Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ) - Некрасов Игорь

Он понял намёк сразу и припал губами к её шее — нежной, тёплой, пахнущей духами и мохито. Он целовал её жадно, проводя языком по коже, чувствуя, как под губами бьётся пульс. Она выдохнула, запрокинув голову, открывая ему больше пространства. Он спустился ниже, к ключице, потом поднялся обратно, к уху, слегка прикусывая мочку.

Дарья выгибалась под ним, тихо постанывая, и её пальцы в его волосах то сжимались, то разжимались, направляя, дразня, умоляя продолжать. Игорь целовал её шею, спускаясь всё ниже, чувствуя, как её тело отзывается на каждое прикосновение.

Азарт и возбуждение смешивались в тугой комок где-то внизу живота, и вскоре ему надоело быть ведомым. Он хотел вести, управлять, стать «хозяином», и в следующую секунду одна его рука скользнула вверх по её телу, накрывая грудь через тонкую ткань платья.

Пальцы ощутили упругую, тёплую плоть, сосок — твёрдый, явно отреагировавший на возбуждение — отчётливо проступал сквозь материю. Он сжал, чувствуя, как она выдыхает ему в губы новую порцию стона.

Дарья не сопротивлялась. Наоборот — она полностью отдалась, расслабилась, позволяя ему делать всё, что он захочет. Её руки больше не направляли — они просто лежали в его волосах, иногда поглаживая, иногда чуть сжимая в такт его движениям.

Игорь, уже сам возбуждённый до предела, не останавливая поцелуев, повёл руку ниже. Ладонь скользнула по её животу, по талии, по ногам, в конце забираясь под подол платья. Ткань задралась, открывая тёплую кожу бёдер. Он продвинулся дальше, чувствуя, как под пальцами натягиваются тонкие кружева.

Пальцы нащупали её мягкую, тёплую киску сквозь влажную ткань трусиков. Игорь начал тереть — медленно, надавливая, чувствуя, как кружево впитывает влагу, становясь ещё более скользким.

Дарья застонала — негромко, очень нежно, совсем не так, как он мог бы представить. Этот звук — тихий, почти ласковый, вырывающийся из груди той самой женщины, которая всегда была груба с ним и подкалывала — ударил прямо в голову, разгоняя кровь быстрее.

Игорь завёлся ещё сильнее. Его пальцы двигались быстрее, настойчивее, лаская её сквозь мокрую ткань. Дарья выгибалась под ним, кусая губы, чтобы не закричать, и он не выдержал.

Игорь отодвинул трусики в сторону — и пальцы провалились во влажную, горячую глубину. Она была мокрая, текучая, готовая. Его пальцы скользнули по складкам, собирая её сок, и Дарья выдохнула ему прямо в губы: «Да…» Затем Игорь чуть провёл пальцами между её половых губ, чувствуя, как они влажные, раскрытые, готовые. Он провёл по самой серединке, собирая пальцами её сок, тёплый и скользкий, и надавил чуть глубже.

Она подалась навстречу.

Его палец вошёл в неё — медленно, но уверенно. Игорь почувствовал, как её тугая, упругая дырочка сначала сопротивляется, а потом поддаётся, принимая его. Внутри было горячо, влажно, скользко — её сок обволакивал палец, делая движение лёгким и плавным.

Он начал двигать пальцем — сначала медленно, потом чуть быстрее, нащупывая ритм. Дарья застонала громко, уже не сдерживаясь, запрокинув голову и вцепившись в его плечи. Её бёдра сами двигались навстречу, насаживаясь на его руку.

А потом она снова притянула его к себе и поцеловала — жадно, глубоко, заглушая собственные стоны этим поцелуем.

Это длилось ещё минуту — поцелуи, движения пальцев, её стоны, разбивающиеся о его губы. А потом Дарья резко оттолкнула его от себя.

— Всё, — выдохнула она.

Игорь замер, и в его голове пронеслось: «Да бля, опять? Типа играла со мной, что ли?» Но Дарья, тяжело дыша, смотрела на него с нетерпением и лёгкой усмешкой.

— Снимай штаны уже, — бросила она вполголоса. — Хватит меня пальцами ебать. У тебя члена нет, что ли?

Игорь выдохнул с облегчением и улыбнулся.

— Понял, — сказал он и быстро принялся расстёгивать брюки.

Дарья откинулась на подушку, тяжело дыша и смотря на него сквозь полуприкрытые веки. Её грудь вздымалась, платье задралось почти до пояса, открывая длинные ноги.

