Рину пришлось вытаскивать оттуда силой, потому что пока я лишь мельком заглянула в помещение, он уже начал ковыряться когтем в замке ближайшего шкафа. К счастью, тот был надёжно заперт, а Рэвул помог мне вытащить своего не в меру любопытного брата обратно в коридор.
Дальше слева обнаружился просторный медицинский блок с тремя кушетками-койками. Надо сказать, стерильно чистый.
Следующее помещение со стороны коридора казалось ещё больше. Но обозреть его, не войдя внутрь, было невозможно, потому что там в глубине виднелись декоративные перегородки. Я уже занесла ногу, чтобы войти в туда и посмотреть, но Рину вдруг схватил меня поперёк талии и, на мгновение подняв в воздух, поставил между собой и Рэвулом.
Я попыталась возмутиться, но слишком уж серьёзным оказалось в тот момент его лицо.
— Оттуда несёт трупами, — напряжённо сказал он и посмотрел сначала на брата, потом на меня. — Старыми мумифицированными останками.
— Да, чувствую...
Рэв поморщился, отодвинул меня ещё дальше от двери и зачем-то достал из кобуры плазган.
— Спроси свою подругу, что там, — хрипло сказал он и осторожно шагнул внутрь, чтобы осмотреться.
— Катюша, что в этом помещении?
Над нашими головами весело, будто в издёвку, тренькнула балалайка.
— Помещение «Бэ-1» совмещает в себе комнату психологической разгрузки и кафетерий. В ней команда и гости нашего корабля могут выпить безалкогольные тонизирующие напитки, съесть сладости с низким содержанием сахара, развлечься самостоятельной готовкой несложных блюд, поиграть в настольные игры, посмотреть фильмы, послушать музыку, сыграть в настольный теннис…
— Достаточно! — буркнула я и тут же передала Рэву. — Кают-компания там, короче.
— Это не совсем верный вывод, капитан, — вклинилась Катюша. — Кают-компания находится…
— Катюша, хватит!
К счастью, на этот раз ИИ спорить не стала и просто умолкла на полуслове.
Рэвул кивнул нам, мол, ждите в коридоре, но я, понятное дело, слушать его не стала — достала плазган и пошла следом, предупредительно глянув на Рину, чтобы даже не думал протягивать ко мне руки и останавливать.
Киранец обречённо вздохнул и, тоже достав оружие, поплёлся в хвосте.
Рину был прав. Там воняло… но запах я почувствовала, только оказавшись внутри.
В большом помещении неправильной изогнутой формы, примерно метров двадцать пять на десять, было светло и… людно…
Первого члена экипажа я увидела, едва переступив порог — приняла за кучу тряпья. Но на самом деле это оказался женский силуэт в чёрно-сером комбинезоне, замерший на полу лицом вниз.
Одна из мумифицированных рук несчастной была вытянута в сторону двери, словно женщина из последних сил пыталась до неё дотянуться. От этого тела почти ничего не осталось. Только спутанная копна светло-рыжих волос на месте головы не позволяла усомниться в том, что перед нами действительно лежит человеческое тело, а не тряпьё, наброшенное на анатомический скелет.
Аналогичные тела были повсюду в этой комнате психологической разгрузки. Всего я насчитала восемь членов экипажа, превратившихся в обтянутые сморщенной коричневой кожей скелеты в лётной форме. Ещё двое лежали на полу, один свисал через подлокотник кресла, трое сидели вокруг стола, упав на него и под него, и один лежал возле кухонного блока, утопив одну руку в раковину, словно бы держался за неё.
Рэвул выставил вперёд ладонь, не позволив мне подойти ближе к тем, кто сидел за столом. Я же не успела возмутиться, потому что заговорил Рину.
— Карадла...Что-то мне это напоминает… — сказал он с отвращением, убрал оружие и прошёлся к тому телу, которое цеплялось за раковину. — Ну да. Очень знакомая картина. Эх… Бедолаги…
— Что ты видишь? — с тревогой спросила я у него. — Что здесь случилось?
Но Рину ответить не успел, потому что Катюша снова решила, что я говорю с ней.
— Вы наблюдаете последствия устранения биологической угрозы.
У меня волна ледяных мурашек по спине пробежала.
