Вулкан Капитал: Орал на Работе 2 (СИ) - Некрасов Игорь

— Ты что, офигел? Аню свою трогать будешь! — бросила она и, грациозно спрыгнув с кровати, встала посреди комнаты, поправляя халат.

Игорь с театральным вздохом поднялся.

— Ну ясно, — сказал он, разводя руками. — Как пойти разбираться с соседями — «Игорь, иди, ты же мужчина!». А как я совершенно нечаянно хотел дотронуться до твоих грудей — так сразу «отвали, иди к своей Ане». Вроде не Аня то меня сейчас просит сходить к соседям!

Карина вместо ответа расхохоталась, коротко и звонко.

— Что ты несёшь, боже? Иди уже! Нам спать надо, вон ты уже с ума сходишь, а тебе завтра на работу. Да и у меня завтра дел много. — она подошла к двери, обернулась на пороге, всё ещё улыбаясь. — Только не дерись там, ладно? А то опять в участок заберут, и отпетушат тебя там. — она еще больше разулыбалась и добавила. — Жопа то, наверное, до сих пор болит.

Игорь фыркнул, натягивая штаны.

— Ага… постараюсь.

Он двинулся к выходу под аккомпанемент оглушительного рока, и, уже выходя в коридор, бросил ей вслед:

— А ты пока сделай мне чай! Ты же женщина, в конце концов.

В ответ из спальни Карины донёсся лишь новый приступ смеха, но ни возражений, ни звуков движения на кухню не последовало.

«Я так и знал», — беззлобно подумал он.

Одеваясь в прихожей под оглушительный грохот, Игорь ловил себя на одной-единственной, навязчивой мысли: он чертовски устал и хочет спать.

Каждое движение давалось с трудом, будто он проваливался в сон на ходу. Даже мысль о предстоящем разговоре с неадекватными соседями казалась размытой и нереальной.

Игорь уже натягивал кроссовки, не завязывая шнурки, когда увидел Карину. Она стояла в коридоре, прислонившись к косяку своей двери, и смотрела на него с приторно-сладкой улыбкой.

— Удачи, сосед, — пропела она.

Игорь, всё ещё ворчливый, упёрся руками в боки.

— А куда идти-то? В какую дверь стучать?

— Не знаю, — пожала она плечами. — Но звук как будто сверху доносится. — Игорь собрался было выдать что-то язвительное, но Карина, не дав ему раскрыть рот, добавила: — Прислушаешься к двери — откуда громче, туда и стучи. Логично же.

Он постоял, пытаясь придумать убийственный ответ, но мозг, затуманенный усталостью, набирающим обороты похмельем и громкой музыкой, выдал лишь:

— Ладно. Разберусь. — выйдя на лестничную площадку, он обернулся. — Ты только дверь не закрывай, Карин.

Она тихо посмеялась, подходя к двери и уже притворяя её, сказала:

— Иди уже, болтун.

Игорь ничего не ответил, развернулся и побрёл вверх по лестнице. Но только он сделал пару шагов, как за спиной раздался чёткий, злобный щелчок замка.

«Вот сучка, блядь», — беззлобно, но с раздражением подумал он и, вздохнув, поплёлся на верхний этаж.

Поднимаясь по лестнице, он инстинктивно замедлил шаг, прислушиваясь. Оглушительный грохот, который в его квартире казался всеобъемлющим, здесь начал дробиться и приобретать направление. Определённо, громче всего музыка играла где-то сверху.

«Значит, Карина была права», — неохотно отметил он.

И тут, поднимаясь под аккомпанемент «Мёртвых Воронов», он почувствовал в кармане штанов знакомый твёрдый контур. Он сунул руку внутрь, и его пальцы наткнулись на холодный металл связки ключей. Игорь на мгновение застыл на ступеньке.

«Надо же, — с лёгким удивлением подумал он. — Я даже не заметил, что прихватил с собой ключи. Видимо, на автомате взял».

Он достал связку и, позванивая ею, как кастаньетами, лениво завершил подъём, подойдя к первой двери на верхнем этаже, которая была прямо над их квартирой. Игорь наклонился, прильнув ухом к щели между дверным полотном и косяком, чтобы окончательно убедиться. Ритмичный грохот бил прямо в барабанную перепонку — да, это точно отсюда. Параллельно его пальцы сами по себе нервно теребили и перебирали ключи, позванивая ими.

