Королева льда (ЛП) - Кова Элис

— Полагаю, ты испытываешь те же чувства по отношению к своему отцу. — Каждое слово было произнесено с особой хрупкостью. Эйра взглянула на него краешком глаза. Его лицо было каменным, но не исказилось и не сморщилось.

Каллен кивнул.

— Отчасти я надеялся, что он будет там. Но другая часть меня… — Он издал звук, похожий на фырканье, — считает, что к лучшему, что его там не было. Я начал задумываться, что бы я сказал ему, если бы у меня была такая возможность. Каким бы он мог увидеть меня сейчас.

— И? — Ей было мучительно любопытно.

— У меня есть много подходящих слов. — Каллен мрачно усмехнулся, его глаза затуманились и пристально посмотрели на далекий горизонт. — Но, в конце концов, я сделал собственный выбор. Мне следовало быть более мужественным и постоять за себя. Я не могу винить его во всем.

— Посмотри-ка на себя, ты стал брать на себя ответственность. — Она толкнула его плечом.

— Я знаю, просто шок. — Каллен опустил голову и скользнул взглядом по прядям ее волос, выбившимся из привычного пучка.

— Когда-то такое уже было.

— Было, — повторил он, и на его лице появилась недоверчивая улыбка. Она задумалась, не думает ли он тоже о том, как далеко они зашли.

Разговоры о семье, о выживших и погибших, заставили Эйру вспомнить о Ноэль. В горле у неё было ещё солоно от слёз, которые она отказывалась проливать сегодня.

— Несправедливо, что мы оба здесь… что моим родителям, из всех людей, удалось оказаться здесь, а её нет.

— В её смерти много несправедливого. — Каллен выпрямился и оглядел город.

— Ей бы здесь понравилось. — Слова едва слышно долетели по ветру, пронеслись над крышами к далёкому горизонту, где акварельное небо сливалось с темнеющим морем.

— Она бы сказала нам, что Норин лучше.

Каллен фыркнул, сдерживая смех. Какое-то время даже улыбка казалась предательством по отношению к её памяти. Смех был практически запрещён среди них, но, похоже, со временем лёд таял.

— Она бы так и сделала, — согласился Каллен, смотря на горизонт, как только ему удалось взять себя в руки. — Она была абсолютно уверена, что права, и мы все с этим согласны.

— Совершенно верно.

Тишина тянулась, казалось, целую вечность. В лучах заходящего солнца она почти слышала его мысли. Только когда на дальних зданиях начали мерцать огни, отражая в сумерках ранние звезды над головой, он заговорил снова.

— Ты знаешь, это не твоя вина, — прошептал он.

— Не надо, — твёрдо сказала Эйра, выпрямляясь, чтобы посмотреть ему в глаза. — Не надо, — повторила она мягче, но так же непреклонно. — Ты хранишь её смерть и память о ней по-своему, позволь и мне хранить на свой лад.

Каллен, казалось, собирался возразить, но передумал, когда её многозначительный взгляд заставил его замолчать. Он со вздохом отвернулся от раскинувшегося перед ним города. В его голосе прозвучала удивительная уверенность, когда он произнес:

— Пойдем, прогуляемся.

Эйра издала удивленный звук и приподняла брови.

— Мы в новом городе, впервые за несколько недель от нас не воняет, и в наших карманах по-прежнему полно золота Аделы. — Он ухмыльнулся. — Почему бы нам не прогуляться?

— Нам нужно оставаться сосредоточенными.

— На чем?

Уголки её губ дрогнули от волнения, когда она услышала этот вопрос.

— Нам нужно убедиться, что наш корабль будет готов к отплытию, когда мы захотим. Что он будет должным образом отремонтирован и пополнен припасами, чтобы у нас было всё необходимое. И что мы можем сделать ещё, чтобы заключить союз с Квинтом и вернуться на помощь Меру.

Эйра считала на пальцах, перечисляя всё, чего она хотела добиться.

Каллен ободряюще сжал её пальцы.

— Сегодня вечером ничего из этого не будет сделано. Разве что мы купим кое-что из припасов, но не здесь. Нам всё равно придётся выйти.

— Ты можешь быть упрямым, ты знаешь это?

— Кажется, я тебе нравлюсь таким, какой есть, — ухмыльнулся он, и в угасающем свете Эйра заметила, что Каллен выглядит увереннее, чем раньше.

