Суккубы предпочитают погорячее (ЛП) - Майлз Джилл

Но Делила взяла крест и надела на шею. Он лёг у ворота грязной блузки; она спрятала его под ткань и прижала к коже.

— Не жжёт. Не болит. Теперь можно выйти из этого круга?

Священник кивнул, и я встала, провела ногой по белой муке, разрывая толстую линию.

— Пойдёмте, святой отец. — Ноа взял священника под руку и многозначительно посмотрел на меня. — Я выпишу вам чек, и вы сможете ехать.

Для меня это означало: «Проследи, чтобы Делила ничего не натворила». Хотелось спросить, почему мы не отправим священника наверх к Реми, но я подозревала, что ей это всё равно не поможет.

Иоахим ведь просидел в ней уже несколько недель и уходить явно не собирался. Думаю, дело в его проклятии, привязывавшем его к этому миру. Куда податься сериму или вампиру, которого вышвырнули и сверху, и снизу?

Когда мужчины вышли, Делила поднялась, потянулась и подошла ко мне.

— Так-то лучше. — Она встряхнула руками, разминая их, словно бегун перед стартом. — Боже, какая я грязная.

— И выглядишь не очень, — сказала я с лёгкой улыбкой. — Кстати, рвота совершенно не сочетается с интерьером твоей кухни.

— Кстати об этом, — холодно произнесла она, сжимая кулак.

Пока я стояла и по-дурацки улыбалась от облегчения, Делила размахнулась и врезала мне в лицо.

Перед глазами вспыхнули искры, я попятилась, спотыкаясь. Для такой маленькой девушки правый хук у Делилы был просто убийственный. А когда она набросилась и добавила левой, я рухнула на пол.

— Тупая сука, — прошипела она, вскарабкавшись на меня, как обезьяна, и снова ударила. — Впустила демона в мой дом? Дура, тупая дура!

Комната бешено кружилась среди красных и чёрных звёзд. Я упёрлась ладонью в лицо Делилы, пытаясь спихнуть, но она была скользкой от пота и бог знает чего ещё. Я извивалась под ней, стараясь освободиться.

— Слезь с неё! — крикнул новый голос.

Меня обдало прохладным воздухом: Делила отлетела, ударилась о холодильник и сползла на пол.

В кухню вошёл Зейн и уставился на меня сверкающими глазами. Полы чёрного плаща взметнулись вокруг, словно тёмный ореол. Он тяжело дышал, обнажив клыки, и смотрел на меня дикими красными глазами.

Я вздрогнула и отползла, пока не упёрлась в кухонный остров. Насторожённо прижала руки к окровавленному лицу и рту. За спиной Зейна стояли ещё два вампира в чёрной коже и хмуро смотрели на меня.

Зейн двинулся ко мне, будто собираясь утешить, но Делила застонала от боли. Его лицо изменилось, и он бросился на неё.

Я вскочила. Двое вампиров за его спиной разошлись в разные стороны и двинулись в глубь дома, оставив меня с Зейном и Делилой.

Наверняка оба хотели мне врезать.

До меня донёсся сдавленный хрип, и я, спотыкаясь, шагнула вперёд. Зейн сидел на Делиле и душил её, весь напрягшись от ярости.

— Зейн, — сказала я, хватая его за плечи. — Прекрати! Ты делаешь ей больно!

Он не слушал. Для него не существовало ничего, кроме желания причинить Делиле боль. Она смотрела на меня выпученными глазами, её лицо багровело. Даже задыхаясь, она ухитрилась показать ему средний палец и злобно глянуть на нас обоих.

Да, умереть она не могла. Но выглядело это чертовски болезненно и пугало меня. А когда Делила вцепилась ему в волосы и вырвала целый клок, а он даже не отреагировал, я совсем запаниковала. Ударила Зейна ладонью по плечу.

— Прекрати! Зейн! Послушай меня!

С тем же успехом я могла разговаривать с камнем. Никакой реакции. Я схватила его за воротник и рванула на себя.

— Зейн!

Почти полную тишину нарушило шипение обожжённой плоти. Зейн отлетел от Делилы и врезался в меня. Я снова рухнула на пол. Со стоном заставила себя сесть, держась за голову.

Зейн отступил к стене и трогал щёку, на которой вздувался рубец в форме креста. Клыки блестели в свете ламп, он тяжело дышал, словно пытался прийти в себя. У холодильника Делила держала перед собой крест, переводя взгляд с меня на вампира.

