Блокиратор для мажора - Вольная Риша

Хлопнула входная дверь, и я замерла. Тихие шаги Вари тормозят под закрытой дверью моей комнаты. Мысленно её молю идти к себе, так как сейчас я вся обросла колючками и вполне могу довести больное сердце подруги до очередного коллапса.

- Спасибо, Лёнчик! – раздаётся на той стороне двери, и соседка уходит к себе.

«Пожалуйста» неожиданно мягко шепчу в подушку. Тянусь к наушникам и ставлю паузу на жизнь.

Где-то между текстами песен и их битами меня срубает сон, но настойчивая вибрация в кармане штанов заставляет ожить.

- Господи, Морошка, ты реально зверь! – недовольно хриплю в телефон. – Второй раз за день не даёшь мне доспать и увидеть во снах своего прекрасного принца.

- Рапунцель, зачем тебе сны? Реальность намного круче, тем более и принц, по всей видимости, у тебя уже имеется.

Окончательно сдёрнула наушники с головы и заняла сидячее положение, пытаясь вытолкнуть из сознания ватную дремоту.

- Принц?! Это ты сейчас о себе любимом в третьем лице упомянул что ли?

- Боже, Махаон! Какой я тебе принц?! Не пугай меня. Я про высокого волосатого блондина на жёлтой спортивной тачке, что у него вместо коня.

Секунду туплю, но, кроме Единорожки, никто в памяти не всплывает. И машина у него, кажется, действительно жёлтая.

- Если ты сейчас про Рогова, то я не пойму при чём тут сказки о принцах.

- Про него родимого, - как-то угрожающе заявил Морошка.

- Пояснишь? Или и дальше будешь терзать мои спящие извилины? – меланхолично отзываюсь я, но один удар сердца всё-таки пропустила.

- Да пожалуйста, Рапунцель! – ехидничает Пашка, но я улавливаю в мужском голосе нервозность. – У меня после вашего тренировочного боя состоялся откровенный разговор с твоим золотым мальчиком. - «Не моим», вяло в мыслях поправила друга, но нотации оставила на потом. – В итоге он заявил, чтобы я не лез в его отношения с ЕГО девушкой.

Я запуталась, так как, скорее всего, задремала. Со мной такое случается.

- А кто его девушка? Он сейчас со Стешкой мутит. Ты с ней знаком что ли?!

Неужели я так зациклилась на себе, что совсем пропускаю жизнь близких мне людей через фильтры.

- Господи, Махаон! Проснись ты уже наконец-то! – орёт Морошка, что пришлось отодвинуть мобильный от уха.

- Проснулась, нервный ты мой! Давай ещё раз про тебя и девушку мажора.

Парень в ответ то ли рычит, то ли стонет, но я жду.

- Алёна, ты его девушка! Ты девушка Рогова Ярослава! Ты девушка золотого мальчика, мажора и единорога в одном флаконе.

Я?! Челюсть всё-таки падает.

- Я?! – продолжаю тупить, пытаясь понять, что чувствую.

- Да, Махаон! Дошло до утки на пятые сутки! А теперь изволь, пожалуйста, прокомментировать сие момент.

- Комментарии не даю, - на автомате огрызаюсь я, рывками втягивая воздух.

- Алёна!

- Паша!

Эмоциональный обмен нашими именами закончился минутой траура.

- Ты не в курсе? – соображает Морошка, снова злясь, но уже не на меня. – Я его прибью.

- Не в курсе. Моего согласия не спросили, но ты не переживай. Я сама с него спрошу.

- Рапунцель!

- Обстригусь к чёртовой матери! – угрожающе шиплю, но торможу злость, что не для того человека предназначена. Зачем лишать мажора хоть капли моей «радости» от такой новости? Пусть захлебнётся в ней! – Морошка, я серьёзно! Не лезь к нему! Он не тебя, слава богу, записал в штат ЕГО девушки.

Друг на том конце связи громко сопит, недовольный моим решением, но это его бич. С первого дня знакомства я над ним верховодила. Именно поэтому в мои пятнадцать мать заявила нам, что Морошка- жених отличный, но мужа для меня из него не получится. Мужчина должен уметь справляться со своей женщиной. Дичь! Полная! Но маму было не переубедить, а папа её, как ни странно, поддержал, и даже когда она подыскала равную и удобную для всех партию.

Ярина.

Боль через всю грудную клетку отрезвила меня. Наше молчание, оказывается, затянулось.

- Паш, ты же меня знаешь? – миролюбиво тяну я.

