— Моя душа поёт рядом с твоей. Говорят, эта песня лечит.
Я снова слабо улыбнулась.
Интересно, что бы Рину подумал, узнав что на Земле некоторые домашние питомцы тоже умеют исполнять этот их «мар-таур» и без всякого сопряжения?
Пальцы Рину вдруг нежно скользнули по моим губам… а затем он приподнялся и его тень снова накрыла меня. Я поняла, что он собирается поцеловать меня и, почувствовав резкий укол в сердце, отвернулась.
Шумный, полный разочарования вздох коснулся моей кожи и Рину снова опустился рядом и прижался щекой к моему плечу.
— Пожалуйста, Ив, не гони меня… Ещё хоть пару секунд. — Он судорожно втянул в себя воздух и прижался ко мне ещё сильнее. — Мне было так страшно, Ив… Святая Мать, мне никогда в жизни не было так страшно...
Я не стала его отталкивать. По правде говоря, у меня попросту не было на это ни физических, ни моральных сил. Я чувствовала себя не просто опустошённой, а выеденной изнутри до тонкой корочки.
Однако трезвость мысли и способность нормально говорить постепенно возвращались ко мне.
Я тихо спросила у Рину:
— Что произошло? Почему я… жива?
Он нежно потёрся носом об мою руку и вздохнул.
— Переливание помогло.
— Ты… перелил мне кровь? — ошарашенно спросила я. — Но чью?
В то, что на этой затерянной планете можно было найти человеческую вторую положительную я очень сильно сомневалась. Даже у Ани, чёрт возьми, была четвёртая отрицательная!
— На самом деле и не раз. Я сбился со счёта сколько было этих переливаний… — Он грустно улыбнулся. — Зато нашёл ещё один плюс в том, что нас двое, по уши влюблённых в тебя идиотов…
Я испуганно на него посмотрела.
— Вашу кровь… но мы ведь принадлежим к разным расам! Если не видам…
Рину беспечно повёл плечами.
— В истинной паре всё работает иначе. Наша кровь подходит тебе, а твоя нам. Ты же видишь, что всё получилось.
Он лучезарно улыбнулся, сверкнув клыками. Странно, но впервые эта его хулиганская улыбка не показалась мне хищной. А даже наоборот… какой-то беззаботно-невинной.
Я опомнилась.
— А где Рэвул?
Рину приподнялся и посмотрел на меня, уперев кулак в висок, а локоть в постель.
— Приходит в себя после… двух последних переливаний. Мы с ним должны были меняться… но он отказался после того, как у тебя в очередной раз остановилось сердце. Частое переливание сильно истощало, а он боялся, что не сможет реанимировать тебя без меня, если это случится снова…
У меня до боли сдавило грудь, словно на неё ребром поставили бетонную плиту. Я сморгнула выступившие на глаза слёзы и попыталась сесть, но Рину тут же всполошился и, поднявшись надо ной, осторожно надавил мне на плечи.
— Нет, нет, не вставай. Пока нельзя. — Виновато улыбнулся он, укладывая меня обратно на высокую подушку. — С нашей кровью тебе частично передалась и наша способность к регенерации, но твоему телу всё равно нужно больше времени на восстановление, чем было бы нужно нам. Полежи ещё. Пожалуйста. А я пока принесу тебе воды. Думаю, вреда точно не будет, если ты сделаешь пару нормальных глотков.
Он быстро встал и вышел из зоны моей видимости, а я всё-таки приподнялась и огляделась.
Мы с ним находились в словно в шатре или какой-то большой палатке. Я лежала на разложенных спальниках-одеялах, положенных один на другой для мягкости. А те, в свою очередь, были наброшены на большую кучу листьев, похожих на пальмовые.
Практически всё свободное пространство этого шатра-палатки было заставлено знакомыми деревянными ящиками.
— Где мы? — Осторожно спросила я, когда Рину вернулся и, недовольно цокнув языком, поднёс к моим губам железную кружку с водой.
Но я пить из его рук не стала. Настойчиво взяла её сама и, стараясь не выдать дрожи в руках, сделала несколько маленьких глотков.
— Всё там же. На базе. — Вздохнул Рину и взмахнул рукой, описывая пространство вокруг. —У нас была походная палатка. Мы не успели погрузить на корабль то, что хранилось в доступе на площадке, так что... да. Можно сказать, что нам хоть немного, но повезло.
