– Это не любовь. Это привычка. Он и тебе потом то же самое скажет, когда надоешь.
Я взяла пальто, повернулась к двери.
– Не звони. Не приходи. Не оправдывайся. Всё кончено.
– Марин, мы же сёстры…
– Были.
Дверь за мной щёлкнула тихо, но в голове – будто выстрел. С лестницы доносилось её всхлипывание, но мне было всё равно. В груди – камень и лёгкость одновременно.
Дома было так тихо, что звенело в ушах. Я поставила чайник, но пить не стала. Просто стояла и слушала, как греется вода.
На стене тикали часы, будто издеваясь: «Смотри, всё идёт, даже без него».
Звонок в дверь. Я знала, кто. Даже не удивилась.
Он стоял на пороге – аккуратный, как всегда, пальто, рубашка, тот самый запах его парфюма, который я когда-то выбирала.
– Нам нужно поговорить, – сказал он спокойно.
– Поздно.
– Я виноват, но я не хочу, чтобы всё закончилось вот так.
Я усмехнулась.
– А как должно? Чтобы ты упал на колени и я прослезилась?
– Я… ошибся.
– Не ошибся, а предал. Не путай.
Он прошёл в комнату, сел на диван. Плечи опущены, руки дрожат.
– Она была рядом, когда мы ссорились. Всё как-то само, легко…
– Со мной трудно, да?
– С тобой серьёзно. А я устал быть серьёзным.
– Ну вот, нашёл попроще, – сказала я. – Поздравляю. Только не думай, что я буду смотреть, как ты жалеешь себя.
– Я люблю тебя, – сказал он тихо.
– Нет. Ты любишь, когда тебя слушают и не задают вопросов. А я больше не такая.
Он опустил глаза.
– Что ты теперь будешь делать?
– Жить. Без тебя. Квартиру продам.
Он поднялся, подошёл ближе, будто хотел коснуться.
– Не трогай, – сказала я. – Даже не смей.
Он замер, потом тяжело выдохнул.
– Я всё равно вернусь.
– Даже не думай. Я тебя больше не жду.
Он ушёл. Без хлопка дверью. Просто тихо, будто боялся, что я передумаю.
Я стояла у окна, смотрела, как дождь стекает по стеклу. Город серый, мокрый, будто чужой. Я держалась за подоконник и думала: как легко рушится то, что строишь годами.
Никаких сцен, никаких истерик – просто пустая квартира, две чашки и запах предательства. И всё равно – в этой тишине впервые стало легче дышать.
Глава 3.
Проснулась от звонка. На экране – «Мама». Голос ровный, уставший, но твёрдый, как всегда, когда она что-то решила за всех:
– Марина, приезжай вечером. Надо поговорить. Все будем.
– Кто «все»?
– Я, Тимур… Лена тоже придёт.
– Нет, – сказала я сразу.
– Мариш, не начинай. Мы же семья. Надо поставить точку.
– Точку я уже поставила.
– Ты хоть раз можешь не рубить с плеча? Просто приедь. По-людски.
Щелчок – повесила трубку. Даже не дала ответить. Я ещё минуту сидела с телефоном в руке, глядя в пустую стену. Понимала: пойду.
Не ради них. Ради себя. Чтобы закончить по-настоящему, без шансов на «а вдруг».
К вечеру мама накрыла стол – будто праздник. Запах котлет, укроп, чайник шипит.
Всё, как всегда, только воздух другой – густой, как перед грозой.
Мама суетится:
– Только без криков, ладно? Вы же взрослые.
Я захожу, снимаю куртку. За столом – Лена. Сидит, будто чужая. В глазах ни капли жизни, только вина.
Рядом Тимур. Руки сцеплены, будто на допросе. Ни один не смотрит в мою сторону.
– Ну, я пришла. Что теперь? – спрашиваю.
Мама садится напротив, нервно трёт салфетку.
– Мариш, никто не идеален. Люди оступаются. Главное – уметь прощать.
– Мам, он не опоздал на автобус. Он спал с моей сестрой. Это не ошибка. Это выбор.
Тишина. Даже чайник перестал шуметь.
Тимур подаётся вперёд:
– Я не ищу оправданий. Просто… хочу всё исправить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
