Варвар перед Рождеством (ЛП) - Диксон Руби

— Нет, — протестует она, но все же позволяет мне поднять ее на руки и пронести через всю хижину, закутав в меха. — Аехако, это нечестно…

— Хочешь, я покажу тебе, каким нечестным я могу быть? — Я дразню ее, развязывая шнурки на ее тунике, пока ее груди не становятся видны моему взгляду. — Я сделал тебе еще один подарок в знак ухаживания.

Ее лицо вспыхивает ярким румянцем.

— Ты этого не сделал.

— О, я так и сделал. Пока меня не было, я не думал ни о чем, кроме тебя и Каэ. В основном о тебе и твоем сладком, податливом теле. О тепле твоего влагалища, которое ласкает мой член. Прикосновение твоих сосков, когда они трутся о мою кожу, когда я погружаюсь в тебя… — я запускаю руку под ее леггинсы, ища ее тепла. — За последний месяц мне слишком часто приходилось теребить свой член. Это позор, когда у меня такая красивая пара.

Она стонет, выгибаясь в мехах.

— Боже, ты сводишь мою киску с ума своими непристойными речами.

— Я тоже сгораю от желания, — признаюсь я, немного удивленный тем, насколько сильным оно в этот день. Я и раньше расставался со своей Кайрой, но никогда наше возвращение домой не было таким… насыщенным возбуждением. Я наклоняюсь, и по мере того, как я это делаю, песня ее кхая становится еще громче. Моя мелодия меняется, становится резонирующей сильнее, и вот мы уже в полной гармонии, наши кхаи звучат громко и настойчиво.

И я чувствую это в своем члене. Потребность моего тела усиливается настолько, что у меня перехватывает дыхание.

Кайра задыхается, прижимая руку к груди.

— Аехако, — шепчет она, и ее голос такой хриплый и прекрасный от желания, что я почти теряю сознание, когда она произносит мое имя. — Это…

Я медленно киваю.

— Резонанс. Еще раз.

— О, — она подносит руку ко рту, и ее глаза наполняются слезами. — Я… я думала, что Каэ будет единственным комплектом. Она такой подарок судьбы, но я подумала, что, возможно, не смогу вынести большего, и меня это устраивало, но… это чудесно.

Ее радость так же велика, как и моя. Но я не могу улыбаться. Не сейчас, когда предупреждение Рокана все еще звучит у меня в ушах…

И тут я застонал от осознания того, какой же я дурак.

— Рокан. Вот идиот.

Моя пара садится и хмуро смотрит на меня.

— Почему ты говоришь о Рокане, когда мы находимся в резонансе? — Она хватает меня за ворот туники и прижимает к себе, тяжело дыша. — Разве ты не должен заявить права на свою пару?

О, я ничего так не хочу, как погрузиться в нее поглубже. Я хихикаю и наклоняюсь ближе, утыкаясь носом в ее подбородок, прежде чем снова завладеть ее губами.

— Именно это я и планирую сделать. Я просто смеюсь, потому что Рокан настаивал, чтобы я вернулся одним из первых, но он не сказал почему. Я подумал, что что-то не так, и не мог перестать беспокоиться. — Я качаю головой. — Он должен был сказать мне, что это резонанс.

— Ты же знаешь, он не любит указывать точно, — говорит она мне, поглаживая мое плечо и одаривая меня страстным взглядом, от которого мой член возбуждается. — Но он также не должен был так пугать тебя.

— Он сказал мне, что беспокоиться не о чем, — признаюсь я. — Но когда твоя пара совершенна, а твой комплект прекрасен и умен, ты не можешь думать, что все слишком хорошо.

— И все же, — говорит Кайра, улыбаясь. Она делает паузу, и ее улыбка исчезает. — И все же… все хорошо? Для тебя? Это будет означать перемены для нас. Ты рад?

Рад? Я вне себя от радости. Я дотрагиваюсь до ее плоского живота.

— Видеть, как ты округляешься от моего комплекта? Это самый лучший подарок на День без яда на свете. — Она обвивает руками мою шею, и я не сразу понимаю, что она плачет. — Почему ты плачешь, пара?

— Потому что ты прав. Это лучший подарок на День без яда, который когда-либо был, — говорит она между всхлипами. — И это слезы радости.

— Если ты так говоришь. — Я дергаю ее за леггинсы. — Хватит о Рокане. Позже я настучу ему по голове за то, что он так напугал меня. А теперь дай-ка я посмотрю, заставлю ли я другие части твоего тела увлажниться от радости.

