Черт! Черт! Шерданский драконойд меня раздери!
Я выдохнул, заставив мышцы спины и плеч расслабиться, ощущая, как они ноют от напряжения. Злость – плохой советчик. Она слепит и ведет на мель. А я был капитаном.
Капитан оценивает шторм, принимает реальность, какой бы горькой она ни была, и находит решение. Даже если оно режет по живому.
Реальность была простой и неумолимой: чтобы спасти Авель, Саяне нужен был Тайлер Ванс. И, как ни крути, отныне он был частью нашего уравнения.
Его «Искра» с Саяной была так же реальна, как и наша. Отрицать это – значит обрекать девочку на смерть. И разбивать сердце женщины, которая... которая стала моей женой. Той, с которой у нас случилось созвучие. С той, которую я держал в руках и целовал. Нет, я не мог с ней так поступить.
Я расправил плечи, сглотнув ком в горле. Решение далось тяжело, будто тащил на себе весь корабль. Но оно было единственно верным.
Я повернулся и снова вошел в комнату. Они все так же стояли рядом. Саяна – с испуганно-виноватым взглядом, в котором читалась мольба о прощении. Тайлер – со спокойной, непоколебимой уверенностью человека, который знает себе цену.
Я прошел мимо них, чувствуя на спине их взгляды, подошел к коммуникационной панели на стене и резким движением вызвал интерфейс регистрации браков.
– Марк? – тихо, почти испуганно позвала Саяна. – Что ты делаешь?
– Регистрация, – коротко бросил я, уставившись в мерцающую голограмму. Мои пальцы, привыкшие отдавать команды, быстро летали по экрану, заполняя поля. – Если уж это необходимо для лечения Авель, то не будем тянуть. Ванс, ваши данные.
Тайлер подошел, его взгляд был тяжелым и оценивающим, но без капли насмешки или торжества.
– Вы уверены в своем решении, капитан?
– Я уверен, что каждая секунда промедления может стоить девочке здоровья, – парировал я, вбивая в систему его идентификационный код и код Саяны. Мои пальцы на мгновение дрогнули, когда я вводил ее имя. Моя жена.
Система мигнула зеленым.
Брак между Саяной Ренделл и Тайлером Вансом был зарегистрирован.
Теперь у моей жены было два мужа.
Я повернулся к ним. Саяна смотрела на меня с такой смесью благодарности и боли, что у меня сжалось сердце.
Саяна смотрела на меня, и в ее синих-синих глазах (все еще “наших” с ней!) плескалась такая буря благодарности, боли и обожания, что у меня сжалось сердце. Она сделала шаг ко мне, но я едва заметно покачал головой. Не сейчас.
– Врачи ждут, – сказал я, и мой голос прозвучал на удивление ровно, глухо, будто из бронебойного отсека. – Клиника «Аксиома». Мой аэролет на стоянке. Поедем вместе.
По дороге в подземный гараж царило гнетущее, густое молчание, нарушаемое лишь эхом наших шагов. Я шел впереди, чувствуя их присутствие за спиной – ее легкие шаги и его уверенную поступь. Тайлер первым нарушил тишину, его шаги поравнялись с моими.
– Капитан Ренделл, – он говорил тихо, чтобы не слышали женщины. – Я понимаю, что эта ситуация... неидеальна.
Я фыркнул, не глядя на него.
– Это мягко сказано.
– Я не собираюсь ничего отнимать, – продолжил он. Его тон был спокоен и, черт побери, искренен. – «Искра»... она разная. То, что между мной и Саяной, – это одно. Оно не отменяет и не обесценивает того, что между вами. Я уважаю ваш союз.
Я наконец посмотрел на него сбоку, встретив его серьезный взгляд. Он не льстил и не оправдывался. Он констатировал факт.
– Нам придется научиться с этим жить, – ответил я, отпирая массивную дверь в гараж. Холодный воздух пах маслом и озоном. – Ради нее. И ради Авель.
Он коротко кивнул.
– Согласен.
Мы сели в мой аэролет. Саяна устроилась сзади, прижимая к себе Авель и кота, а мы с Тайлером – спереди, как два пилота одного корабля.
Когда машина с тихим гулом плавно поднялась в воздух и понеслась над сияющими куполами города, я почувствовал, как какая-то часть того свинцового напряжения внутри меня тает, уступая место ледяной, трезвой ясности.
Это было не прощение. Это было трудное, взрослое решение – спрятать свою боль, свою ревность и свою гордость в дальний угол и сосредоточиться на главном: на защите тех, кто тебе дорог. Ради семьи. Какой бы она ни была.
Я посмотрел в боковое зеркало, поймав взгляд Саяны. Она смотрела на меня, и в ее синих глазах я прочитал немое, но яркое, как вспышка, обещание. Обещание того, что наша «Искра» – та, что родилась в тесном лазарете «Зодиака» – никуда не денется.
Глава 11.
Мы летели над сияющими кварталами Нового Эдема, но я не видел их красоты. Передо мной стояло лицо Тайлера Ванса – не врага, но и не друга. Союзника по несчастью. По необходимости.
– Клиника в десяти минутах, – мои пальцы сами собой провели по панели управления, корректируя курс. Голос все еще звучал механически, но внутри уже начинала прорастать та самая "трезвая ясность".
Сзади послышался тихий всхлип. Авель.
Я встретился взглядом с Саяной в зеркале. Она посмотрела на меня с благодарностью и решимостью. Той самой, что заставила ее когда-то бежать по коридору "Зодиака" с сестрой на руках. И в этот момент до меня, наконец, дошло: она не предавала нас. Она боролась. Так же, как боролся я сейчас.
Тайлер, внимательно наблюдавший за городом, повернулся ко мне.
– Капитан, я распорядился о подготовке всего необходимого. Девочке будет оказана помощь по протоколу "Зенит" сразу по прибытии. Лучшие специалисты колонии.
Он не хвастался.
Он просто информировал.
И в этой деловой бесстрастности было больше уважения, чем в сладких обещаниях.
– Хорошо, - кивнул я. - Спасибо.
– Не за что, Марк, - улыбнувшись, ответил Тайлер и отвернулся. И почему я не могу быть таким спокойным, таким невозмутимым.
Я лишь выдохнул и продолжил рулить дальше.
Мы приземлились на площадке у сияющего белого здания "Аксиомы". Когда я открыл дверь, Саяна первым делом протянула мне Авель – молча, понимая, что мне нужно это больше, чем ей. Девочка доверчиво обняла меня за шею, прижав горячий лобик к щеке. Космо прыгнул к нам на руки и приземлился в руках своей маленькой хозяйки. Шерсть его снова синела. Авель становилось хуже.
– Не бойся, солнышко, - прошептал я ей на ухо. - Все будет хорошо.
И повернулся к Тайлеру, который уже вышел и разговаривал с группой встречавших нас врачей.
– Ванс, – обратился я к нему, и впервые наш взгляд встретился без тени вражды. Только деловая необходимость. И где-то глубоко было начало понимания. – Пожалуйста, объясни им популярно все, что нам нужно.
