Он сел напротив неё, всё ещё разглядывая.
— Не, ты реально обалденно выглядишь, — сказал он, устраиваясь удобнее на стуле. — Ты всегда так одеваешься, когда идёшь в бар?
Дарья сделала глоток из своего бокала. Что там было — Игорь не разобрал, что-то прозрачное с лаймом.
— Нет уж, — ответила она, ставя бокал на стол. — У меня типа свиданка была.
Игорь чуть оглядел зал, будто ожидая увидеть где-то рядом брошенного кавалера. Потом перевёл взгляд обратно на неё.
— С кем?
Дарья чуть грустно усмехнулась, глядя в свой бокал.
— Да не важно, — махнула она рукой. — Очередной ебанат, который уже ушёл, как видишь.
Игорь всё ещё машинально оглядывался по сторонам, будто надеялся увидеть этого таинственного «ебаната».
— А-а, — протянул он. — А почему ебанат-то?
Он усмехнулся, искренне заинтересовавшись. Дарья сделала ещё один глоток, помедлила, глядя на него поверх бокала.
— Тебя ебёт?
Игорь пожал плечами, разглядывая её. Взгляд скользнул по плечам, по вырезу платья, по груди, которая в этом наряде выглядела просто сногсшибательно. Он постарался смотреть чуть выше, но получалось плохо.
— Ну так-то нет, — ответил он. — Просто интересно, чем же тебе не угодили. Особенно учитывая, как ты оделась для этой встречи…
Дарья чуть заметно улыбнулась — комплимент явно пришёлся по адресу. В её глазах мелькнуло что-то тёплое, почти довольное.
— Короче говоря, — начала она, ставя бокал на стол и чуть подаваясь вперёд, — он сказал, что я слишком грубая. Ну я его и послала нахуй. — она развела руками, будто подводя итог. В этом жесте было столько дарьинской непосредственности, что Игорь не сдержал улыбки. — И он ушёл. Вот.
— Слушай, — начал он, всё ещё улыбаясь, — а тебе не кажется, что он в чём-то прав?
Дарья сделала лицо — театрально-возмущённое, с приподнятой бровью и чуть приоткрытым ртом, будто она только что услышала величайшую несправедливость в своей жизни.
— Я смотрю, ты тоже захотел нахуй пойти? — спросила она, и в глазах её заплясали смешинки.
Игорь рассмеялся.
— Нет, я не уйду.
В этот момент к столику подошёл официант — молодой парень с блокнотом и дружелюбной улыбкой.
— Добрый вечер, что будете заказывать?
Игорь глянул на Дарью, потом на барную стойку.
— Мне виски с колой, — сказал он. — И льда побольше.
Официант кивнул и перевёл взгляд на Дарью.
— А мне ещё один мохито, — ответила она, пододвигая к нему почти пустой бокал.
Официант забрал посуду и удалился. Игорь снова посмотрел на Дарью — она сидела, задумчиво глядя куда-то в сторону, и в её глазах читалась та самая лёгкая грусть, которая бывает у выпивших людей в конце вечера.
На сцене пока никого не было, только микрофонная стойка одиноко торчала в луче света.
— Да ладно тебе, — сказал Игорь, пытаясь её растормошить. — Чёт ты такая грустная. — Он перевёл взгляд на сцену, потом снова на неё. — А что, кто-то уже выступал?
Дарья улыбнулась — той самой улыбкой, когда вспоминаешь что-то забавное.
— Да, — кивнула она. — Тот ебанат стих читал, кстати. Поэтому сюда и позвал — чтобы я оценила типа.
Игорь заинтересованно подался вперёд.
— И что? О чём стих? Или что там?
Дарья посмотрела на него хитрым взглядом — тем самым, который обычно предвещал какую-нибудь едкую шутку.
— Я ему сказала правду, — ответила она.
Игорь уже почти догадывался, что будет дальше, но всё же спросил, улыбаясь:
— Какую же?
— Что хуйня полная, — выпалила Дарья и чуть рассмеялась.
Игорь расхохотался в ответ. И в этот момент официант вернулся с напитками — поставил перед Игорем высокий стакан с виски, перед Дарьей свежий мохито с веточкой мяты и долькой лайма.
Они синхронно сделали по глотку, и затем Игорь отставил стакан, облизнул губы и посмотрел на Дарью с хитрой улыбкой.
— Вот ты говоришь, хуйня была, да? — начал он.
Дарья кивнула, задумчиво покручивая трубочку в бокале. Взгляд её снова стал чуть грустным, отстранённым.
