Ушёл он конечно сам. Встретил молоденькую и весёлую любовь. Собрал вещи за один вечер и в дверях сказал, что с тобой, Алиса, невозможно жить.
Я тогда не заплакала, держала все эмоции и слёзы в себе. Заплакала я конечно потом, ночью, в ванной, включив воду, чтобы Соня не услышала. Один раз. Больше не позволила себе такую роскошь.
Потом она собралась, у двери обняла меня крепко, как обнимают перед долгой разлукой, хотя ехать мне было всего на две недели.
– Ты мне потом спасибо скажешь.
– Размечталась.
– Скажешь-скажешь. Я тебя знаю дольше, чем ты сама себя.
И ушла.
Я осталась одна с распечаткой на столе.
Достала с антресоли чемодан. Тот самый, с которым ездила ещё в свадебное путешествие, потому что новый покупать было незачем, я же никуда не ездила. Открыла. Внутри лежал сложенный плед и старая бирка аэропорта на ручке, которую я так и не отрезала.
Стала складывать. Купальник, который висел с прошлого лета с неснятым ярлыком. Платье, которое казалось в шкафу чужим. Крем, книжка, зарядка, зонт на всякий случай.
И на одну секунду, на одну коротенькую секунду мне стало любопытно. Не страшно, не тошно, не «зачем я согласилась», а именно любопытно. А что там, на этом юге. Какое там море. Впервые за целый год во мне шевельнулось не «надо», а «интересно».
Я тут же придавила это чувство, как придавливают окурок каблуком. Нечего. Лежать и дышать. Больше ничего мне от этого юга не нужно.
Застегнула молнию по кругу. Щёлкнул замок.
Телефон дзынькнул. Женя, конечно, кто ещё в такое время садится за руль и сразу пишет.
«Адрес домика скинула тебе на почту. Гостевой у самого моря, две спальни, хозяйку зовут Надежда Павловна, я с ней созвонилась, она тебя ждёт. Потом спасибо скажешь».
Я хотела написать, что спасибо не будет!!! И что поеду только потому что денег жалко, и точка!!!
Но пальцы набрали другое.
«Спокойной ночи, эвакуатор».
ГЛАВА 1.
– Женщина, ну что вы мне душу тянете. Нет свободных номеров. Не было и не будет до конца недели.
Парень за стойкой был молодой, замотанный и честный до неприличия. Честный администратор, скажу я вам, редкость. Обычно врут в лицо, что «вот-вот освободится, пять минуточек всего».
– У меня бронь. – Я положила телефон экраном к нему. – Вот. Оплаченная. На двоих, но приехала одна.
– Вижу вашу бронь. И вижу, что её отдали. Накладка вышла, у нас полкрыла на ремонте, всё, что оставалось, разошлось ещё утром.
– То есть я оплатила заранее, а мне теперь «накладка».
– Я вам верну разницу и найду вариант, честное слово. Только не по этому корпусу.
За спиной у меня толпилась очередь из загорелых и довольных, и все они дышали мне в затылок отпускным счастьем. Хотелось развернуться и сказать им что-нибудь такое, после чего они сразу перестанут быть довольными. Но я сдержалась. Я умею, меня жизнь научила.
Телефон завибрировал в руке. Женя. Ну конечно, кто ещё.
Я отошла к окну, приняла звонок, и на меня сразу обрушилось.
– Алиска! Ты не поверишь. Я не приеду.
– В смысле не приедешь.
– Тёмка слёг, температура под сорок, я тут одна с тремя, муж в командировке, я его убью, когда вернётся, честное слово убью. Ты только не смей разворачиваться! Слышишь меня? Отдыхай за нас двоих!
– Жень. Я стою на ресепшене. Номера нет.
– Как это нет?
– Вот так. Отдали кому-то другому.
– Так ты потребуй! Ты же умеешь требовать! Ты на своих закупках всех строишь, поставщики от тебя плачут!
Я на своих закупках, может, и зверь. С теми, кто срывает сроки поставки в детские магазины, я разговариваю так, что они потом неделю шлют извинения и подарочные наборы. Но тут не поставщик. Тут парень с честными глазами и наполовину разобранной гостиницей. На него зверя выпускать бессмысленно, он и так на последнем издыхании.
– Я разберусь, Жень. Лечи Тёмку. Целуй всех своих.
Положила трубку. Вернулась к стойке. Парень уже что-то листал на мониторе, наморщив лоб.
– Слушайте, есть вариант. Не отель. Гостевой дом, тут же, на территории, у моря почти у самого. Хозяйка хорошая, домик с новым ремонтом, две спальни. Пока на две ночи оформим, а там ваш номер освободится.
Гостевой дом. Две спальни. Чужой быт, чужие полотенца, чужая жизнь за стенкой.
– А одна спальня нельзя? Чтобы я совсем никого не видела?
– Так вы и будете одна в своей спальне. Там просто дом на несколько комнат, вроде квартиры.
Я уже открыла рот сказать твёрдое «нет», но тут телефон дзынькнул третий раз за пять минут, и это была не Женя. Это была авиакомпания.
«Уважаемый пассажир ваш багаж не был загружен на рейс. Ожидаемая доставка – в течение суток».
Я перечитала. Потом ещё раз перечитала!!! Шок это по-нашему!! Медленно по словам. Мой чемодан, который я вчера так старательно и заботливо собирала, укладывала улетел куда-то без меня. и теперь живёт свою отдельную жизнь в другом городе.
– Просто прекрасно!!! Сказка!!. Багажа нет, номера нет. Документы и деньги, слава богу при мне, иначе я бы уже пошла искать, где тут ближайший обрыв.
Парень посмотрел на меня с таким искренним сочувствием, что мне стало почти неловко за свой тон.
– Так что, оформляем домик? У Надежды Павловны там и полотенца, и постель, и всё-всё. Хоть отмоетесь с дороги, а завтра на пляж.
Отмыться с дороги хотелось сильнее, чем спорить.
– Оформляйте конечно.
Пока он оформлял бумаги, я стояла и думала, какая же я дура, что послушала Женю. Сидела бы сейчас дома, в своей чистенькой квартирке, пила бы чай и не знала бы никаких проблем.
И ведь знала я , чувствовала. Ещё когда молнию застёгивала, что-то во мне шепнуло: не езди. А я не послушала.
– Вот, держите. – Парень протянул мне ключ на деревянном брелоке. – Домик крайний, у самой воды. Как выйдете, направо по дорожке до конца. Не заблудитесь, там указатели.
– А если я потеряюсь вы меня найдёте?
– Найду, – совершенно серьёзно пообещал он. – Тут все всех находят.
Знал бы он, кого я там сейчас найду.
Идти оказалось недалеко. Территория была новая, ухоженная, не то, что я себе рисовала в поезде. Между корпусами носилась малышня на самокатах, откуда-то из-за деревьев визжала пилой стройка, тот самый ремонт. Никакого моего представления о «домике у моря» с покосившимся крыльцом и удобствами во дворе. Аккуратные дорожки, молодые пальмы в кадках, указатели.
