Я кивнула, чувствуя, как по щекам катятся слёзы — тёплые, освобождающие.
— Я больше не хочу бояться, — прошептала я. — Ни прошлого. Ни будущего. Ни себя. Я хочу жить. С памятью, которая не ранит, а учит.
— Ты уже живёшь, — сказала Идди, улыбаясь сквозь слёзы. — Просто наконец это заметила.
Домой я вернулась поздно. Пакеты стояли у двери. Я не стала их распаковывать. Просто повесила новое пальто на вешалку — бережно, как что-то ценное. Включила свет в гардеробной.
Пусто. Но не пусто.
Там было пространство. Для нового. Для настоящего. Для меня — той, кем я становлюсь.
Я села на пол, обняла колени и просто смотрела. На чистые полки. На свет. На отражение в зеркале — уставшее, но жив
Глава 6.
Сегодня я была одета в строгий коричневый костюм — не из тех, что кричат о власти, а из тех, что говорят: я здесь, я готова, я не шутю. Ткань приятно облегала фигуру, придавая уверенности, которой внутри, если честно, было не так много, как хотелось бы. Я поправила воротник перед зеркалом в ванной, вглядываясь в своё отражение: слегка бледное лицо, тёмные круги под глазами — след бессонной ночи, проведённой над таблицами и презентациями. Но глаза горели. Это было главное.
В субботу народу в торговых центрах хоть отбавляй. Самая толкучка происходит во второй половине дня, когда большая часть людей проснулась, прогулялась, поела и приходит закупаться. Особенно — после зарплаты. Тогда воздух становится гуще: смесь духов, кофе, пота, азарта и усталости. Запахи накладываются друг на друга, создавая невидимую симфонию человеческой жизни — хаотичную, но удивительно живую.
Я стояла за стойкой, раздавая пробники, улыбаясь, объясняя, слушая. Женщина средних лет взяла флакон с цитрусовыми нотами и вдруг замерла, закрыв глаза.
— Это… это как у моей бабушки в саду, — прошептала она. — Лимонные деревья. Я совсем забыла.
Её голос дрогнул. Я молча протянула ей салфетку. Она взяла, кивнула благодарно и ушла, унося с собой не просто пробник, а кусочек детства.
Когда я была ребёнком, мама очень редко водила меня в магазины. Денег было мало, времени ещё меньше. Я была очень замкнутой и не дружила почти ни с кем. Другие дети казались мне слишком шумными, слишком непредсказуемыми. Я предпочитала книги и тишину своей комнаты. Единственное яркое воспоминание с подобных мест связано с моим пятым днём рождения. Именно в этот день мама повела меня в парк развлечений, который находился в торговом центре.
Я помню это до мельчайших деталей: яркие огни, музыку, запах попкорна и сладкой ваты, клоуна с красным носом и огромными ботинками, который дал мне шарик — красный, в форме сердца. Я сжимала ниточку так крепко, что пальцы побелели, боясь, что он улетит. Мои эмоции невозможно было описать. Я чувствовала, будто попала в сказку. Как будто весь мир улыбается мне. Как будто я, наконец, не одна.
Мама купила мне мороженое — клубничное, в вафельном рожке. Мы сидели на лавочке, и она смотрела на меня так нежно, что я до сих пор, спустя годы, чувствую это тепло. Тогда я не понимала, чего это ей стоило — и времени, и денег, и сил. Но сейчас, став взрослой, я знаю: это был её способ сказать «я люблю тебя», когда слов не хватало.
И сейчас, стоя за стойкой, раздавая пробники, наблюдая за лицами людей, я вдруг почувствовала то же самое. Не детский восторг. А смысл. Глубокий, почти священный. Я была не просто сотрудницей. Я была частью чего-то большего. Я помогала людям вспомнить. Я давала им повод остановиться. Закрыть глаза. Вдохнуть. Почувствовать. Вернуться туда, где они были счастливы. Или хотя бы живы.
Часы тянулись медленно. Ноги гудели. Улыбка становилась механической. Но я держалась. Каждый раз, когда хотелось сесть, я вспоминала ту женщину с лимонными деревьями. И продолжала.
В 19:00, когда последний посетитель ушёл, а сотрудники начали убирать стойку, складывая флаконы в коробки, протирая поверхности, пришло уведомление на телефон:
«Срочное собрание. Конференц-зал. 19:30. Присутствие обязательно».
Я вздохнула. Устала. Хотелось домой — в ванну, с книгой, с бокалом вина. Но поехала. По дороге включила радио — играла какая-то мелодичная джазовая композиция. За окном город медленно погружался в вечер: огни витрин, силуэты прохожих, первые капли дождя на лобовом стекле. Пока ехала, думала о том, что же будет там. Что случилось и что нового сейчас произойдёт. Интуиция шептала: что-то важное. Что-то, что изменит всё.
Зал был полон. Все руководители отделов, региональные менеджеры, HR, финансы. Даже директор по логистике, который обычно не показывается в центре, сидел в углу, хмурый и сосредоточенный. В воздухе висело напряжение. Как перед грозой. Как перед казнью. Люди переглядывались, шептались, но никто не улыбался.
Я села на свободное место в третьем ряду, рядом с Идди. Она коротко кивнула мне, но её обычная лёгкость куда-то исчезла. Александр сидел через ряд, напряжённый, с каменным выражением лица.
Директор по развитию, Дмитрий Сергеевич, встал у экрана. Лицо — каменное, без единой эмоции.
— Коллеги, — начал он, и его голос прорезал тишину, как нож, — вы и сами чувствуете: ситуация в компании ухудшается. Падение продаж по итогам квартала — 17%. Отток клиентов — 23%. Финансовая проверка выявила несоответствия в отчётности по трём регионам. Мы на грани кризиса.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