— Кем была устранена угроза?
— Мной, капитан, — бесхитростно сообщила Катюша, а у меня словно вены инеем покрылись. — Согласно пункту двадцать шесть, подпункт четвёртый, в случае невозможности установления характера и принципа действия биологической угрозы, мне надлежит изолировать помещения со всеми контактировавшими с источником угрозы лицами. После чего провести наблюдение, сформировать отчёт, прикрепить к нему вывод на основании отчёта и отправить всю созданную документацию в соответствующий отдел КаБэ «Верхов». После чего дождаться прихода полномочной комиссии. Либо, при отсутствии связи, по прошествии ста дней провести тотальную ликвидацию угрозы и полную дезинфекцию поражённой зоны, используя любые доступные мне средства.
Рэвул и Рину с напряжённым интересом смотрели на меня, когда же я передам им слова ИИ, а я даже пошевелиться не могла от осознания, что, по сути, разговариваю с убийцей легендарного экипажа «Гамаюна» и нахожусь на месте их последнего упокоения.
Я окинула взглядом иссохшие, замершие в болезненных позах тела.
Вот они все, герои моего детства… И не только моего. Неузнаваемые, затерянные в космосе…
Я знала их всех по именам и помнила лица по космо-карточкам. Мы все их собирали в детстве — эти карточки с портретами выдающихся офицеров Звёздного флота.
Капитан Лю Цы Синь, его старпом Гонсало Перес и младший помощник Тимофей Лыков, техники Алексей Виннер и Милош Драга, навигаторы Игорь Мишанин и Семён Пехов, … а та рыжая женщина у входа, видимо, Людмила Пряхина, главный судовой врач.
Кое-как собравшись с силами, я скомандовала:
— Вывод по отчёту!
И Катюша зачастила, заставляя меня всё шире и шире открывать глаза…
— В результате исследования установлено: экипаж погиб из-за ошибочной идентификации местных биоресурсов. Плоды, которые члены экипажа планировали употребить в пищу, оказались заражены местным видом паукообразных паразитов, которые проникли в их организмы при обработке этих плодов, вызвав смерть команды в результате множественных внутренних повреждений.
Я в ужасе закрыла руками рот, переводя взгляд с Рэвула на Рину и обратно.
— Исследования полученных мной образцов паразитов показали, что изоляция команды с последующей вакуумизацией помещения была единственным возможным способом защиты корабля от распространения заражения. И то, что данное решение привело к смерти всего экипажа, никоим образом не повлияло на наиболее вероятный финал развития этих событий. Рекомендации: включить информацию о паразитарном заражении местных плодов в базу опасных биоформ, запретить употребление местных плодов без экспертизы, усилить подготовку команд по биобезопасности.
И тут же добавила, но, к её чести, хоть не весёлым голосом, а с умеренно грустной интонацией:
— Желаете ли посмотреть видео последних часов жизни экипажа?
Часов? Часов?! Они что, мучались часами, запертые тут, и изнутри пожираемые этими гадкими существами?!
— Триптозёры с плодов дерева Бугок… — просипела я, зная, что не могу ошибаться.
Рину поджал губы и медленно кивнул.
А сверху над нами издевательски тренькнула балалайка.
— Благодарю за пополнение моего запаса терминов и самоназваний, капитан! — как ни в чём не бывало радостно сказала Катюша. — Я очень люблю узнавать что-то новое!
Это всё было словно какой-то сюр…
Рэвул подошёл сзади и осторожно положил руку на моё плечо.
— У них не было шансов, Ив. Они не знали. Мне жаль.
Я нахмурилась.
Вот что за напасть? Я ведь тоже едва не попала в ту же смертельную ловушку! Гуакамоле мне захотелось… Гуакамоле на чужой неисследованной планете! Вот бы что со мной стало, если бы не Рэвул и Рину! А я ещё смеялась над наивным отвращением последнего к паукообразным паразитам размером с мой мизинец.
Да вот только не смеяться надо было, а от всей души благодарить киранца за спасение. Он ведь мне действительно жизнь спас!
Вспомнив о том, как Рину, презрев страх и брезгливость, сбил с моей головы опасное насекомое, я вся передёрнулась.
