Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ) - Некрасов Игорь

Он трахал её яростно, ритмично, глядя, как её тело принимает его, как она мокнет, как она стонет, как она полностью, без остатка принадлежит ему в этот момент. Её стоны становились громче, прерывистее, и вдруг она резко дёрнулась, выгнувшись дугой. Её тело покрылось мелкими мурашками, киска конвульсивно сжалась вокруг его члена с такой силой, что Игорь едва не кончил тут же.

— Да-а-а! — выдохнула она, и этот выдох был похож на крик, застрявший в горле. — Ммм… да-а…

Игорь уже чувствовал, как приближается и его собственный оргазм — низ живота стянуло тугим узлом, член пульсировал внутри неё. Он хотел выпустить всё, что накопилось, внутрь, но с трудом подождал несколько секунд, пока её тело расслабится после оргазма.

В эти мгновения он чувствовал каждое её движение: Дарья всё ещё содрогалась в сладкой истоме, и её тесная киска, словно живая, продолжала ритмично сжиматься и пульсировать вокруг его ствола в такт её прерывистому, горячему дыханию.

Эти глубокие, медленные спазмы доставляли Игорю почти невыносимое блаженство, заставляя его мышцы дрожать от напряжения. Каждое её сокращение было подобно прикосновению к оголённому нерву, подталкивая его к краю пропасти, и он изо всех сил сжимал зубы, балансируя на грани, чтобы не кончить раньше времени прямо в эту сводящую его с ума глубину.

И вот Дарья опустила взгляд на него. Она тяжело дышала, её рот был приоткрыт, и Игорь тут же, сделав еще несколько быстрых глубоких толчков, заставивших её прикусить губу, резко вышел, опустил её ноги на кровать и направил член на её раскрытую киску.

В следующий миг он начал яростно дрочить, глядя, как его головка пульсирует в миллиметре от её набухших губ.

Первая струя спермы ударила прямо в растянутую дырочку, заливая её горячей, густой жидкостью. Вторая, третья — он кончал щедро, яростно, покрывая её половые губы, клитор, всю дырочку. Сперма стекала по коже, смешиваясь с её соком, затекая между ягодиц, капая на простыню.

Она лежала, тяжело дыша, и смотрела на это мутными, счастливыми глазами. Её киска была залита, раскрыта, и белые капли стекали по ней, создавая картину абсолютного, бесстыдного удовлетворения.

Игорь продолжал надрачивать еще несколько секунд, выдавливая последние капли, чтобы полностью вышло всё до конца. Потом, тяжело дыша, он провёл головкой по её мокрой, залитой киске — размазывая сперму, смешивая её с её соком, покрывая этим белым слоем каждый миллиметр припухших, раскрасневшихся половых губ.

Дарья лежала молча. Только тяжело дышала — глубоко, ровно, с явным наслаждением. Глаза её были полуприкрыты, тело расслаблено, она явно была на грани сна, утопая в послеоргазменного блаженства.

Игорь убрал руку и просто рухнул рядом с ней на кровать.

Они лежали, тяжело дыша, и смотрели в потолок. Комната медленно переставала вращаться перед глазами. Тишину нарушало только их сбитое дыхание, которое постепенно становилось спокойнее.

Игорь чуть прикрыл глаза. Мысли ворочались лениво, как тяжёлые камни: «Я пьян… дико пьян… и, секс был каким-то… быстрым, что ли… но, чёрт возьми… я трахнул Дарью». Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что завтра будет неловко.

Но сейчас… сейчас было всё равно.

Дыхание выровнялось, тело налилось свинцовой усталостью, и Игорь провалился в сон, даже не заметив, как закрылись глаза.

Глава 24

Игорь открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в незнакомый потолок, пытаясь понять, где он находится и какого чёрта его голова раскалывается на тысячи мелких осколков.

В то же время он слышал, как шумела вода где-то рядом — настойчиво, ровно. Кто-то принимал душ.

Он приподнялся на локте и огляделся.

Просторная спальня в светлых тонах, огромная кровать, на которой он лежал в рубашке, костюме с галстуком, скомканное одеяло, брошенное на пол платье… и воспоминания начали возвращаться — рваными, пьяными, но вполне отчётливыми кадрами.

Такси. Бар. Дарья.

