Оставь эту осень нам - Лайонесс Виктория

– Вы хотите встретиться с ним? – в глазах девушки отражается тревога.

– Да. Но вам не за что беспокоиться, Джейн. Я лишь хочу сказать ему все смотря в глаза. Он должен понимать, каким мерзавцем стал в моих глазах.

– Хорошо.

– Возвращайтесь к дочери.

– Да, к-конечно, – разворачивается и идет в сторону припаркованного белого седана.

Девушка уезжает, а я остаюсь стоять не в силах сдвинуться с места. Меня будто парализовало. Вот только сердце откровенно беснуется в груди.

Спустя несколько минут отмираю и, забрав второй чемодан, сажусь за руль, выезжая на дорогу.

Сжимаю руль с такой силой, что белеют костяшки пальцев. Кусаю губы до крови, бросая взгляды в боковые зеркала. Едва не проезжаю на красный сигнал светофора, услышав возмущенные сигналы машин.

В голове, словно кадры кинопленки, начинают мелькать наши с Итаном встречи. То каким нежным и заботливым он был со мной. Как умел говорить нужные слова, окутывая своей ложью. И я безоговорочно верила ему. Как же это все отвратительно и мерзко.

Глава 2

Почти два часа дороги проходят в гробовой тишине. Я даже не включаю радио, все время прокручивая в голове случившееся. Когда меня предал мой первый парень, изменив с моей близкой подругой, мне не было так больно, как сейчас. Ведь я не заглядывала так далеко и не думала создавать с ним семью. И даже потеря подруги не отразилась на мне так сильно. Но с Итаном все было серьезно. Я искренне надеялась, что он станет тем единственным, с кем я с радостью состарюсь.

Приезжаю в Нью-Йорк и по навигатору доезжаю до отеля, в котором состоится встреча с клиентом. Мистер Кроули настоял на том, чтобы мы встретились именно здесь, ведь это его отель. И за бронирование номера на ближайшую неделю я заплатила всего половину стоимости, что стало приятным бонусом. Но я уже не уверена, что захочу остаться здесь после решения рабочих вопросов. Мы договаривались, что Итан потом заселится со мной, но я встречусь с ним на нейтральной территории, только чтобы сказать ему прямо в глаза какой он лживый кусок дерьма.

У парадного входа отеля портье в фирменной униформе с эмблемой отеля помогает мне достать вещи из багажника, а молодой камердинер забирает ключи от машины, чтобы отвезти ее на парковку.

Отель находится в живописном районе города и одного из моих самых любимых, вблизи музея современных искусств, прогулочной улочки с милыми магазинчиками и красивого парка не уступающему по красоте знаменитому Центральному парку.

Само здание отеля построено в характерной для начала двадцатого века архитектуре. Когда эклектика сочеталась с элементами модерна и ар-деко. Красно-бежевый кирпичный фасад с близко посаженными арочными окнами и решетчатыми рамами создают ощущение чистой пропорции. Но их смягчают витиеватые орнаменты по периметру.

Войдя в просторный холл, сразу обращаю внимание на классический стиль с наличием зеркальных и мраморных поверхностей. Все создано со вкусом, в сдержанной манере, без каких-либо излишеств.

Направляясь к стойке ресепшена, издалека замечаю стоящую немного в стороне толпу людей азиатской внешности. Обступив сотрудницу отеля, они внимательно слушают, что она объясняет им на иностранном языке, похожим на китайский.

Подхожу к стойке, и девушка-администратор приветливо улыбается мне.

– Добрый день, мисс. Добро пожаловать в отель «Кронас». Чем я могу помочь?

– Добрый день. У меня забронирован номер на имя Викки Парсонс, – протягиваю ей удостоверение личности.

Жду, пока девушка проверяет бронь в компьютере.

– Мисс Парсонс, ваш номер 712. Багаж доставят немного позже, когда освободятся сотрудники, – указывает на толпу азиатов. – У нас сегодня делегация из Китая, – виновато улыбается.

– Благодарю, – забираю электронный ключ, натянув улыбку.

– Хорошего отдыха.

Прохожу через лобби, крепко держа карточку в руках, и только сейчас понимаю, как сильно напряжена. Кажется, с самого Джерси я нормально не дышала.

Как только приезжает лифт, и я оказываюсь в кабине, поднимающей меня наверх, плотину прорывает. Облокотившись ладонью о металлическую стенку, даю волю горьким слезам и плачу навзрыд.

Второй рукой закрываю рот, ощущая, как влага со щек стекает по пальцам. Отчаяние вперемежку со злостью захлестывают и хочется кричать. Но все, что я делаю, это тихо рыдаю в ладошку.

