Шаловливый король (ЛП) - Валентайн Мишель

— Да. Это будет прекрасно, Эбигейл, — холодно отвечает он, а затем вежливо улыбается ей, отчего она краснеет.

— Сейчас, сэр. — Стюардесса поворачивается ко мне. — Вы уверены, что мне нечего вам предложить, мисс Бьюкенен? У меня есть вода «Фиджи» и йогурт со вкусом клубники.

Я закладываю непослушную прядь волос за ухо.

— Вау… эм…

Я колеблюсь. Простое ли совпадение, что «Фиджи» как раз моя любимая марка воды, и тут же йогурт с моим любимым вкусом?

— Если вы этого не хотите, у нас также есть диетическая кола и батончики «Пейдей», — парирует Эбигейл.

Диетическая кола я ещё могу понять, но батончики «Пейдей»? Довольно случайный предмет для хранения в самолёте. Особенно учитывая, что, судя по внешнему виду, Александр в хорошей форме и не стал бы есть такую нездоровую закуску. Но, полагаю, это возможно. Мужчина, кажется, пьёт как сапожник, так что, может, он не так уж и здоров, а его нелепо рельефное телосложение — просто генетика.

Ах! Если это так, то это даёт мне ещё одну причину его ненавидеть.

Я улыбаюсь Эбигейл, пока она терпеливо ждёт моего выбора.

— Мне диетическую колу, пожалуйста.

Как только мы остаёмся одни, опьяняющие серые глаза Александра впиваются в меня.

— Тебя не устраивают вещи, которые я для тебя подготовил?

Я хмурюсь.

— Откуда вы знаете, что я люблю? У вас есть шпионы, которые следят за мной, чтобы убедиться, что я не копаюсь в вашем бизнесе слишком уж глубоко?

Он усмехается.

— Ты ведёшь себя так, будто всё ещё считаешь, что я тебя боюсь, Марго. Я думал, мы уже разобрались друг в друге. Я, кажется, тебя не потрясаю, а уж ты-то, чёрт возьми, точно на меня не влияешь.

— Тогда к чему все мои любимые вещи на этом рейсе? — парирую я.

Он пожимает плечами.

— Я наблюдателен. Немного есть такого, что я не замечаю в людях вокруг, и, скажем так, я проявил очень большой интерес к тому, что ты затеваешь. Мне нравится знать, что заставляет людей тикать. Так проще их ломать.

Я напрягаю плечи.

— У меня для вас новость, мистер Кинг. Я не ломаюсь.

— У каждого есть предел, и рано или поздно я найду твой, Принцесса. — Он усмехается, и я ненавижу, когда он это делает. Это сексуальное выражение, особенно на нём, и я ненавижу, что нахожу его привлекательным. Он такой самодовольный ублюдок. — Я вижу, как ты смотришь на меня, когда мы спорим. Я тебя возбуждаю, хотя ты и не хочешь в этом признаваться. Мы с тобой очень похожие существа. Мы оба любим вызов, и нам обоим нравится всегда всё контролировать.

Я приподнимаю бровь, всё ещё не веря ни одному его слову.

— Я думала, вы сказали, что у вас нет шпионов.

Он медленно облизывает свои пухлые губы, заставляя мой взгляд скользнуть к его рту.

— Что я могу сказать, твоя репутация тебя опережает. Все знают, что Бойкая Принцесса Манхэттена всегда требует своего.

Мой рот открывается.

— Как вы смеете называть меня так? Я ненавижу это прозвище.

Александр улыбается.

— Тебе стоит научиться принимать его. Такое имя означает, что люди тебя боятся.

Я проклинаю тот день, когда какой-то тупой спортсмен в школе дал мне это прозвище после того, как я очень колоритно отвергла его одиннадцатую попытку предельно прямо попросить меня сделать ему минет. На мой взгляд, он заслуживал пощёчины. Но, увы, это прозвище до сих пор следует за мной, даже сейчас.

Я горько смеюсь.

— Да. Как вы принимаете своё? Грязный Король, серьёзно? Вас не беспокоит, что половина женщин в этом городе считает вас главным бабником Восточного побережья?

— Нисколько, — плавно отвечает он. — Женщины, которые меня так называют, были трахнуты мной в более чем одном смысле, и, обещаю тебе, им, блядь, нравилась каждая последняя минута этого. Вот почему они любят держать моё имя на устах. Что до другой половины, они просто завидуют первой.