Игорь провёл ладонью по лицу, чувствуя, как под пальцами колется щетина, а потом он почувствовал вкус во рту. Было такое ощущение, что он всю ночь жевал старые носки, запивая их прокисшим пивом. Язык ворочался тяжёлый, сухой, будто наждачный.

Игорь поморщился, пытаясь сглотнуть, но слюны практически не было — только этот мерзкий, химический привкус перегара, смешанный с чем-то сладковато-противным.

«Чего такого крепкого я пил?» — задумался он и откинулся обратно на подушку, закрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям. Голова гудела, тело ломило, но где-то глубоко внутри, под всей этой похмельной мутью, теплилось смутное, довольное чувство. «Я провёл ночь с Дарьей», — вспомнил он, и в этот же момент вода в душе перестала шуметь. — «С ума сойти…»

Игорь лежал, а в голове продолжали всплывать обрывки воспоминаний. Её руки, вцепившиеся в его плечи. Её стоны. То, как она выгибалась под ним. Как кончала и как смотрела на него мутными, счастливыми глазами после…

— Доброе утро, что ли, — раздался вдруг голос рядом, и Игорь вздрогнул, открывая глаза.

Дарья стояла в дверях спальни. На ней был короткий махровый халат — белый, пушистый и распахнутый настолько, что виднелась её грудь, а также и аккуратный животик.

Волосы, ещё влажные после душа, растрёпанными прядями падали на плечи. Без косметики её лицо выглядело совершенно иначе — свежее, молодое и невероятно милое.

Игорь сглотнул и выдавил хриплым, чужим голосом: «Доброе…» Затем тут же почувствовал, как в горле заскребли кошки, а следом голова болюче загудела, но, несмотря на это, он всё ещё смотрел на неё и не мог отвести взгляд.

Дарья в этот момент направилась к окну, чуть покачивая бёдрами.

— Давай просыпайся, — бросила она через плечо. — Нам ещё на работу пиздовать. — добавила она и рванула штору в сторону, уходя обратно из комнаты. Яркий солнечный свет ворвался в комнату, ударив по глазам с такой силой, что Игорь зажмурился и простонал, закрывая лицо рукой. В голове тут же застучали маленькие молоточки. — Давай-давай, — донеслось уже из коридора. Дарья остановилась в дверях, бросив на него взгляд. — Иди умывайся. И сними свой ёбаный костюм, я поглажу, а то мятый весь.

Она вышла, оставив дверь открытой.

Игорь собрал остатки воли в кулак, приподнялся на локтях, потом сел. Голова тут же отозвалась новой волной боли, и комната слегка качнулась.

Он посидел так пару секунд, привыкая к реальности, потом встал, пошатываясь. По пути к ванной он поймал себя на мысли:

«Пиздец, конечно… сил прям совсем нет. Вот бы ещё поспать…»

Ванная оказалась светлой, чистой, с огромным зеркалом во всю стену. Игорь глянул на себя — видок был ещё тот: волосы дыбом, глаза красные, на лице отпечаток подушки. Он включил холодную воду и первым делом умыл лицо. Потом ещё раз. И ещё.

Вода немного отрезвляла, смывая остатки ночного кошмара с лица. Игорь набрал в ладони побольше, прополоскал рот и сплюнул в раковину. В этот момент в дверь постучали — два раза, настойчиво, и через секунду она открылась. Дарья стояла на пороге, скрестив руки на груди.

— Вещи-то сними, придурок, — выпалила она, глядя на него. — И пиздуй в душ уже.

Игорь оглянулся на неё, потом на себя в зеркало. И, вздохнув, начал послушно стягивать костюм и рубашку, путаясь в пуговицах.

— А сколько времени-то сейчас? — спросил он, пытаясь справиться с рубашкой непослушными пальцами.

— Ещё полтора часа есть, — ответила Дарья.

Игорь удивился, даже перестал мучить рубашку.

— Блин, мы же могли ещё поспать!

Дарья усмехнулась.

— Да хуй там, — фыркнула она. — Я всегда рано просыпаюсь.

— Зачем? — спросил Игорь, наконец стаскивая рубашку и протягивая ей.

Она взяла вещи, критически оглядывая мятый пиджак.

— Пока умоюсь, пока приму душ, пока позавтракаю, — начала перечислять она, загибая пальцы. — И всё такое. А ты что? — она посмотрела на него с лёгкой насмешкой. — За пять минут, что ли, встаёшь?