Проклятие Теней и Льда (ЛП) - Маура Катарина

Я поворачиваюсь в сторону его голоса и вижу его стоящим в дверях приемной, где мы с Элейн провели утро. Его глаза неторопливо блуждают по моему телу, и я чувствую, как жар приливает к моим щекам, когда в моей памяти всплывают яркие воспоминания о прошлой ночи. То, как он смотрел на меня, когда держался на мне, как он стонал мое имя, как его глаза закрывались, когда он входил в меня. Больше всего мне запомнилось то благоговение, которое я видела в его глазах всю ночь. Сегодня у него то же самое выражение лица.

— Ты сможешь это сделать. Я верю в тебя, — говорит он мягким голосом. Феликс подходит ко мне, обнимает меня за талию и наклоняет голову ко мне. Он никогда не прикасался ко мне так на публике, и хотя это меня удивляет, мне это нравится.

К счастью, между нами нет никакой странности. Я уверена, что мои щеки покраснели, и в его глазах читается понимание, но между нами нет никакой неловкости. Скорее, это новый вид близости. Такой, о существовании которого я не знала.

— Я тоже верю в тебя. Это будет нелегко.

Феликс наклоняется и откидывает прядь волос за мое ухо.

— Я знаю, что это будет нелегко, но мы справимся вместе.

Он обнимает меня, наклоняясь, чтобы посмотреть на схемы на столе.

— Я никогда не преобразовывал столько металла, — бормочет он, в его глазах мелькает неуверенность. Я прижимаюсь к нему, молчаливо поддерживая его, и он крепче обнимает меня.

— Я верю в вас обоих, — говорит Элейн. — С вашей помощью мы вполне можем одержать верх в этой борьбе. Сначала мы начнем с атриума, и если это сработает, перейдем к более крупным частям города. На каждом этапе мы будем делать паузы, чтобы оценить ущерб, нанесенный проклятием, но пока что проклятие не коснулось императрицы. Надеюсь, это распространится и на ее стихийные силы.

— Хотя в теории это может сработать, я не знаю, как поддерживать огонь. Каждый раз, когда моя концентрация ослабевает, огонь гаснет.

— Мы будем тренироваться вместе, — обещает Феликс, успокаивающе глядя на меня. — А если это не сработает, то попробуем что-нибудь другое. Честно говоря, это идея с низкими шансами на успех и высокой зависимостью от тебя. Мы просим от тебя слишком многого.

— Я сделаю все, что необходимо, — уверяю я его, желая, чтобы я могла предложить больше уверенности.

Большой палец Феликса скользит по моей талии, неспешно рисуя круги, и я кусаю губу. Что нужно, чтобы я могла создавать постоянное тепло, такое, какое нам нужно? Одни только мысли о Феликсе позволяют мне вызвать огонь, но будет ли этого достаточно?

Я смотрю в глаза Феликса, уверенная, что у него на уме тренировочная программа, которой я не смогу противостоять. Однажды он сказал, что я подожгу дворец, если он возьмет меня в постель, и вчера ночью я была близка к этому.

— Когда ожидается прибытие металла? — спрашивает Феликс, едва способный отвести от меня взгляд на более чем несколько секунд. — Я бы предпочел начать как можно скорее. Я ожидаю, что это будет огромный объем работы для всех нас.

— Через две недели, — отвечает Элейн, и Феликс кивает.

— Хочешь сопровождать меня в зал для аудиенций? — спрашивает он, и я улыбаюсь. Когда я только прибыла, он бы сказал: Ты пойдешь со мной, приказывая мне, как грубый человек, каким его считает мир.

— Да, — говорю я. — С удовольствием.

К моему удивлению, Феликс берет меня за руку и, переплетая наши пальцы, тянет за собой. Его рука большая по сравнению с моей, но она кажется идеальной. Он бросает на меня взгляд и щелкает пальцами, и на моих плечах появляется плащ. От этого звука я краснею, и меня наводняют воспоминания о прошлой ночи, а Феликс многозначительно смеется.

— Я принесу тебе перчатки позже, — говорит он. — А пока я хочу, чтобы твоя рука была в моей.