— Вы напыщенный засранец.

Его взгляд твердеет.

— Возможно, но я всегда делаю то, что мне выгоднее всего. Женщины невероятно всё усложняют, и у меня нет времени на их глупые игры.

Поразительно, как он воспринимает всех женщин как осложнения.

— Поэтому вы и нанимаете проституток? Вы правда настолько боитесь быть человеком и проявлять сострадание, что предпочитаете платить за секс, а не разбираться с эмоциональными последствиями, которые обычно с ним связаны?

— Не вижу, как это касается тебя, но да. Когда женщины смотрят на меня, они видят дойную корову. С какой стати мне развлекать их глупые фантазии о том, что именно они смогут заставить меня измениться и посвятить им не только себя, но и половину своего состояния? Ни за что такого, блядь, не случится.

Я закатываю глаза.

— Не все женщины так думают.

— Ты хочешь сказать, что ты — нет?

— Нет, — автоматически отвечаю я. — Моя семья и так богата. Зачем мне выходить замуж по расчёту?

— По той же причине, что и многим женщинам. Скоро я заберу компанию твоего отца. Как долго, по-твоему, продержится состояние твоей семьи? Тебя это не пугает?

— Нет, — повторяю я. — Этого не случится. Мой отец…

— Случится. Никто из вас не сможет остановить неизбежное. Контакты, с которыми мы встречаемся в Вегасе, — мои давние деловые партнёры, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы переманить их у меня, поэтому мне и не страшно брать тебя с собой.

Я открываю рот, чтобы парировать в свою защиту, но он продолжает, обрывая меня.

— Честно, будь я тобой, Марго, я бы, наверное, уже сейчас бросил это дело и занялся поисками богатого простофили, за которого можно выйти замуж. У тебя хорошая задница и грудь приличного размера, так что уверен, у тебя не будет проблем с обеспечением себе беззаботного будущего, если ты, конечно, не против трахаться с каким-нибудь старым уродливым ублюдком.

Я впиваюсь пальцами в подлокотник кресла, вдавливая ногти в кремовую кожу. Мне стоит невероятных усилий не вскочить и не выбить из этого мужчины всю дурь раз и навсегда.

Я делаю глубокий вдох и считаю до пяти в уме, прежде чем медленно выдохнуть через нос. Это помогает мне перефокусироваться и не попасться в его маленькую игру.

Я с трудом сглатываю.

— Учту это, но я бы предпочла потратить своё время на то, чтобы придумать, как вас уничтожить.

— Как знаешь. Но предупреждаю, мисс Бьюкенен, я не играю по правилам. — В его глазах появляется порочный блеск, и нельзя сказать, что он задумал, чтобы меня мучить, но я должна быть готова к любому его ходу.

Мой отец рассчитывает на меня, что я найду способ спасти его компанию и будущее нашей семьи.

Глава 8. ПРОВОКАТОР

Александр

Независимо от времени суток, огни Лас-Вегаса всегда устраивают шоу. Лимузин подъезжает к казино «Хард Рок», и я бросаю взгляд на Марго, когда водитель останавливает машину.

Она мало что говорила мне с тех пор, как у нас состоялся горячий разговор. Каждый раз, когда мы общаемся, я, кажется, бешу её, чего я собственно и добиваюсь. Я хочу стать той самой занозой под её кожей, которую она жаждет вытащить. Чем сильнее она меня ненавидит — тем больше будет думать обо мне и о том, как не может дождаться, чтобы избавиться от меня.

Так почему же я чувствую себя сволочью и испытываю желание извиниться?

Я трясу головой, чтобы изгнать эту безумную мысль. Мне нужно, чтобы она исчезла с моих чёртовых глаз. Её присутствие отвлекает меня, а это нехорошо. Мне нужна ясная голова для дел. Эти выходные будут чистой пыткой.

Как только водитель открывает дверь, я выхожу и оборачиваюсь, протягивая руку, чтобы помочь Марго. Мой взгляд скользит по её сексуальным длинным ногам, и мне интересно, знает ли она, насколько она меня заводит этими чёртовыми юбками, в которых вечно порхает. Интересно, делает она это нарочно, чтобы свести меня с ума. Весь этот образ дерзкой деловой женщины ей очень идёт. Даже в этих маленьких очках в чёрной оправе она чертовски горяча.