Случайная семья. Счастье на десерт - Лисовская Ирина

Решительно хватаюсь за ручку двери, желая поставить жирную точку в этой безумной авантюре, но… Громов резко подается вперед, сокращая между нами расстояние так, что чувствую жар его дыхания на губах. И замираю, будто все мышцы парализовало от магнетизма мужчины, которому нереально противиться. Он красив и притягателен. Властный и решительный. Все это гремучий коктейль, выпив который, моментально потеряешь голову.

И прежде, чем утопаю в облаках фантазии, меня жестко приземляют:

— Тебе же явно нужны деньги, я прав?

Замираю, словно мышь перед удавом, и еле сглатываю, ведь в горле стоит колючий ком. И упрямо молчу, хотя ответ очевиден, но ни за что в этом лично не признаюсь!

— А еще я случайно услышал, что вас с дочерью выгоняют из квартиры, — добивает, попадая точно в цель. — И идти вам, как я понимаю, некуда?

Все еще молчу, чувствуя, как щеки заливает краской от стыда, но, раз он уже все знает, зачем отрицать очевидное? Поэтому едва заметно киваю, робко опуская взгляд на свои плотно сжатые в кулаки руки.

Громов же напирает:

— Тогда чем тебе плох мой вариант с фиктивным браком? — подавшись вперед, дерзко хватает меня пальцами за подбородок, вынуждая посмотреть в его глаза. — Соглашайся, тогда вопрос с жильем и деньгами решится сам по себе.

И я, как заколдованная, поднимаю полный непролитых слез взгляд, фокусируясь на мужчине, который прямо-таки соблазняет похлеще змея-искусителя. И я правда хочу поверить ему, но прошлый горький опыт все еще разрывает душу в клочья…

Тем не менее надо признать, что теперь предложение Громова кажется заманчивым, и если откажусь, то буду полной дурой. Но во мне все еще плещутся сомнения, тогда он открыто выкладывает карты на стол:

— Тебе не о чем волноваться: составим четкий контракт на три года с определёнными условиями. Между нами будет просто сделка, по окончании которой я дам тебе хорошие отступные и куплю вам с дочерью просторную квартиру в центре города. Так что, теперь согласна?

Звучит… слишком хорошо, чтобы слепо нырнуть в мышеловку за халявным сыром. Сердце, которое уже однажды жестко предали, отвергает этот идеальный, но бездушный вариант, вот только…

Звонок на моем телефоне разрезает тишину салона, и когда достаю смартфон, то просто стону в голос…

— Да, Клавдия Мат… — не дав мне договорить, она немедля режет без ножа:

— Я передумала, съезжай сегодня же, как вернешься с работы.

И нагло сбрасывает первой, пока я не взорвалась перед ней гневными возмущениями.

Но… это фиаско. Я так и зависаю с потухшим телефоном около уха, растерянно хлопая ресничками. Не знаю, сколько так просидела почти без мыслей, но Громову надоело, и он насильно вырвал из моей затекшей руки смартфон. А затем, больно схватив за плечи, развернул лицом к себе и ощутимо встряхнул, чтобы скорее пришла в себя.

Глава 6

— Вот видишь, даже вселенная подает тебе сигналы.

— Какие-то хреновые сигналы… — ворчу обиженно, а мужчина брякает с улыбкой:

— Интернет-соединение слабоватое, — задорно подмигивает мне и спешно добавляет: — Ладно, не будем терять времени. Идем распишемся, и после я помогу тебе собрать вещи, сразу переедешь с дочерью ко мне.

Громов уже открыл дверцу, полностью уверенный, что деваться мне все равно некуда. А вот я…

— Нет, подожди, — торопливо хватаю его за бицепс, и мужчина снова оборачивается. — А как же твои родители, что они скажут на этот спонтанный брак?

Так и слышу, как у него уже от нетерпения зубы скрипят. Ну и от моих глупых вопросов…

— Мне не шестнадцать лет, чтобы я переживал из-за их реакции.

И на все-то у него, черт возьми, есть ответ!

— Что насчет твоего сына? Мне кажется, он…

— А мне кажется, Алина, ты слишком много думаешь, и я начинаю терять терпение.

Он молниеносно выскочил из внедорожника и следом с силой вытащил меня, но не поставил на ноги, а поволок в ЗАГС на плече, как мешок с картошкой…

Нет, ну… это уже перебор!

— Отпусти меня, — верещу во все горло, дрыгая в воздухе руками и ногами, а этот… хам лишь звонко шлепает меня по попе.