— Ну да, — тихо ответила она.
Игорь широко улыбнулся, предвкушая её реакцию на свою шутку.
— Получается, стих про тебя был?
Дарья подняла на него взгляд. Улыбнулась — мягко, без привычной язвительности. Почти нежно.
— Нет, — сказала она тихо. — Я там половину не поняла.
Игорь удивился.
— Как это?
Но в этот момент из динамиков раздался громкий голос: «А сейчас на сцену приглашается…» — и дальше ведущий назвал какое-то имя, которое потонуло в шуме аплодисментов.
— Что? — переспросила Дарья, наклоняясь ближе.
Игорь наклонился тоже, готовый повторить вопрос, но объявление продолжалось, заглушая всё вокруг.
— Я говорю, как это не поняла? Не слушала что ли? — крикнул он, но голос его снова потонул в очередной волне объявлений.
Дарья вздохнула, и в её глазах мелькнуло знакомое раздражение. Она выпрямилась, набрала побольше воздуха и выдала на весь зал:
— Бля, ты можешь хуй изо рта вытащить и сказать нормально⁈
В этот же момент, как по заказу, в зале наступила мёртвая тишина, и все головы — человек двадцать, не меньше — синхронно повернулись в их сторону. Кто-то замер с вилкой у рта, кто-то с открытым ртом смотрел на Дарью. Бармен перестал протирать бокал. Даже свет на сцене, казалось, моргнул от неожиданности.
Игорь замер на секунду, а потом расхохотался — громко, от души, не сдерживаясь. Он поднял руку, обращаясь к залу, и выдавил сквозь смех:
— Извините! Извините, пожалуйста!
И, всё ещё смеясь, сделал большой глоток виски.
Дарья вздохнула, закатывая глаза, но в уголках её губ пряталась улыбка. Игорь наклонился к ней еще ближе, и уже открыл рот, чтобы повторить свой вопрос, но она перебила его движением руки.
— Ой, отстань уже, — отмахнулась она. — … бесишь.
Игорь замер в недоумении, отстранился чуть назад.
— В смысле? — спросил он, и в голосе его послышалась лёгкая обида. — А че ты меня позвала-то тогда? Я бы мог просто домой пойти.
— Ну так и пиздуй, — пожала плечами Дарья, глядя в свой бокал.
Игорь усмехнулся, но усмешка вышла нервной.
— Да заебала, — выдохнул он. — Ты типа из-за того ебаната теперь ещё злее стала, что ли?
— Отста-а-ань, — протянула она, растягивая слово, будто разговаривала с назойливым ребёнком. Потом подняла на него глаза, и в них мелькнул привычный огонёк. — Ты чо, мой психолог, что ли? Ты так-то мой раб, если не забыл.
Игорь усмехнулся уже увереннее, чувствуя, как виски придаёт смелости.
— Да с хуёв это? — спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Мы не на работе. Вот там можешь выебываться, а тут не надо.
Дарья посмотрела на него долгим, изучающим взглядом.
— Я сама решу, — отрезала она, но в голосе уже не было той колючей злости.
Игорь сделал ещё глоток, поставил стакан на стол и наклонился ближе.
— Да нихуя, — сказал он твёрдо. — Сама позвала, так что не пизди мне тут, что уже бешу.
Дарья усмехнулась. В этой усмешке вдруг промелькнуло что-то новое — не раздражение, а одобрение, будто она наконец увидела в нём то, что хотела увидеть.
— Сказала же… сама решу-у-у-у! И… — она сделала паузу, поймав его взгляд, — … я тебя позвала, — сказала она, чуть подаваясь вперёд, и теперь их лица разделяли всего несколько сантиметров, — … только чтобы ты мой счёт оплатил. Ты мне так-то должен.
Игорь усмехнулся, чувствуя, как виски придаёт уверенности, и откинулся на спинку стула с видом человека, которого так просто не возьмёшь.
— Нифига, — сказал он, глядя на неё с вызовом. — Сама за себя заплатишь.
Дарья усмехнулась — но как-то по-новому, мягко, будто его наглость её не разозлила, а наоборот, зацепила.
— Ты что, офигел? — спросила она, и в голосе её послышались удивлённые, почти игривые нотки. — Пиздюк, блин.
— Нет, — начал Игорь, но она перебила его, подавшись вперёд:
— Ты забыл, что тогда я за тебя оплатила, а? Нищеброд.
Игорь усмехнулся, чувствуя, что эта перепалка начинает его заводить.