Я поспешила вернуть ему кружку с водой, потому что она слишком уж опасно затряслась в моих руках.
— Корабль… Эджу улетел?
Рину язвительно усмехнулся и провёл рукой по бритому затылку от шеи вверх.
— Ну… можно сказать и так.
Мне стало гадко… Это ведь случилось из-за меня. Я привела его к ним. Уж лучше бы тогда всё-таки застрелилась в лесу, честное слово!
— Мне очень жаль, Рину. — Искренне сказала я, не представляя как ещё выразить свои чувства.
Но он вдруг широко улыбнулся мне и громко сказал:
— О чём ты, Ив?! Да этот говнюк нам буквально жизнь спас!
Мне показалось, что я ослышалась.
Потому что… какого чёрта вообще?
— Спас жизнь… о чём ты?
Рину досадливо фыркнул и сел у моих ног на импровизированную кровать.
— Жаль, конечно, что ты не помнишь… Это ведь был эпичнейший фейерверк! Рэвул сказал, что собиратели скорее всего заложили бомбу в один из топливных циркуляров. Они были герметичные и в заводской упаковке, поэтому мы поставили их не проверив. Кто же знал, что так оно всё обернётся…
Я смотрела на него во все глаза.
— Собиратели, бомба… я не понимаю. Что случилось?
Рину придвинулся ко мне и, поставив на пол кружку с остатками воды, бережно взял меня за руку.
— Когда наш корабль набрал высоту, он взорвался прямо вместе с этим кровососущим ублюдком. Нам с Рэвулом некогда было радоваться, мы реанимировали тебя после остановки сердца, но в душе мы ликовали, поверь.
Я заскользила взглядом по шатру, пытаясь всё осознать и сосредоточиться. Ведь выходит… что мы так или иначе суть не умерли.
— Собиратели хотели нас убить… — Произнесла я вслух свои мысли и тут вспомнила важное: — Эджу говорил, что их главарь на самом деле не намерен покидать эту планету! Что его всё устраивает и он скрывает от своих, что их корабль старое корыто, неспособное взлететь и никакой ремонт ему уже не поможет!
Рину задумчиво провёл длинным пальцем по подбородку и медленно кивнул.
— Тогда всё складывается. Как говорится, ничего личного, он Господин С Отвисшими Сиськами просто не хочет, чтобы это место попало на звёздные карты и его уютный мирок стал достоянием общественности. А он обязательно станет, когда хоть кто-то выберется хотя бы на орбиту этой планеты и сможет послать в космос сигнал с просьбой о помощи.
Я кивнула ему и опустила взгляд. Попыталась улыбнуться… но как-то не вышло.
Несмотря ни на что у киранцев больше не было их корабля. Теперь они вынуждены были жить в брезентовом шатре на улице и я была одной из тех, кто непосредственно приложил к этому руку.
— Эй…
Рину осторожно коснулся пальцами моей щеки и заставил поднять на него взгляд и посмотреть в яркие голубые глаза.
Он тепло мне улыбался. Искренне. И губами, и глазами, а не как этот психопат Эджу у которого одно жило от другого отдельно, потому что все эмоции были пластиковыми. Не настоящими.
— Главное, что мы живы, Ив. Главное, что ты жива. Остальное неважно.
Тихо сказал он и вдруг судорожно вздохнул, словно усилием воли подавив комом подступившие к горлу слёзы.
Пальцы Рину снова скользнули по моей шеке, а затем огладили плечо и судорожно сжались на нём. Будто бы киранец едва смог подавить желание притянуть меня к себе и обнять так крепко, как только мог.
— Ив…
Обречённо прошептал он, смотря мне прямо в глаза. Искренне и обезоруживающе нежно.
— Прости меня. Я бы хотел понять, что должен сделать, чтобы ты меня простила, но не знаю, можно ли такое простить. Но я… не смогу без тебя… Я задыхаюсь, когда тебя нет рядом… Я распадаюсь на части! Прошу, скажи, как мне вернуть тебя? Знай, я на всё готов, чтобы ты… хотя бы перестала отворачиваться от меня и снова смотрела как прежде.
Он поджал губы, стараясь держать себя в руках. Все эти слова были сказаны с болью и вырваны из самого сердца.
Но и мне от них было больно тоже.
