмыкнул.

— Ты много знаешь, хотя в то время был на другом континенте.

Он улыбнулся.

— Я знаю всё, что нужно знать, — сказал он и задумчиво нахмурился. — Я начал задавать вопросы, когда навещал его. Я хотел знать как можно больше в надежде, что смогу ему помочь. Конечно, я и раньше кое-что знал. В то время многие знали о его истории. Думаю, отчасти именно поэтому Бран так суров к волкам теперь, когда публика знает о нас. Он не хочет, чтобы кто-то вспомнил старую историю Уэлсли.

— Расскажи мне, — попросила Анна.

— Как ты и сказала, — начал Асил, — в те дни легче было спрятаться. В эпоху Великой депрессии множество мужчин без семьи и прошлого скитались по железным дорогам и шоссе. Уэлсли был просто одним из них, пока наконец не потерял контроль над волком в городке с населением около четырехсот человек. Этого городка больше нет, иначе, возможно, больше людей помнили бы эту историю. Уэлсли иногда уверен, что там была замешана черная ведьма. Но в итоге в живых остался только Уэлсли, чернокожий мужчина в городе, где большинство жителей — белые. — Асил снова похлопал Уэлсли, но другой оборотень, казалось, не замечал его. Немного погодя Асил снова заговорил. — Именно тогда Бран узнал о нем. Он послал Чарльза вытащить Уэлсли. — Наступила пауза, и Асил кисло сказал, потому что не хотел проявлять уважение к Чарльзу: — Я слышал, что он проник в ту тюрьму, где держали Уэлсли под усиленной охраной, и вытащил его. Но если ты сможешь разговорить этого угрюмого волка и он расскажет тебе, как он это сделал на виду у двух охранников, оставив позади пустую запертую камеру, многие захотят послушать.

— А нельзя спросить у самого Уэлсли? — спросила Анна.

Асил покачал головой.

— Он помнит только обрывки. В основном на поверхности был его волк. Если кто-то захочет обвинить его в том, что произошло в тот день, он не сможет защитить себя, потому что не помнит, что произошло.

— Ты думаешь, он невиновен?

Асил вздохнул.

— Я думаю, что все запутанно. И не стоит строить догадки без фактов. Можешь спросить своего супруга, если тебе любопытно. У него был приказ убить или спасти, в зависимости от того, что подскажет ему интуиция. И вот наш Уэлсли цел, хоть и не совсем невредим.

Рыдания Уэлсли стали стихать, но Анна намеренно сосредоточилась на Асиле, поэтому и не сразу заметила перемену.

Но Асил набросился на Уэлсли прежде, чем его острые зубы успели сделать больше, чем оцарапать её ключицу. Затем они оба покатились по комнате, а Анна вскочила на ноги. Прежде чем она успела вмешаться в драку, Асил прижал Уэлсли к полу каким-то сложным борцовским приемом, который не позволял оборотню вырваться.

И Уэлсли — или волк, живший в Уэлсли, — пытался вырваться. Его ярко-золотые волчьи глаза на темном лице видели вокруг только врагов. Его лицо, медленно превращавшееся в волчью морду, и было диким. Он щёлкал челюстями, как будто мог каким-то образом выбраться из собственного тела, чтобы добраться до Асила или до любого, кого поймает.

Асил что-то напевал ему по-испански, будто безумное существо было ребенком. В его голосе была магия оборотня, очень доминантного волка, пытавшегося успокоить Уэлсли.

Анна чувствовала, как Уэлсли пытался вернуться, но волк тоже был доминантным. Асил мог бы подавить другого волка, но надеялся, что Уэлсли сможет сам взять контроль над ним в свои руки. Такого старого волка, который не может контролировать себя, нужно убить.