На мгновение Зейн замер, явно разрываясь между нами — между яростью и влечением, — а потом метнулся ко мне. Помог встать. Когда я неуверенно посмотрела на него, Зейн обхватил моё лицо ладонями.

— Джекки, принцесса, — мягко произнёс он, проводя большими пальцами по ушибленному месту. — Ты в порядке?

— В порядке, — ответила я, заставляя себя оттолкнуть его руку. — Не трогай меня.

Он тревожно оглядел моё лицо, потом кивнул и отстранился.

— Собирай вещи, принцесса. Мы уходим. — Взглянув на Делилу, он презрительно скривил губы. — Я здесь. Теперь всё будет хорошо. — Он по-хозяйски обхватил меня за плечи.

Его беззаботное непонимание злило, хотя сердце и болело. Я выскользнула из его рук.

— Нет, не будет. Я не могу уйти с тобой. — Отступив, я встала рядом с Делилой.

Та наконец успокоилась, посмотрела на меня, потом на Зейна. Ее рука скользнула в карман — наверное, за очередным крестом.

Зейн уставился на меня в явном недоумении.

— Джекки. Ты мне позвонила. Просила помочь.

Я кивнула, чуть приподняв подбородок.

— Мне и правда нужна помощь. Скажи, кто тебя проклял, а потом позволил передать проклятие мне. — Вот. Я высказала всё начистоту.

— Ты думаешь, проклятие было на мне? — Он ещё сильнее нахмурился и шагнул ко мне. — Не говори ерунды. На мне никогда не было проклятия.

Делила вытянула руку, показывая тёмные волосы, вырванные у Зейна во время борьбы. Достала из кармана маленький пузырёк масла и сбрызнула их. Над ладонью заколебался горячий воздух, поплыл тонкий дымок; кухню наполнил запах палёных волос.

— В какой-то момент проклятие тебя коснулось, — спокойно сказала она, словно ничуть не беспокоилась.

При виде дыма — доказательства лжи Зейна — по моим щекам покатились крупные слёзы. Я повернулась к нему.

— Как ты мог так со мной поступить? Я же тебе доверяла.

— Ты что, правда веришь в эту чушь, Джекки? — Зейн холодно посмотрел на Делилу, потом снова на меня и чуть скривил губы. — Хочешь, чтобы я поверил в эти дешёвые фокусы?

Делила спокойно выбросила горящие волосы и выдернула несколько собственных. Полила маслом. Ничего не случилось.

Она посмотрела на меня, и я отступила.

— В этот раз я сама.

Я выдернула у себя несколько волосков, протянула ей и проследила, как она повторяет опыт. Мои волосы отреагировали так же, как волосы Зейна. Запах заполнил комнату, став вдвое сильнее. Я зажала нос.

— Это ничего не значит, — возразил Зейн.

— Это всё и значит. Каким-то образом ты передал мне своё проклятие.

Он сердито свёл брови и покачал головой.

— Джекки, я тебя не проклинал.

— Нет? Тогда объясни, как это случилось. — Кипя от злости, я протиснулась мимо него. Позову Ноа, и, может, втроём мы заставим Зейна снять проклятие. Сердце ныло.

— Джекки, — сказал Зейн, идя следом. Он коснулся моей руки, но я сбросила его ладонь и, спотыкаясь, вышла в холл.

Там стояли двое вампиров, удерживая между собой маленького священника. У их ног на полу лежал Ноа.

Меня захлестнула паника. Я тут же бросилась к нему.

— Ноа! — Коснулась его лица, мое сердце болезненно заколотилось. — Что вы с ним сделали? — Если вампиры Зейна его тронули…

Я поднесла палец к носу Ноа и с облегчением почувствовала тёплое, ровное дыхание. Быстрый осмотр показал, что он не пострадал. Просто вечерняя спячка. Слава богу. Сердце всё ещё больно стучало. Я притянула к себе его тяжёлое, безвольное тело.

Один из мужчин пнул бесчувственного Ноа в бок.

— Идиот серим. Оставить себя без защиты в нашем присутствии. — Вампиры обменялись мерзкими клыкастыми ухмылками.

Я злобно вскинула на них глаза.

— Не смейте его трогать, — сказала я, поднимая кулак. Мою ярость вампиры проигнорировали и посмотрели на Зейна, ожидая одобрения.

Кровь застыла в жилах. Я повернулась к Зейну.

— Я думала, ты изгнанник.

Он посмотрел на остальных, потом на меня.

— Я снова в милости у её величества. — Зейн слегка насмешливо поклонился, пытаясь смягчить удар.