— Цыц, женщина. Как я сказал, так и будет.

Только и успеваю проглотить возмущение, как слышу нежный женский голос:

— Дорогой, только посмотри на них, это так мило!

Кое-как приподняв голову, замечаю две отдаляющиеся от нас фигуры явно новоиспеченных молодоженов.

Ага, в каком месте это мило? Меня сейчас… стошнит, блин…

— Громов, скотина! — бью его кулаком в спину, подавляя рвотные рефлексы. — Поставь… мне… плохо…

Он осторожно возвращает меня на ноги, но все еще бережно удерживает в кольце рук, давая время прийти в себя.

Дышу урывками, пытаясь хоть как-то обуздать ураган внутри, как и приручить хаос в мыслях. Я… правда собираюсь выйти замуж за первого встречного, просто чтобы… не ночевать на улице? Докатилась!

Растерянно моргнув, фокусируюсь на Громове, и все слова тут же застревают камнем в горле. Он так взволнованно смотрит на меня… что мурашки по коже!

— Как ты? — из-за обеспокоенного взгляда карих глаз меня прошибает крупной дрожью, или это из-за резкой смены положения?

Точно — кровь в голову ударила!

— Нормально… — выдыхаю с тяжестью, хватаясь пальцами за рубашку мужчины, ища для себя прочную опору.

И окончательно осознаю реальность: мы в ЗАГСе, Громов решительно настроен на свадьбу, и какие у меня шансы отказать ему? Никаких…

Но если уж совсем смотреть правде в глаза — что я теряю? После того как меня жестко предал отец Полины, я больше не верила ни единому мужчине. Никого к себе не подпускала, построив вокруг сердца высокие стены. Но в случае с Громовым мне хотя бы ясны его мотивы — изначально никакой романтики и близости, так что в этот раз я точно не обожгусь!

— Ладно, — со вздохом сдаюсь ему на милость. — Хоть это и дебильная задумка, но…

Но мне уже, смешно сказать, самой интересно, во что она выльется. Наверное, Громов заразил меня безумством, поэтому с отчаянным рвением прыгаю за ним в это «безудержное веселье», не осознавая будущих проблем. А их точно будет немало!

— Но? — он выгнул бровь, а я отмахнулась.

— Но чем черт не шутит?

***

— Поверить не могу, что я вышла замуж… — бубню, спешно складывая наши с Полей вещи. — Да еще и в рабочей форме.

Кому расскажу — или не поверят, или поржут надо мной. Собственно, как и тетка-регистратор. Да, открыто она мне улыбалась, но я видела этот ржущий взгляд вперемешку с сочувствием.

По правде, ранее в ЗАГСе, пока я шла за Громовым, мне казалось, что регистратор его обломает и на этом энтузиазм мужчины потухнет. Но реальность ударила меня дубинкой по голове, когда в ушах прозвучало четкое: «Невеста, распишитесь здесь».

Часть с поцелуем мы, конечно же, пропустили, и нам сразу вручили два свидетельства, текст из которых глубоко врезался мне в память. А ведь забавно, что пять лет назад я бы отдала за эту бумажку даже душу дьяволу, а сегодня… сейчас она для меня сплошной набор букв, ничего под собой не подразумевающий.

И мой муж теперь…

Громов Ярослав Николаевич.

Он все это время молчаливо стоял посреди нашей обшарпанной гостиной и рассматривал фоторамки на полке серванта. На большинстве из них красовалась Полинка, а Ярослав скользил по ним взглядом без явного пренебрежения. Скорее, в его глазах горел оценивающий интерес, будто он себе фрукты на стол выбирает.

Боже, Алина, ну что за мысли?!

Тряхнув головой, сосредотачиваюсь на сборах. Вещей оказалось не так много: две спортивные сумки, пара пакетов с обувью, несколько с кухонной утварью и целый баул Полиных игрушек. Вот и все наши пожитки, при взгляде на которые мне хочется разрыдаться, но я не даю себе и шанса раскиснуть.

— Я готова, — мой голос в тишине комнаты прозвучал как раскат грома.

Мы оба с Ярославом были немногословны, потому что… мы банально не знали, о чем говорить, и просто пытались переварить наш общий статус. Осмотрев наши пожитки, Громов лишь хмыкнул, а затем молчаливо подхватил две сумки и баул с игрушками. Ну а я взяла все остальное. Уходя, оставила ключи подружке-соседке Клавдии Матвеевны и со спокойной душой спустилась вниз.