Меч Богов (ЛП) - Андрижески Дж. С.

Вэш усмехнулся.

Он удивил Балидора, нежно сжав его руку.

— О, я бы не был так уверен в этом, брат, — в глазах Вэша по-прежнему светился слабый юмор, хотя Балидор заметил в них лёгкую усталость. — Хотя ты мог бы попробовать спросить Тарси. Возможно, она поделится с тобой большим, чем соизволила поделиться со мной.

Балидор хмыкнул, и на этот раз он закатил глаза.

— Конечно, — сказал он. — Само собой, поделится.

Вэш усмехнулся.

Балидор провёл пальцами по волосам. Он силился проснуться.

Ему нужно было принять душ. И, вероятно, подольше поспать.

— Тебя ждёт еда, — предложил Вэш. — Мне сказали, что здесь очень щедро угощают. Возможно, тебе следует поесть, прежде чем заниматься чем-либо другим, — пожилой видящий помолчал, затем добавил более мягко: — Но я согласен, что сейчас сон необходим. Как можно больше сна, брат. Потому что скоро ты нам понадобишься в боевой форме.

Балидор ответил подтверждающим жестом на языке жестов видящих.

Он услышал и другое послание старого монаха.

Теперь им оставалось только ждать.

Ничего другого не оставалось, как ждать, пока Новотны и его таинственная гостья не прибудут в замок.

Глава 7. Ты не веришь?

Новотны удивил Балидора тем, что на этот раз не взял с собой свиту.

Из грузовика, припаркованного у входной двери большого каменно-деревянного дома у озера, вышли всего трое.

Балидор, Вэш и Тарси были в шале одни, когда приехали.

Вэш настоял на этом.

Кроме них, в доме была лишь небольшая команда людей, которые готовили для них еду, следили за чистыми полотенцами, одеждой и постельным бельём, а также ездили за припасами в ближайшую деревню. Балидор позаботился о том, чтобы им очень хорошо платили за эту работу, отчасти потому, что сильно подозревал, что позже ему придётся их стереть.

Вэш не говорил об этом прямо, но Балидор понимал, почему круг тех, кто знал молодого видящего, должен был оставаться очень, очень узким — по крайней мере, до тех пор, пока не решится его дальнейшая судьба.

Скорее всего, это придётся хранить в тайне гораздо дольше.

Честно говоря, Балидор задавался вопросом, зачем они рассказали Новотны правду, несмотря на все договорённости с людьми.

Он знал, что для Вэша это, скорее всего, было вопросом Кодекса, этой проклятой монашеской честности, которая делала его тем, кем он был, и в то же время оставляла уязвимым перед существами, у которых было меньше чести и добрых намерений.

Но Вэш, похоже, также считал, что Новотны по-своему честен, даже если Балидору этот человек не нравился, и он не доверял тому, что тот чувствовал в его свете. Он полагал, что не имеет значения, нравится он ему или нет, если, как намекал Вэш, человеку можно доверять в том, что он сдержит своё слово.

Вэш, похоже, думал, что ему можно доверять… по крайней мере, в этом.

Балидор наблюдал, как Новотны поднимается по каменной лестнице, ведущей к парадной двери шале.

Когда он подошёл, за его руку ухватилась седовласая женщина небольшого роста, выглядевшая старше Тарси и Вэша. Балидор не узнал её, но, судя по сильным щитам на её свете, она, должно быть, видящая.

Он держался в стороне, пока Вэш играл в радушного хозяина.

После формального представления Балидор обнаружил, что стоит бок о бок с Тарси, своей старой наставницей и начальницей, которая также отошла в сторону, чтобы понаблюдать за общением Новотны и Вэша. Словно для того, чтобы завершить симметрию, старуха, которую Новотны привёл с собой, вместе с видящим-мужчиной, представленным только как «её помощник», тоже отошли в противоположный конец комнаты.

Новотны представил старуху как Ксарет.

Имя практически подтверждало, что она была видящей.

Теперь, когда они находились в помещении и Балидор мог наблюдать, как её свет взаимодействует с конструкциями, он уже не сомневался в этом. Тем не менее это была отрезвляющая мысль, ведь это означало, что ей было около семисот лет.

