Брачный контракт - Кей Дж.

– Так что, будьте хорошей девочкой, одевайте эту одежду и идите в соседнюю комнату. Выслушайте все, что скажет вам ваш ужасный муж и возвращайтесь. И мы сегодня же уедем отсюда домой, в Эльсборо!

– Но Питер… – робко попыталась возразить девушка.

– О Боже, мисс Элли! – воздела руки к потолку Берта. – Давайте все сделаем по порядку! Сначала разберемся с вашим мужем, а потом уже подумаем о вашем женихе!

И, заметив, как девушка вся сникла, глубоко вздохнула.

– Не расстраивайтесь так, мисс Элли! Мистеру Андерсону мы скажем, что… – Берта на мгновение задумалась. – Что его светлость герцог Ратнер уехал в путешествие… Тяжело болен… Или женился… Короче, ему в этом месяце совсем не до вас! Хорошо?

– Я не смогу ему солгать, – болезненная гримаса исказила лицо девушки.

– Не переживайте, мисс Элли, – ободряюще улыбнулась ей Берта. – Я смогу. Только избавьтесь по – скорее от вашего мужа!

Стоя посреди скромно обставленной комнаты третьесортной гостиницы, Джейсон угрюмо размышлял о том, что это еще только начало. Слух о том, что он женат, просочился в общество, и теперь оно еще долго не успокоится. На приемах и светских раутах ему с наслаждением будут перемывать косточки, злорадно улыбаться при встрече или сочувственно вздыхать и охать, словно он беспомощный калека. Мужчина с силой сжал пальцы в кулаки, чувствуя, как его переполняет злость. Людское презрение он легко переживет, а вот жалость… Это было для него равносильно оскорблению.

В застывшей вокруг них тишине внезапно раздался резкий пронзительный скрип, и Джейсон недовольно поморщился. Повернув голову в сторону двери, он с удивлением уставился на молодого человека, нерешительно топтавшегося на пороге.

На вид ему было не больше восемнадцати лет. Невысокий, худой, сутулый, одетый в мешковатый, плохо пошитый костюм, который ему был явно велик. Небрежно завязанный галстук и криво одетый большой парик, который скрывал почти половину лица юноши, говорили о том, что мальчишка встал с постели минут пять назад.

– Джентльмены, – пролепетало это нелепое создание, и Джейсон кивнул Чарльзу.

Мейнсфилд сделал шаг вперед.

– Виконт Айсберри?

Руки тряслись, ноги дрожали, и единственное, что могла сделать Элли на обращенный к ней вопрос высокого светловолосого джентльмена, это еле заметно кивнуть. Вглядываясь во все глаза в его лицо с правильными чертами лица, девушка со странным облегчением подумала, что ее муж не так уж страшен, как ей казалось. А во взгляде, обращенном на нее, она не увидела той ненависти, которую он должен был испытывать к виконту Айсберри за его лживые слова. Скорее наоборот. Светлые голубые глаза светились странным участием и состраданием к ней.

– В-ваша светлость, – с трудом выдавила из себя Элли, шагнув в комнату. – Чем обязан?

– Достаточно! – холодный металлический голос заставил ее испуганно вздрогнуть. С трудом оторвав глаза от светловолосого мужчины, она перевела взгляд на второго джентльмена.

Высокий, темноволосый, с мрачным выражением на красивом застывшем лице, он всем своим видом выражал презрение к месту, в котором сейчас находился, и людям, которые жили здесь. А надменно расправленные плечи лишь еще больше подчеркивали его высокомерие и заносчивость.

– Я думаю, вы прекрасно знаете, зачем я здесь, – и от его холодного голоса Элли поежилась, как от озноба. И нерешительно покачала головой.

– Виконт, я – Чарльз Мейнсфилд, – светловолосый мужчина слегка склонил свою голову, – а это его светлость герцог Ратнер.

Так вот он какой, думала Элли, с осторожным любопытством рассматривая своего мужа. И не находила в нем ни одной черты, которая бы заставила ее раскаяться за все сказанные вчера слова.