Глава 8

Вечерний воздух, принесший с собой прохладу с моря, рассеял влажность, которая оседала на городских стенах, словно граффити. Эйра наслаждалась свежим бризом. Для такого тесного города Квинт был очень удачно расположен рядом с океаном.

Группа разделилась. Дюко, Ворона и Фен решили пойти на рынок в доках и поискать материалы, которые могли бы понадобиться для корабля. Эйра дала им возможность купить всё, что они посчитают необходимым. Она всё ещё осваивалась в руководстве кораблём и доверяла Вороне гораздо больше, чем себе, в том, что касается следующего этапа их путешествия.

Лаветт и Варрен ушли, чтобы встретиться с другими выжившими после турнира. Эйра ненадолго задумалась о том, чтобы присоединиться к ним в знак солидарности, но в итоге решила, что её присутствие принесёт больше вреда, чем пользы. Эйра знала, насколько нелогичной может быть вина выжившего. Одному из них было бы слишком легко спросить, почему она, случайная девушка из Соляриса, оказалась в Квинте, а их близкие — нет.

Это означало, что ей, Каллену, Йонлину, Оливину и Элис придётся исследовать город вместе. Лаветт указала им общее направление, в котором, по её мнению, они должны были двигаться, а остальное зависело от них самих.

Их шаги эхом разносились по мощеным улицам, словно барабанный бой, пульсирующий под какофонией рынка, на который они вышли. Это была огромная площадь, на которой располагались всевозможные лавки. Товары были разложены в деревянных шкафах под широкими навесами, прикрепленными к стенам зданий. В центре площади были установлены палатки, создававшие туманный лабиринт из ткани и жары. Они шли по этому роскошному месту, напрягая все чувства, чтобы рассмотреть, понюхать и послушать все, что попадалось на глаза.

— Я пойду, поищу новый блокнот, — объявила Элис.

— Ещё один? — спросила Эйра. — Разве ты не купила его в бухте Чёрного Флага?

— Купила, но он уже заполнен. — На губах Элис появилась робкая улыбка. — Кроме того, я думаю, что уже готова начать писать саму историю.

— О? Значит, я могу быть уверенной, что нас больше не будут использовать в исследованиях?

— Ты всегда будешь исследованием. — Улыбка Элис не внушала оптимизма. Эйра сдержала гримасу, не желая расстраивать подругу. Но, похоже, ей это не удалось, потому что та расхохоталась. — Знаешь, некоторым было бы лестно, если бы их увековечили.

— Я уверена, что найдётся кто-нибудь получше, — сухо сказала Эйра. — Я дам тебе знать, если кого-нибудь найду.

Элис фыркнула.

— Только представь, как будет выглядеть вторая книга.

— Я ещё даже не сформулировала свои мысли по поводу первой книги.

— Она скоро будет опубликована.

«Опубликована». Это слово засело в голове Эйры, но она не могла понять почему. Конечно, она хотела этого для своей подруги… хотела, чтобы Элис добилась успеха во всём, за что бралась. Но мысль о том, что Элис опубликует книгу, казалась… какой-то неправильной.

Пока Эйра пыталась разобраться в себе, вмешался Йонлин:

— Знаете, я думаю, что у нас есть друзья друзей, которые владеют типографиями в Райзене. Правда, они больше специализировались на бумажных брошюрах с новостями. — Он бросил взгляд на Оливина, который кивнул.

— Если предположить, что они еще не загнулись. — Слова Оливина были тихими и мрачными. Их едва было слышно даже Эйре, которая стояла рядом с ним. В его смягчившемся взгляде читалась настоящая боль.

Йонлин либо не услышал, либо проигнорировал их, потому что быстро повернулся к Элис, ещё более воодушевлённый.

— Но я уверен, что у них есть выход к книгопечатникам, если они не могут сделать это сами. И мне кажется, что у нас есть еще выходы на переплётчиков…

Их разговор затих, когда Йонлин и Элис пошли в противоположную сторону. Эйра заметила, что рука Йонлина как-то неловко дёрнулась. Словно он хотел взять Элис под руку, или взять её за руку, или даже положить ладонь ей на бедро, но не мог решить, что именно. И, вероятно, не знал, будет ли этот жест воспринят положительно.