Пока бьется сердце - Бигси Анна

— Боитесь? — он чуть усмехнулся. — Правильно. Страх — лучшая защита от ошибок. Но я вам доверяю. Вы работаете у нас десять лет и за это время не дали ни одного повода усомниться. Продолжайте в том же духе, и через год мы с вами будем обсуждать должность директора по безопасности всего холдинга.

Игорь Витальевич встал, давая понять, что разговор окончен.

— Поздравляю, Марина Сергеевна.

— Спасибо за доверие, — она кивнула, поднялась и направилась к выходу.

Дверь в кабинет закрылась, а Марина прислонилась спиной к стене в коридоре и шумно выдохнула. Новая должность, полный доступ к системам, о котором она раньше даже мечтать не смела и одновременно груз ответственности, который она еще до конца не осознавала.

***

Уходя на службу, Захар привычно хотел поцеловать жену в щеку, но она демонстративно отстранилась и прошла мимо. Очередной провал. Помириться пока не удалось. Страшнее было то, что они даже не ссорились, Марина просто отгородилась от него непроницаемой стеной и не подпускала к себе на расстояние выстрела. Это злило, но в то же время Захар понимал, что виноват сам.

Собравшись, он уехал на службу. Настроение оставляло желать лучшего, но на работоспособность никак не влияло.

Вызов поступил, когда отряд только закончил утренний осмотр снаряжения. Диспетчер Людмила передала адрес: пересечение трассы и второстепенной дороги, легковушка под грузовиком, водитель зажат, но живой.

— Пакуемся! — скомандовал Захар, на ходу накидывая куртку.

Клим уже заводил «газель», Степан запрыгивал в кузов следом за Максом, который придерживал реанимационный рюкзак. Майя и Ян забрались в салон последними. Захар сел в кабину к Климу, хлопнул дверью.

— Погнали.

«Газель» вылетела с базы и понеслась по городу, лавируя между машинами. Захар молча смотрел на дорогу, прокручивая в голове возможные сценарии. ДТП с грузовиком почти всегда с летальным исходом. То, что водителя зажало еще не значит, что удастся спасти. Работа потребуется ювелирная.

На месте работали гаишники, перекрыли полосу, оттеснили зевак. Картина открывалась классическая, как по учебнику. Тяжелый грузовик с прицепом стоял поперек дороги, а под его задним мостом, торчала легковушка и была похожа на смятый пластиковый стаканчик.

Спасатели высыпали на улицу и мгновенно оценили обстановку. Передняя часть седана ушла под фуру, крыша сплющена, лобовое стекло в паутине трещин. В салоне, прижатый рулевой колонкой к водительскому сиденью, находился мужчина.

— Пока еще в сознании, но состояние тяжелое, — отчитался Макс.

— Работаем! — воскликнул Захар, координируя отряд. — Клим, Ян стабилизируйте конструкцию, подушки под колеса и под кузов. Степ, заводи инструмент. Майя, что со скорой?

— Едут, — отозвалась девушка.

Макс пытался стабилизировать пострадавшего, пока Клим и Ян устанавливали пневмоподушки, а Степан разворачивал гидравлику. Захар натянул перчатки и опустился на колени возле покореженной двери, заглянул внутрь. Едкий запах бензина мгновенно ударил в нос, принося с собой новые проблемы. Где-то произошла утечка.

— Пахнет бензином, — крикнул он. — Ян, готовь порошок.

— Есть, — отозвался Кравец.

Захар осмотрелся и через разбитое пассажирское окно просунулся в салон. Запах усилился, это значило лишь одно — пора ускоряться.

— Макс? — Архипов внимательно посмотрел на медика. — Нам нужно пространство для инструмента.

— Понял. Сейчас обезболю и будет.

Степан подал резак, Захар взялся за инструмент и ощутил, как от напряжения заныло в груди тупой знакомой болью. Но отмахнулся от нее и стиснул зубы. Чувствуя вибрацию в ладонях, прижал губки расширителя к стойке.

— Ян, страхуй!

Металл неприятно завизжал и поддался. В лицо полетела горячая стружка.

— Спокойно, дыши, — Макс обезболил водителя и наложил шейный воротник. — Компрессия, Захар, надо быстрее.

— Делается.

Задержав дыхание, он перекусил вторую стойку, потом третью. Руки гудели от вибрации, а пот заливал глаза. Клим страховал каждое движение. Наконец Захар отбросил инструмент и вместе с Максом начал высвобождать пострадавшего из-под рулевой колонки. Степан и Ян подхватили его и передали на щит.