Безусловно, Джейсон Эллиот Вентворт, двадцать шестой герцог Ратнер, был достаточно красив. Широкий гладкий лоб говорил о недюжинном уме, а правильные черты лица и квадратный подбородок выдавали в нем потомка знатного рода с огромной силой воли. Возможно, при других обстоятельствах Элли и восхитилась бы его мужской красотой, широкими плечами и высокой фигурой, но сейчас этот человек не вызывал у нее ничего, кроме отвращения. Он был одет в отлично сшитый дорогой костюм, который стоил, наверное, больше, чем они потратили с Бертой за пять лет жизни в Эльсборо. Элли вспомнила, как они экономили каждый пенни, как мерзли зимой от холода, как покупали самую дешевую ткань на ярмарке в Эльсборо, и почувствовала, как злость закипает внутри нее. Как смеет он смотреть на нее так, словно она грязное пятно на его начищенном ботинке? Как смеет он кривить в презрительной гримасе свои четко очерченные губы, как будто она недостойна его внимания?

Ну, ничего. Она оплатит его светлости герцогу Ратнеру его же собственной монетой.

И, надменно выпрямившись, девушка холодно отрезала.

– Не представляю, о чем вы, милорд.

Джейсон на мгновение прикрыл глаза, стараясь справиться с захлестнувшим его желанием схватить мальчишку за лацканы пиджака и встряхнуть как следует. Этот юный наглец, ни мало не стесняясь, осмеливался нахально лгать ему прямо в глаза. Но он положит конец этому затянувшемуся спектаклю.

– Я не имею ни малейшего желания знать, какова была причина ваших слов обо мне вчера в Олмаке, – сдерживая себя из последних сил, цедил слова Вентворт. – Но не позволю и дальше распространять про меня слухи и сплетни. Я требую удовлетворения. Немедленно.

– Простите, ваша светлость? – не поняла Элли.

– Вы поедете со мной в мое поместье Лаундж – Холл. И мы уладим там все возникшие между нами недоразумения.

– У вас есть знакомые в Лондоне? – тихий, полный сочувствия, голос Чарльза Мейнсфилда заставил Элли повернуть голову. – Которые смогли бы представлять в поединке ваши интересы?

Элли молча покачала головой, совершенно не понимая, о чем говорят эти двое мужчин.

Какие знакомые?

Какой поединок?

И зачем им нужно ехать в Лаундж – Холл прямо сейчас?

Мейнсфилд и Вентворт переглянулись.

– Это неважно, – сухо сказал Джейсон. – Тебя, Чарльз, нам будет вполне достаточно.

Мейнсфилд попытался было что – то возразить, но Вентворт сделал вид, что не увидел, обратившись к Элли.

– Вы ведь согласны, Айсберри?

Элли, словно во сне, растерянно кивнула. Почему она должна быть против Чарльза Мейнсфилда?

– Вы поедете в карете Чарльза, – продолжал Вентворт, глядя сквозь Элли светлыми серыми глазами. – Мы с Мейнсфилдом поедем в моем экипаже. Все условия мы обсудим на месте.

И, не добавив больше ни слова, герцог Ратнер вышел из комнаты. Проводив его недоумевающим взглядом, Элли повернулась к Чарльзу Мейнсфилду.

– Возьмите свою шляпу и перчатки и спускайтесь вниз, – ласково, словно виконт Айсберри был неразумным ребенком, сказал ему Мейнсфилд.

– Я только предупрежу Берту, – Элли махнула рукой в сторону двери, ведущей в спальню. – Что уезжаю ненадолго…

– Да, конечно, – согласно кивнул головой Чарльз, а девушке совсем не понравился его полный жалости взгляд, брошенный на нее.

9

– Ты ведь понимаешь, Джейсон, что это убийство? – тихо спросил Чарльз Мейнсфилд. – Хладнокровное расчетливое убийство?

Оторвавшись от созерцания проплывавших за окном экипажа сельских пейзажей, которые он видел, наверное, тысячу раз, Вентворт взглянул на встревоженное лицо лучшего друга, сидевшего напротив него.

– Мне кажется, или ты переживаешь за этого недоноска больше, чем за меня? – вкрадчиво поинтересовался он у Мейнсфилда.

– Ты переворачиваешь все с ног на голову, Джейсон, – вздохнул Чарльз. – Ведь этот Айсберри даже не понимает, куда и зачем ты его везешь…

– Зато он все прекрасно понимал, когда поливал мое имя грязью, – зло прищурился Вентворт. – И я собираюсь как можно скорее отмыться от оскорблений его кровью!

– Ты нарушил все правила дуэли, Джейсон, – упрямо продолжал Чарльз, глядя в темнеющее с каждой секундой лицо друга. – И если этот мальчишка вчера оскорбил тебя, нанеся ущерб твоей репутации, то сегодня ты упал в глазах общества еще ниже, отказав этому виконту Айсберри в праве на честный поединок.