Лифт издает характерный звук, и как только двери открываются, я спешу выйти из замкнутого пространства. Из-за пелены слез не замечаю, что, сделав шаг, ставлю ногу так, что мой каблук попадет в промежуток между кабиной и стеной. Зацепившись, не успеваю ухватиться за что-либо, как туфля тянет меня назад, и я падаю на колени, из-за чего сумка вместе с ключом выпадает из рук, разлетаясь в разные стороны.

Всхлипываю, и стон разочарования срывается с губ. После чего хочется разреветься еще больше. Пытаюсь встать, но в какой-то момент ощущаю, как чья-то сильная рука обхватывает мое предплечье и тянет, поднимая на ноги.

– Вы в порядке? – раздается над ухом бархатистый хрипловатый голос, и обоняние улавливает едва уловимый аромат мужского парфюма с древесными нотками сандала.

– Д-да…п-простите… – произношу осипшим голосом, не поднимая головы.

К счастью, мои длинные каштановые волосы закрыли лицо во время падения, и я не убираю их, чтобы мужчина не увидел мое зареванное лицо. Очевидно, что весь макияж размазался и тушь потекла.

– Уверены? – его хватка на моем предплечье смягчается, но он зачем-то продолжает держать меня.

– Уверена. Можно я уже пойду? – шмыгаю носом, ощущая неловкость.

Я не привыкла показывать свою слабость даже перед близкими и тем более не хотела, чтобы свидетелем стал какой-то незнакомец.

Отпустив мою руку, мужчина поднимает с пола упавшую сумку вместе с ключом, протягивая мне.

Забираю свои вещи, успев обратить внимание на длинные аккуратные пальцы и тянущиеся вены по тыльной стороне ладони, прячущиеся за манжетами белоснежной рубашки.

На дрожащих ногах ухожу по коридору, ощущая жар на затылке.

Как только замечаю дверь с нужным номером ускоряю шаг.

Оказавшись внутри, прижимаюсь спиной к двери, смахнув со щек остатки слез.

Я должна взять себя в руки. Ни один мужчина на этой планете не стоит того, чтобы я убивалась из-за него. Это я теперь уяснила раз и навсегда. Никому и никогда я больше не открою свою душу. Я не хочу закончить свою жизнь также, как моя мать.

В сумке начинает звонить мобильный, и я начинаю судорожно расстегивать замок, надеясь, что это не Итан.

К счастью, входящий от моей помощницы, заправляющей галереей, пока меня нет.

– Д…кхм…да, Нэнси? – приходится прочистить горло.

– Добрый день, Викки. Ты уже добралась?

– Да. Уже заселилась в отель, – кидаю взгляд на циферблат часов, надетых на запястье, отметив, что до встречи с клиентом осталось меньше часа. Меня передергивает, когда я вспоминаю, что эти часы и серьги в моих ушах подарены Итаном.

– Ты что-то хотела?

– Только что мне позвонила секретарь мистера Кроули и перенесла сегодняшнюю встречу на завтра в три часа дня. У него появились какие-то срочные дела.

– Эм…ладно. Спасибо, что сообщила, – может это и к лучшему, не уверена, что способна сегодня на деловые переговоры.

– Вообще-то, это моя работа, – смеется. – У тебя все хорошо? Голос какой-то странный.

– Все нормально, Нэнси. Просто немного устала после дороги.

– Значит, ляг и отдохни. Можешь себе позволить.

– Именно так и поступлю.

– Отдыхай. А мне пора работать. У нас сегодня много посетителей.

– Сразу звони, если что-то поменяется.

– Конечно. Пока.

– Пока, – отнимаю телефон от уха, звучно выдохнув.

Кинув сумку с телефоном на стоящую у стены софу, подхожу к окну, рассматривая виды из окна.

Вдалеке на фоне пасмурного неба над другими постройками возвышаются небоскребы, почти сливающиеся с серостью погоды. Но даже этот унылый вид вызывает во мне приятные эмоции, несмотря на весь хаос, творящийся на душе. Я обожаю Нью-Йорк за его непредсказуемость и экспрессивность. За силу, способную заглотить целиком и выплюнуть, если не быть к этому готовым. За его творческую сторону и то, как он умеет этим всем управлять. В Нью-Йорке живет много моих знакомых художников и реставраторов, нашедших массу плюсов в этом городе. И в будущем я планирую тоже стать частью этого места. Я мечтаю здесь открыть свою галерею. Мне нужна лишь хорошая финансовая подушка. А ее мне может дать только работа арт-дилером. И теперь мне не нужно переживать за то, что Итан мог не согласиться переехать вместе со мной. Хорошо, что я до последнего оттягивала этот разговор. Теперь в этом больше нет никакого смысла.