— Готово, возвращаемся к машине.

Водителя погрузили в скорую уже под вой сирен и отправили в больницу. Спасатели принялись растаскивать машины, стараясь избежать взрыва. А Захар отошел к машине. Тяжесть в груди не проходила, он оперся рукой на кузов и пытался отдышаться. Сердце колотилось слишком часто, а перед глазами плыли темные пятна.

Спустя несколько минут Клим подошел и встал рядом:

— Командир, ты чего? Выглядишь хреново.

— Ерунда, жарко просто, — отмахнулся Архипов. — Пакуемся и едем на базу.

Клим посмотрел долгим взглядом, но ничего не сказал. В машине, когда «газель» катила обратно, Захар сидел на пассажирском, откинув голову.

— Сашка УЗИ сделала, — сообщил Клим с улыбкой. — Пацана ждем. Уже имя придумали — Егор. Представляешь, командир, трое детей у меня будет. Жена счастлива, а мне большего и не надо.

Захар слабо улыбнулся:

— Поздравляю. Это хорошо.

— А у тебя как? — Клим бросил на него короткий взгляд. — Дома все в порядке? Как Марина, Денис?

Повисла неловкая пауза. Захар смотрел в окно и не спешил отвечать. Потов вздохнул и все же поделился:

— Все плохо, Клим. А как вырулить ума не приложу.

Друг понимающе кивнул, но чем помочь тоже не знал. Влезать в дела семейные не было никакого смысла. Это дело мужа и жены, и никто тут не советчик.

— Если что, командир, ты знай, — повернулся и посмотрел в глаза. — Мы с ребятами всегда рядом.

Захар ничего не ответил, но в груди стало теплее. Его отряд, его команда, самые близкие люди. Те, кто никогда не подведет и не предаст. Но чем они могут помочь в его ситуации? К сожалению, ничем. Проблемы с женой решить должен он сам. И чем скорее, тем лучше.

Он отвернулся к окну и равнодушно наблюдал за мелькавшими машинами, домами, людьми и целым миром, живущим своей жизнью. А у него внутри медленно и неумолимо догорало то, что он так долго считал несокрушимым.

Глава 3

Получив небольшую передышку, отряд устроился в комнате отдыха, чтобы перекусить и выпить кофе, если удастся. Клим и Степан о чем-то негромко переговаривались, Ян уплетал обед, заботливо приготовленный женой, а Майя разговаривала по телефону.

В коридоре послышались тяжелые, размеренные шаги. Захар узнал их сразу и невольно напрягся. Так ходил только один человек на подстанции. Полковник Богданов возник на пороге, окинул взглядом помещение и сосредоточил внимание на Захаре.

— Архипов, зайди.

Это было не приглашение, а приказ. Захар переглянулся с Климом, но тот лишь пожал плечами. Поправив ремень, Архипов пошел следом за начальником.

В кабинете Богданова было тихо и прохладно. Полковник не курил уже много лет и не терпел спертого воздуха. Василий Дмитриевич сел за стол, указал Захару на стул напротив и несколько секунд молча изучал его лицо. Потом озвучил:

— В последнее время ты сам не свой, Захар. Бледный какой-то.

Захар внутренне подобрался, но внешне остался спокоен.

— Жарко сегодня, товарищ полковник.

— Знаю я твои вызовы, — перебил Богданов и откинулся в кресле. — Учения провел хорошо, отряд отработал слаженно, претензий нет. Но я сейчас не про работу, а про тебя.

Он сделал паузу, и Захар физически ощутил, как воздух в кабинете стал плотнее.

— Медкомиссия у тебя когда была? По плану месяц назад. Я проверил. Ты не проходил.

Захар молчал. Крыть было нечем.

— Я не твой врач, — продолжил Богданов, — и не твоя жена, чтобы читать нотации. Но я командую спасательным отрядом, и я отвечаю за жизни людей, которых ты ведешь за собой. Если с тобой что-то случится на выезде, пострадаешь не ты один. Ты это понимаешь?

— Понимаю, — процедил сквозь зубы Архипов.

— Тогда какого хрена ты тянешь? — прорычал полковник и смерил Захара строгим взглядом. — Ты что не понимаешь, чем это чревато? Ты же знаешь сколько лет я в МЧС. Я повидал немало, при мне выносливые мужики сгорали на работе, потому что «некогда» и «само пройдет». А потом инфаркт в сорок пять. О семье подумай!