Игорь встал на колени на кровати, стянул брюки с трусами вниз, и его член выпрямился, твёрдый и готовый. Дарья скользнула по нему взглядом и чуть улыбнулась — довольно, одобрительно. Следом она раздвинула ноги шире, потянула подол платья вверх, открывая себя полностью.

Игорь смотрел на её киску — гладкую, без единого волоска, с аккуратными, чуть припухшими половыми губами, влажно блестящими в мягком свете из коридора. Они были приоткрыты, и в глубине угадывалось розовое, манящее отверстие.

Чуть ниже, меж ягодиц, виднелось анальное отверстие — тёмно-розовое, с мелкими морщинками, сжатое, но такое интимное. А рядом, прямо у края половых губ, темнела маленькая родинка — единственная деталь на этой идеально гладкой коже, делавшая её ещё более живой и желанной.

Дарья заметила его замешкавшийся взгляд и устало выдохнула.

— Давай уже, — сказала она с лёгким раздражением. — Пизду не видел, что ли?

Игорь улыбнулся, переводя взгляд на её лицо.

— Твою — нет, — ответил он и подвинулся ближе.

Дарья чуть приподнялась на локтях, глядя на него. Её рука потянулась вниз и обхватила его член — твёрдый, горячий. Она сжала ствол и провела большим пальцем по головке.

— Если хорошо меня трахнешь, — сказала она, и в голосе её звучала хриплая, обещающая нотка, — то так и быть, может, дам тебе попробовать её на вкус.

Игорь усмехнулся, открыл рот, чтобы ответить, но она не дала. Её рука задвигалась — вверх-вниз, вверх-вниз, дразня, разжигая. Он выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как каждое её движение отдаётся внизу живота. А потом она сама подалась вперёд, придвигаясь ближе, и приставляя головку его члена к своей мокрой, ждущей киске.

Она водила им вверх-вниз по половым губам, размазывая свою влагу, дразня, заставляя его член скользить по самому краешку, но не входить. Головка то касалась клитора, то скользила ниже, к самому входу, и каждый раз Дарья чуть замирала, но не давала ему войти.

«Ох, черт, я больше не могу!» — пронеслось в его голове, и он зарычал от нетерпения.

Дарья тут же радостно усмехнулась, глядя ему в глаза, и одним движением, резко и глубоко, вставила член в себя. Игорь выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как её тугая, горячая киска сжимает его, обволакивает, принимает.

Он видел, как его член растянул её аккуратную дырочку — влажную, раскрытую, готовую. Её половые губы, мокрые и скользкие, плотно обхватили его у основания, и это зрелище — как он входит в неё, как она принимает его — ударило в голову сильнее любого виски.

Дарья рухнула на спину, запрокинув голову, и застонала — нежно, протяжно, совсем как кошка, которая млеет от ласки. Её стоны были такими тёплыми, такими домашними, что контраст сводил с ума.

Игорь начал двигаться — медленно, глубоко, чувствуя, как каждый миллиметр её влажного жара отзывается во всём теле. Он взял её за ноги, приподнял, зажимая их под своими руками, и вошёл ещё глубже, так что её киска обхватила его ещё плотнее, ещё туже.

И он начал трахать её — ритмично, сильно, глядя, как она извивается под ним, как её грудь ходит ходуном, как она кусает губы, чтобы не закричать слишком громко. В комнате было слышно только влажные шлепки и их сбитое, тяжёлое дыхание.

Игорь держал её ноги, прижимая к своей груди, и наклонялся, чтобы целовать их — нежные, гладкие икры, не переставая двигаться внутри неё. Каждый толчок отдавался в ней новым стоном, и она становилась ещё влажнее, ещё горячее, ещё податливей. Её сок тёк по его члену, делая движения скользкими, глубокими, безумными.

Он опустил взгляд вниз, туда, где их тела соединялись. Его член входил в неё снова и снова — мокрый, блестящий, покрытый её страстной влагой. Он видел, как её половые губы, припухшие и раскрасневшиеся, обхватывали его при каждом толчке, как его ствол растягивал её тугую, горячую дырочку, как она сжималась вокруг него, не желая отпускать.

Каждый раз, когда он выходил почти полностью, её киска будто пыталась удержать его, а когда входил снова — жадно заглатывала, принимая в самую глубину. Это зрелище — его член, разрабатывающий её влагалище, входящий в неё с влажными, хлюпающими звуками, раздвигающий, дарящий ей наслаждение — заводило его ещё сильнее.