- В том и дело, что знаю. А он нет! Сейчас в своих грязных тапках пройдётся по твоим белым персидский коврам, а мне потом выгребай и вывози за ним.

- Я не просила выгребать! – цежу сквозь зубы, так как соль на рану - это не лепестки роз по телу.

- Вот! Ты, мля, сдохнешь, но не попросишь! Я даже про финт твоей матушки узнал уже только, когда она вывезла тебя в столицу.

- Морок, давай не будем вспоминать всуе эту женщину. У меня сразу зуд по телу начинается.

Пашка снова сердито сопит, так что надо бы его переключить.

- Что там с Русалочкой? Ты поговорил?

- Я не даю комментарии.

Обиделся, но пусть. Это для его же пользы! Рогов что-то мутит, а впутывать в игры золотой молодёжи друга я не намерена. Хватит с него в своё время постановок моей матери.

- Хорошо, но мне тут одна птичка нашептала, что пацан, который притащился вместе с Роговым, влюбился в Таю с первого взгляда. Смотри, не прохлопай своё красное счастье.

- Ой, без сопливых как-нибудь разберусь! Ты вон лучше со своим счастьем разберись.

Морошка скинул вызов, традиционно не прощаясь, но, чувствую, наживку он заглотил по самые жабры. Значит, пока Паша будет занят собственными терзаниями, я могу спокойно разбираться с мажориком.

А я разберусь! И выпью священную кровь этого чёртового единорога до капли, если он не предоставит мне нормальный и, главное, достоверный ответ. И даже в этом случае всё равно выпью! Не всю.

Сначала подорвалась с кровати в желании найти сию же секунду будущего дохлика с золотыми волосёнками, но потом вспомнила, что месть лучше подавать в холодном виде. Осталось справиться с бьющей через край чёрной энергией.

Уборка. Ненавижу уборку, но она меня так выматывает, что после неё я почти пушистый измочаленный котик.

Варвара, умница, шкерилась от меня по углам, когда с глазами демона и пылесосом в руке я носилась по квартире, но едва дошла очередь до мытья полов, то соседка не выдержала.

- Алёна, пожалуйста, давай я, а ты пока передохнёшь немного, - чуть ли не заламывая руки, в мольбе бросилась мне наперерез Варя.

- Нет, Варенье ты моё крыжовниковое, или мытье полов, или передОхнет кто-то другой.

Девушка с печатью скорби на лице ушла к себе. Вот поэтому у неё с сердцем проблемы- ведь нельзя же вот так за всех постоянно переживать. Наконец, надо и о себе, любимой, подумать.

Где-то в середине моего заплыва с тряпкой и ведром снова раздался рингтон мобильного. Дядька.

- Слушаю. Если можно, то побыстрее. Я занята.

- А чего так запыхалась? На тренировке? – издалека начинает родственничек.

- Почти. Что хотел?

- Что делаешь? - игнорируя мой вопрос, Витя продолжил свою тему.

- Пол мою.

- А до этого чем занималась? – осторожно интересуется, как-то разом смягчая интонации.

- Пыль вытирала и пылесосила.

- Ммм… дела твои хреново, получается. Через час-полтора подъеду – расскажешь.

И сбросил звонок. Упырь, хоть и любимый. Не спросил, хочу ли я, чтобы мне мозги песочили, так как знает, что делом этим благородным я занимаюсь только в состоянии глубоко психоза.

Но дядька точен как швейцарские часы, так что через полтора часа было приказано выйти на прогулку.

Душ после адской генеральной уборки принять я успела, поэтому просто натянула спортивный костюм и кроссовки.

- Махаон, а что так тривиально? Уже бы сразу в пижаме.

Показала язык, прицепившись под его элегантно выставленный локоток. В отличие от меня, Цербер выглядел как с обложки глянцевого журнала – строгий тёмный костюм, светлая рубашка, галстук, запонки, часы, туфли без пылинки и потрясающий парфюм.

- Ну да ладно, племянница. Пошли прогуляемся вдоль набережной, и ты мне всё расскажешь.

Ну-ну! Чтобы он меня там сразу как котёнка притопил.

- Прямо всё-всё?! – тяну время, изображая улыбку наивной девочки.

- Всё, Алёна. И, пожалуйста, перестань косить под Варвару. Тебе не идёт.

Подумала, может, обидеться и заодно можно будет молчать хоть всю прогулку, но, зная дядьку, а он меня, мне всё равно придётся открыть рот.