Приглядевшись, я невольно улыбнулась.
Ну Дед Мороз же! Синяя шуба, посох, большие рукавицы и даже сани за спиной. Только выражение лица не добродушное, а суровое. В моем мире он – добрый волшебник, дарящий детям чудо, но здесь скорее похож на сурового мудрого старца, повелителя холода и льдов.
И тем не менее, я никак не могла развидеть в нем зимнего волшебника из своего мира.
– Хочешь сказать, одна статуя велела тебе поцеловать другую? – уточнила я, пока мы поднимались по лестнице на просторный пьедестал перед изваянием.
Каждый шаг отдавался приятным снежным хрустом.
– Не совсем так… – уклончиво и тихо ответил Инатан и хотел добавить что-то еще, но не успел.
– Не исполнил мою волю, но уже явился сюда? – прогремело вдруг над нашими головами.
Голос принадлежал не мужчине и не женщине, но если бы меня заставили сказать, кому именно, то я бы ответила, что таким могла бы говорить сама Арктика.
Глава 5
Я бы замерла, даже если бы сохранила способность двигаться. Голос не звучал угрожающе или осуждающе, и все же леденил саму душу.
– Я велел поцеловать, а затем отогреть. И вот она здесь. Ледяная, – теперь в голосе Арктики слышался упрек.
Инатан не возражал. Стоял, гордо вздернув подбородок и поджав губы. Я видела, что его раздражает упрек, но и спорить с божеством он не решается.
– Или ты хотел спросить, как это сделать? Полагаешь, что раз ты мой потомок, то и ответы тебе положены на золотом блюде? – продолжал тем временем Бог, кажется входя в своеобразный кураж. – Но твоя просьба была слишком наглой. К тому же, исполнить ее теперь в силах только ты сам. Так что иди, и не возвращайтесь, пока не выполните приказ. А чтобы стало теплее, знайте: если до ночи перемены года Галатея не согреется, то весной она растает. Навсегда.
Голос Бога Мороза отгрохотал и в зале повисла удручающая тишина. Разве что гул лавины еще несколько мгновений стоял в ушах. Но когда исчез и он, мне стало страшно.
Растаю? Это не тоже самое, что быть разбитой. Разбить – раз и все. А таять – это медленно и мучительно. Отчего то я знала, что таяние будет похоже на долгую агонию, которая способна мучить меня несколько месяцев.
Я видела Инатана лишь боковым зрением, но и этого хватило, чтобы понять, что и он в шоке от услышанного. И что моего таяния он кажется не хочет.
Что же это было за желание такое, если за него будет расплачиваться не он, а я?
– Жену себе что ли загадал? Абсолютно покорную, – пробормотала я. Собственный голос в тишине показался едва ли не столь же грохочущим, как голос Мороза.
Инатан вздрогнул, будто от пощечины.
– Не обольщайся. Загадывал бы жену, назвал бы параметры поконкретнее: скромность, покладистость и нежность стояли бы на первом месте, – проворчал он, отворачиваясь от статуи.
Я тут же прикусила язык. Хорошая ли идея злить его теперь, когда лишь от него зависит, сумею ли я пережить местную весну? Ему ведь Мороз ничем не угрожал. И королю ничего не стоит оставить все как есть: поиграть с ростовой куклой пару месяцев, а потом оставить ее посреди поляны, под теплым весенним солнышком.
При мысли о такой смерти мне стало еще холоднее. Нет же, не может быть! Неужели от меня вообще ничего не зависит?
Но если так, почему наказание предназначено мне? Может, я все же могу что-то сделать?
Пока я размышляла, мы с Инатаном уже вышли из зала. Я немного привыкла к тому, что вовсе себя не контролирую, и теперь могла полностью отдаться на волю мыслей: о теле-то все равно думать не надо.
И что же в моих силах? Втереться к нему в доверие? Как-то задобрить? Влюбить в себя, в конце концов?
Стоило взглянуть на непреклонное лицо, как стало понятно: влюбить точно не получится.
Стать для него другом? Но не похоже, что ему нужны друзья. Он совершенный правитель и совершенный творец. Его обожают подданные, так что и без меня найдется много людей, готовых поддержать его и осыпать комплиментами.
Да и потом… готова ли я пойти на такой обман, предать свою гордость ради того, чтобы сохранить жизнь? В подлинности которой я даже до сих пор не уверена.
Тем временем мы вернулись в ту комнату, в которой беседовали раньше. Только теперь я заметила, что она разделена на две условные половины: одна, в которой я уже была, с большими окнами. Другая, отделенная от первой арками и плотными синими шторами, таила в уютном полумраке пушистый белый ковер, массивную мебель, которая даже выглядела мягкой как облака, и большой камин.
– Попробуем самое очевидное, – сказал Инатан, когда я с опаской посмотрела на дрова.
– Я думала, вы здесь не пользуетесь огнем, – растерянно пробормотала я, наблюдая, как король берет в руки огниво.
– С чего бы? Кроме тебя здесь нет ледяных существ, – не оглядываясь, ответил он.
Я бы поспорила, но вместо этого лишь наблюдала за ловкими движениями короля. Надо же, и прислугу не позвал: лично старается для моей раздражающей персоны.
Спустя минуту комнату наполнял совершенно нормальный теплый свет, легкий запах горящей древесины. И наверное тепло. Но я его не чувствовала: мерзкий холод все таки же обнимал меня промозглой тканью старой куртки.
Повинуясь воле Инатана, я подошла ближе к огню. И все еще – ничего.
– Что-нибудь чувствуешь? – король осматривал меня очень внимательно. Ждал, что я начну таять прямо сейчас и избавлю его от необходимости терпеть мое общество еще несколько месяцев?
– Ничего, – со странной мстительной радостью ответила я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