Я рад, что смех моей пары наполняет нашу хижину за мгновение до того, как раздаются ее радостные крики.

Глава 7

РОКАН

Моей пары нет среди соплеменников, которые вышли поприветствовать нас. Я не удивлен этому. Я знал, что она будет в нашей хижине, когда я приеду. Целительницы тоже нет среди веселой, оживленно болтающей компании. Я улыбаюсь и обнимаю тех, кто толпится вокруг, желая узнать о своих близких. Я позволю Вэкталу ответить на эти вопросы, потому что я должен быть где-то в другом месте. Моя малышка нуждается во мне.

Я отцепляюсь от встречающих, сжимаю плечо Вазы в знак приветствия и прохожу мимо него, направляясь к своему дому. Экран приватности поднят, но я слышу голоса внутри.

— Ты дома, — восклицает знакомый голос, прежде чем я успеваю войти, и я вижу, как Мэ-ди подбегает ко мне, ее круглые щеки пылают. — Это потрясающе, и ты как раз вовремя. Сегодня Роллан у меня. Вы можете прийти и забрать его позже. — В ответ на мой кивок она продолжает. — Я не думаю, что Хассен пришел с вами, да…? — в ее взгляде умоляющий вопрос.

— Не в эту поездку, — мягко говорю я, зная, что мой ответ разочарует сестру моей пары. — Мы не смогли взять с собой много людей. Но будут еще поездки. Но твой супруг в добром здравии, и он прислал подарки для тебя и Масена, так как не смог приехать.

Легкая грустная улыбка тронула ее губы.

— Масен будет рад хотя бы этому. Я рада, что ты вернулся домой к Лейле. Если вам, ребята, что-нибудь понадобится, просто крикните. Вы знаете, что я рядом.

— Спасибо, — говорю я ей, а затем ныряю в свою хижину. Я знаю, что экран у входа установлен, но… царапать в приветствии в моем собственном доме кажется глупым.

Внутри разведен огонь, и в комнате тепло. Моя пара сидит обнаженная, раскинув ноги, на старом кожаном одеяле, а рядом с ней — целительница Мэйлак. Длинная темная грива Ле-ла спуталась и прилипла к мокрому от пота лицу, она тяжело дышит, часто надувая щеки. Ее животик такой большой, что кажется раздутым, круглым и готовым к рождению нашей дочери. Когда я вхожу, моя пара поднимает голову, ее глаза расширяются от удивления, а затем она начинает смеяться.

— Я держалась, сколько могла, — говорит она мне, тяжело дыша и смеясь одновременно. Она прижимает руку к животу, который в ответ вздрагивает. — Но твой ребенок твердо решил родиться сегодня.

Я подхожу к ней и опускаюсь на колени, сжимая ее руку в своей.

— Я рад, что оказался здесь как раз вовремя. — Я убираю волосы с ее влажного лба и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее.

— Я так рада, что ты здесь, — говорит она мне, крепко сжимая мою ладонь. — Ты снился мне прошлой ночью. Как ты думаешь, мой кхай знал об этом? Или ты думаешь, что это из-за комплекта и она обладает теми же способностями, что и ты?

У меня нет ответа на этот вопрос. Я всегда думал, что мое «знание» пришло от моего кхая, но если этот новый комплект обладает таким же «знанием», как и я, и у него еще нет своего кхая… эта мысль наполняет меня удивлением.

Но тут Мэйлак что-то шепчет Ле-ла, и моя пара с покрасневшим от напряжения лицом опускается на четвереньки. Я поддерживаю ее, как могу, хотя и чувствую себя беспомощным, когда она садится на корточки и принимается рожать наш комплект. Жаль, что я не могу принять на себя ее боль. Жаль, что я не могу помочь ей… хоть чем-нибудь.

— Это будет легко, — бормочет целительница, а затем просовывает руку между бедер моей малышки, в то время как моя пара тужится снова. Мгновение спустя Мэйлак держит на руках темно-синее крошечное тельце моей маленькой дочери, ее рожки — всего лишь шишки на лбу, а голова покрыта мокрой черной гривой. Я с удивлением наблюдаю, как целительница запускает палец в рот малышки и вычищает его, затем переворачивает ее и нежно гладит по спинке.

И сразу же малышка начинает возмущенно вопить, ее легкие здоровы и крепки.