Выпрямившись, он с обречённым вздохом подумал: «Ну всё, им пиздец. Сейчас поговорим». И всё так же перебирая одной рукой ключи, он другой потянулся к звонку и с силой вдавил кнопку. Сквозь стену баса и воплей ему послышался короткий, пронзительный звук изнутри.

И пока он стоял в нерешительности, в голове лихорадочно перебирая варианты фраз — от вежливого «Ребята, потише, пожалуйста» до яростного «Выключите эту хуйню, блядь!» — его пальцы, жившие своей собственной нервной жизнью, нечаянно разжались. Связка ключей с сухим, звенящим стуком шлёпнулась на пол возле его ног.

— Блять, — выругался Игорь вслух, чуть отшатнувшись.

Он наклонился, чтобы поднять их, в позе — полуприсед, одна рука для равновесия упёрлась в колено. В этот самый момент, пока его пальцы наконец-то ухватили холодный металл, с характерным щелчком открылась дверь.

Игорь поднял голову.

И прямо перед своим лицом, на уровне его глаз, он увидел её. Голую, сочную киску, прикрытую аккуратной тёмной полоской волос. Плотные, чуть приоткрытые половые губы были невероятно близко.

Он медленно поднялся по стойке «смирно», как на смотре, и его взгляд пополз вверх.

На женщине была лишь мятая длинная серая майка, настолько тонкая, что через неё отчётливо проступали тёмные, крупные ареолы её груди. Соски, твёрдые от прохлады в подъезде или от возбуждения, упирались в ткань.

Ей было на вид около тридцати пяти лет. Лицо — миловидное, но обмякшее от выпивки и усталости. Растрёпанные волосы светло-русого цвета выбивались из небрежного пучка. Глаза, карего цвета, смотрели на него мутно и безразлично сквозь густые ресницы. По её щекам разливался нездоровый румянец, а на лбу блестела тонкая плёнка пота.

Игорь застыл в неловком молчании, его взгляд непроизвольно скользил с её пьяного лица вниз, к той самой тёмной, влажной щели, которая находилась в столь опасной близости от него, и снова вверх.

Он чувствовал себя неловко.

— Что надо? — грубо и с сильной хрипотцой в голосе выпалила она, перекрикивая музыку. — Соль? Сахар?

«Ага! Конечно, блядь!» — пронеслось в его голове под громкий басс, доносящийся из глубины её квартиры.

Игорь вздохнул и, наконец найдя слова, выдавил:

— Здравствуйте, я… сосед с нижнего этажа.

— И? — она скосила на него мутные глаза.

— И нам… мне, — поправился он, — мешает спать ваша музыка. Не могли бы вы…

— Блять, ещё один, до кучи, — перебила она, с раздражением махнув рукой. Потом тяжело вздохнула, и её плечи обвисли. — Да знаю я, что орет эта хуйня! Я её выключить не могу! — она повернула голову в сторону комнаты, крикнув через плечо: — Муж, сука, козёл ебаный, что-то сделал с ноутом, и он завис к хуям!

Пока она говорила, отведя взгляд, Игорь снова, уже более нагло, уставился на её киску. В свете из квартиры были видны мельчайшие детали: влажный блеск на внутренней стороне полных губ и несколько тёмных, курчавых волосков, прилипших к коже. Самоуверенная и небрежная откровенность этой наготы притягивала.

Она резко повернула голову обратно, и Игорь дёрнул подбородком вверх, застигнутый на месте преступления. Но она, казалось, не заметила или не придала значения.

— Может, вы посмотрите, че там этот придурок сделал? — предложила она, безнадёжно махнув рукой в сторону комнаты. — А то я уже не знаю, что с этим громким говном делать.

Игорь, оглушённый и этой просьбой, и её видом, на автомате кивнул.

— Давайте, посмотрю…

Она развернулась и пошла вглубь квартиры, и он, как загипнотизированный, последовал за ней. Его взгляд прилип к её ягодицам, упругим и полным, которые плавно покачивались при каждом шаге. Они были обнажены снизу, и в полумраке прихожей он видел чёткую линию, где заканчивается загар и начинается белая кожа.

Мелькнула мысль: «Вот же ж… ситуация. Ей вообще норм ходить голой перед незнакомцем или она настолько пьяна, что сама не замечает этого? А может, она не в курсе, что без трусов?».

На ходу, не оборачиваясь, он протянул руку и притворил входную дверь, чтобы не светить на всю лестничную клетку этим спектаклем.