Он не дал мне упасть - Силлер Эрика

Я решил, что закрою вход на крышу и отправлю ее домой на такси. Сам уже выпил и не мог сесть за руль. Но зачем-то предложил отвезти ее домой. Она сразу отказалась. Выглядела недовольной. Раздраженной. Злой. Это я хорошо ощутил, когда эта сука впилась когтями в мою кожу и оставила мне кровавые полосы. Кажется, зря я закатал рукава рубашки. Захотелось ответить тем же. Терпеть боль я был не намерен. Хватит с меня.

Кажется, перестарался.

Я отпустил ее руки. Ада демонстративно выпила еще. Казалось, куда еще. Какой ее предел? Она явно пыталась напиться. Ада прижалась ко мне и отключилась. Отлично. Видимо, спокойная жизнь мне наскучила, и я решил по самые уши окунуться в новые приключения, которые меня ждали с ней.

– Эй! – выкрикнул я и похлопал ладонями по ее щекам, но она не отреагировала.

Я вытащил из кармана брюк телефон и хотел вызвать ей такси, но понял, что не знаю ее адреса. Зашибись. Делать нечего. Мы поедем ко мне. Вызвал такси и, подхватив ее на руки, пошел к выходу через пьяную толпу.

Машина приехала быстро.

Водитель вышел и открыл дверцу передо мной. Я усадил Аду на заднее сиденье. Сел рядом. Всю дорогу придерживал ее голову. Старался смотреть в окно, но постоянно возвращал внимание к ней. Ее волосы спутались на лице. Она дышала тихо и поверхностно. Я поправил ее волосы и случайно коснулся ее холодной кожи на щеке. Совсем замерла. Я подхватил ее повыше и обнял.

До моего дома от клуба всего пять минут на машине. Так что мы быстро приехали.

Водитель открыл дверцу. Помог вытащить Аду. Дальше пришлось приложить немало усилий и сноровки, чтобы открыть все двери, пока мы не оказались в моей квартире.

Платье Ады промокло, и я решил сделать то, из-за чего эта сумасшедшая непременно оставит мне новую порцию царапин. Я стянул с нее одежду. Всю. Затем аккуратно надел свою футболку. Старался не разглядывать ее и делал все при выключенном свете. Но одного случайного касания ее груди оказалось достаточно, чтобы разбудить во мне желание, которое слишком долго дремало где-то глубоко внутри. С женщиной я не был последние четыре года. Но Ада точно не была той, с кем я хотел бы провести ночь. Одной фигуры недостаточно, чтобы дать мне то, что я хочу. А хотел я слишком многого. Непозволительно многого. Доверия. Преданности. Любви. Заботы. Нежности. Список можно продолжать до бесконечности.

Я сходил в душ. Переоделся в сухую одежду. Обработал царапины на правой руке и лег спать в гостиной на диван. Утро обещало быть жарким.

***

Ада

Голова. Неподъемная и тяжелая. Сразу захотелось сдохнуть. Я приподнялась и села. Отлично. Оказалась не дома. Обрывки вечера врезались в разум. Клуб. Выпивка. Танец.

Я выдохнула, чувствуя, что меня сейчас стошнит от собственного запаха. Перебирая руками по незнакомой мебели, я прошла в коридор. Через открытую дверь увидела ванную комнату. То, что нужно. По пути я увидела гостиную и завернула внутрь. Прошла к кухонному столу. Налила себе воды из кувшина. Жадно выпила, осушая стакан до последней капли.

На диване заметила движение. Йонас. Этот мудак решил, что ему можно вот так меня трогать и привозить к себе. Захотелось срочно смыть с себя воспоминания его рук. Я быстро вышла и прошла к ванной. Громко хлопнула дверью. Скорее всего сделала это намеренно. Вымещая все недовольство за то, что оказалась в чужой квартире.

Я стянула футболку, очевидно, его. А под ней ничего. Дышать стало тяжело. Не так я представляла это утро. Он, очевидно, решил, что имеет право не только меня трогать, но и раздевать. Что еще он сделал, пока я спала? Задыхаясь и стуча по грудной клетке кулаком, я пыталась успокоиться, но это не помогало. Может, конечно, и к лучшему. Но, к сожалению, задохнуться от панической атаки невозможно, и через минуту я громко задышала, возвращаясь в эту мрачную реальность.

– Ада, все нормально? – раздался голос Йонаса за дверью.