Щиты вокруг неё воняли мерзостью Дренгов и напомнили ему о щитах, которые он видел вокруг баз Повстанцев, как в горах, так и в других местах. Возможно, перед ним была та самая искусная инженер, о которой он размышлял, та, что создавала конструкции для защиты баз Повстанцев. По крайней мере, возможно, она была одной из них.

Кем бы она ни являлась, от её света его мутило.

Он предпочитал высокие, подвижные и головокружительно геометричные щиты Тарси, хотя и сквозь них ничего не было видно.

Мужчина-видящий, который был с ней, судя по всему, обладал рангом выше среднего и хорошей подготовкой, но больше в нём не было ничего примечательного.

Старая женщина, Ксарет, защищала их обоих щитами.

Установив эти факты о двух новоприбывших, Балидор сосредоточил основное внимание на самом Новотны.

Он сразу же увидел то, о чём говорил Вэш, когда впервые сказал Балидору, что в свете человека что-то «изменилось».

Балидор нахмурился, глядя на это.

Он заметил, что старуха прикрывает и его тоже, и не стал грубить, пытаясь пробиться сквозь щит, но всё же увидел достаточно, чтобы его охватило безумное любопытство.

Свет Новотны стал ярче.

Кроме того, он казался слишком структурированным, чтобы принадлежать чистокровному человеку.

И всё же что-то в нём не совсем походило на видящего.

Балидор постарался скрыть свои эмоции, но, судя по взглядам, которые бросала на него старуха, стоявшая в другом конце комнаты, его любопытство не осталось незамеченным.

Наклонившись ближе к своему старому другу, Балидор тихо спросил Тарси:

— Ты что-нибудь нашла? — спросил он. — Ты и Вэш. Вы нашли что-нибудь в исторических записях, что могло бы указывать на свет человека, претерпевший подобные изменения?

Тарси не ответила.

Когда Балидор увидел, что пожилая женщина в другом конце комнаты пристально смотрит на него во второй раз, он решил, что сейчас не время. Он опустошил свой разум и, в конце концов, увидел, как старая видящая, Ксарет, отвела взгляд.

Gaos, жёсткое, костлявое лицо этой видящей было так похоже на рептилию.

— Следи за манерами, брат Балидор, — мягко упрекнула Тарси.

На этот раз Балидор не ответил.

Он с усилием сосредоточился на танце между Новотны и Вэшем.

— …что это за сосуд? — теперь спрашивал Вэш.

Голос Вэша звучал, как всегда, безошибочно вежливо, но Балидор почувствовал, что его уши насторожились, уловив что-то в вопросе.

— Тот, что уже освободился, мистер Вэш, — сказал человек, и его собственный голос был на удивление серьёзным. — Мы бы не стали ради этого убивать видящего. Вы, само собой, должны это знать. Мы хотим, чтобы у этой проблемы был только один выход — практичный и гуманный.

— Он у вас уже есть? — брови Вэша поползли вверх. — В том транспортном средстве, на котором вы прибыли? Вы привезли с собой упомянутый сосуд?

— Да, — на этот раз ответила старуха Ксарет. — Это было необходимо, брат. Мы привезли его вместе с моим оборудованием. Нам нужен был генетически совместимый сосуд. Это самый простой способ добиться успеха.

«Генетически совместимый? — в замешательстве подумал Балидор. — Что это вообще значит?»

— И как часто происходил такой… — казалось, Вэш запнулся на этом слове. — …перенос? Вы уже успешно применяли этот процесс?

Балидор сомневался, что старик подыскивал слово не столько для того, чтобы подчеркнуть свой скептицизм по поводу этой процедуры, сколько для того, чтобы выразить своё отношение к ней.

Или, возможно, своё неодобрение.

Или, возможно, он имел в виду всё это вместе.

— Ни разу за процессом не наблюдали такие прославленные видящие, как вы, — проворковала старуха Ксарет с притворной скромностью. — Я уверена, что мы всё сделаем правильно, учитывая статность имеющихся в нашем распоряжении видящих.

Балидор не слышал ни слова от Тарси, стоявшей рядом с ним.