Я прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку, и киваю ему, сердце бьется как сумасшедшее. Сегодня он другой. Я не знаю, чего я ожидала после прошлой ночи, но, по-видимому, часть меня боялась, что он будет равнодушен. Я боялась, что прошлая ночь была для него не такой особенной, как для меня. В конце концов, я далеко не первая женщина, с которой он был.

Феликс останавливается, когда мы поворачиваем за угол, ведущий в атриум, и поворачивается ко мне с улыбкой на лице. Что-то в его взгляде заставляет меня сделать шаг назад, пока я не прижимаюсь к стене, а сердце колотится в груди.

— Я скучал по тебе сегодня утром, Арабелла, — шепчет он, сокращая расстояние между нами. — Все утро я думал только о тебе. Я просидел на бесчисленных стратегических совещаниях, завершая сделку по приобретению Ромтео, крошечной страны, полной золота, но все, о чем я мог думать, — это медовый цвет твоих глаз и то, как они темнели, когда ты шептала мое имя. — Он наклоняется, прижимая свое тело к моему. — Ты хоть представляешь, как мне было тяжело оставить тебя в нашей постели сегодня утром?

Мое дыхание неровное, я смотрю ему в глаза, нервничаю, чего-то жажду. Феликс, кажется, читает мои мысли и улыбается, наклоняя голову, его губы захватывают мои.

Когда он целует меня, из моих губ вырывается тихий стон, и я инстинктивно обнимаю его за шею, углубляя поцелуй. Когда он отстраняется, я задыхаюсь, а Феликс ухмыляется, прежде чем натянуть капюшон на голову.

— Пойдем, моя любовь. Чем скорее я закончу сегодняшнюю работу, тем скорее смогу отвести тебя обратно в постель.

Глава 34

Арабелла

Я подношу руку к груди, когда на письменном столе в нашей спальне появляется письмо. Я никогда раньше не видела ничего подобного. Мои глаза расширяются, когда я вижу на нем свое имя, написанное почерком Феликса, и я осторожно открываю его. С тех пор, как доставили сталь, мы с ним почти не проводили время вместе. Я не думала, что это возможно, но я скучаю по нему.

Любимая,

Встретимся сегодня вечером за ужином.

Комната для аудиенций. Через час.

С любовью,

Феликс

Я улыбаюсь, читая резкий тон его письма. Я почти слышу его голос. Мои пальцы прослеживают слово «с любовью», и мое сердце замирает. Даже в этом коротком письме я чувствую его попытки быть нежным со мной. Когда мы пришли к соглашению, он попросил меня дать ему честный шанс, чтобы посмотреть, сможем ли мы разорвать проклятие с помощью любви. В тот момент я уступила, потому что это был единственный способ получить то, что я хотела в ответ. Я не думала, что смогу его полюбить, несмотря на то, что я сказала. А сейчас? Я не так уверена. Я уверена, что еще не готова, но я чувствую то, чего никогда раньше не чувствовала. Я с нетерпением жду моментов, которые мы проводим вместе, и ловлю себя на том, что ищу его в дни, когда знаю, что он не ляжет спать до рассвета.

Стук в дверь нашей спальни вырывает меня из раздумий, и я поворачиваюсь к ней.

— Ваше Превосходительство, — говорит одна из дворцовых волшебниц, паря у дверного проема. — Меня зовут Молли. Его Превосходительство послал меня помочь вам подготовиться к ужину.

Я киваю ей, приглашая войти, и она низко кланяется передо мной. Когда она поднимается, ее глаза полны восторга, и я улыбаюсь ей в ответ. Отношение персонала здесь так контрастирует с тем, как ко мне относились дома. Там они насмехались надо мной, боясь, что я заражу их своей неудачей, а здесь они смотрят на меня, как на ожившую легенду. Думаю, я никогда не смогу к этому привыкнуть.

— Для меня большая честь обслуживать вас, — говорит она, слегка дрожа. Так всегда относились к Серене, но никогда ко мне. Странно, как быстро место может стать родным, когда люди, кажется, хотят, чтобы ты был там. Молли делает шаг ко мне, ее глаза блуждают по моему лицу. — Вашему превосходительству почти не нужно украшать себя. Ваша кожа здоровая и имеет естественное сияние, а волосы густые и темные. Я могу сделать ваши ресницы и брови темнее и, возможно, подчеркнуть скулы? Что вы думаете о том, чтобы добавить немного красного цвета вашим губам?