Нормально? Нет, блять, не нормально. Давно не нормально.Я проигнорировала его и зашла в душ. Горячая вода обожгла кожу. Я провела пальцами по предплечьям. Еще и снова. Там, где вчера меня держал за руки Йонас. Нужно было смыть с кожи чужой запах. Смыть с себя это мерзкое чувство, что кто-то трогал меня. Стефан всегда трогал меня, как и где хотел. Никогда не спрашивал разрешения. Хоть и нежно, но все же. Сволочь. Я всхлипнула. Как не вовремя. Продолжала расчесывать кожу на руках. До красноты. До боли. Нужно остановиться, но я не могу. Не могу успокоиться. Слишком больно.

Дверной замок щелкнул.

– Я что, забыла закрыть дверь?– мелькнула мысль.

Я продолжала тереть кожу. Йонас вчера хватал меня за руки. Делал, что хотел. Так же, как Стефан. На коже проступили ссадины.

– Прекрати! – выкрикнул Йонас и, подойдя, схватил меня за руки.

Он снова держал меня за кожу, уже раненную. Обожженную. Содранную.

– Нет! Не трогай! – выкрикнула я, и мои глаза наполнились отчаянием.

– Тебе к психиатру надо, – сказал он, возвращая меня в реальность.

Такого со мной еще не было. Конкретно слетела крыша.

Я дернулась в сторону, пытаясь освободиться от его крепкой хватки. Но не смогла. Слезы полились сами. От обиды. От жгучей боли. Раньше я думала, что человек не может все время плакать. О, как я сильно ошибалась.

Я резко села на кафель. Упираясь в него коленями.

Похмелье. Паника. Истерика. Да меня прямо сейчас можно везти в психушку, из которой я вряд ли выйду когда-нибудь. Нет. Надо взять себя в руки.

Йонас отпустил мои руки, и я сразу поднесла их под струю воды, которая обожгла кожу.

– Ты можешь выйти, – попросила я, осознавая, что сижу голая.

Отчего-то стало неловко, и я сглотнула слюну.

– Нет, мойся при мне, – сказал он, разжигая во мне ярость.

Я резко поднялась и схватила полотенце. Очевидно, его. Да и пофиг. Завернулась в полотенце и вышла в коридор. Нужно срочно уехать. Вернуться домой.

Кожа рук болела адски, но я не обращала внимания. Скоро обязательно все пройдет…

– Я не отпущу тебя одну, – сказал Йонас, и я обернулась.

– Что ты сказал? – возмутилась я. – Конечно, отпустишь.

– Не в таком состоянии, – покачал он головой. – Отвезу тебя домой.

– Зачем это? – возмутилась я. – Сама доеду.

Терпеть такого же, как Стефан, я не собиралась. Хотя нет. Этот еще хуже. Раз в сто.

– Одевайся и поехали, – сказал Йонас.

– Да пошел ты нахер! – вырвалось у меня.

Никто не будет говорить мне, что делать. Никто не будет меня трогать.

– Тогда я вызываю психиатрическую службу, – сказал он, и я сглотнула слюну.

Вот это мне точно не нужно.

– У меня защита диплома скоро, – попыталась я уговорить его этого не делать.

– Выбирай, едем к тебе или в больницу, – строго сказал Йонас.

Сука. Придется согласиться. Я нашла глазами платье, висящее на спинке стула. Посмотрела на Йонаса. Он отвернулся. Я натянула платье как можно быстрее, а затем прошла к порогу. Натянула босоножки.

Йонас взял ключи и направился к выходу.

Через несколько минут мы уже ехали в его машине.

– Что у тебя случилось? – спросил он, нарушая тишину в салоне.

– Ничего, – ответила я и отвернулась к окну.

Я слегка погладила содранную кожу на руках. Больно. Я провела пальцами. Еще. И снова.

– Прекрати, – сказал Йонас, и я вздрогнула.

Давно не вздрагивала. Думала, что уже и не стану. Казалось, безразличие въелось глубоко под кожу.

Дальше мы несколько минут ехали молча. Я больше не трогала руки, сложив их на коленях.

– Почему вчера спросила про диплом? – спросил Йонас.

Я отвлеклась от наблюдения за улицей и повернулась к нему.

– Хотела узнать, что чувствуют, когда получают его, – ответила я.

– Сама узнаешь через месяц.

Его слова что-то переключили внутри. Учиться в академии я начала еще до знакомства со Стефаном, так что учеба не ассоциировалась с ним. Когда я погружалась в интересную тему лекций, то на мгновение даже забывала про то, что случилось. Про то, из-за чего перестала думать о будущем. Все же изначально план был закончить академию.