Элита академии Ашривер. Темные секреты - Фаст Валентина

– Я просто хотел его напугать, – отвечает Винсент, который никогда бы не стал поджигать медведя, пусть в тот момент ситуация и правда была, как говорится, на грани. – Вот почему за рулем ты. Чтобы я случайно не устроил пожар в лесу, а Ашер не вырывал деревья с корнем.

Я раздраженно закатываю глаза:

– Это было всего один раз.

– Ты пытался произвести впечатление на девушку. – Через зеркало заднего вида я вижу, как выгибается правая бровь Райли, прежде чем она снова фокусируется на дороге. – И за это тебя чуть не выгнали из академии.

– Хотя она того стоила. – Винсент смеется и подставляет мне ладонь. Я вяло даю ему пять.

– Боже мой, да что с тобой такое? – Эдвард поворачивается на сиденье, чтобы посмотреть на меня. – Мало девчонок подцепил на каникулах или почему у тебя такое настроение?

Райли шлепает Эдварда по руке, отчего тот начинает смеяться.

– Да что такого? Обычно он куда более расслаблен. А с тех пор как мы вернулись, ведет себя как-то странно. Это все еще из-за Эзры и Мэри? Я думал, за лето ты отпустил ситуацию.

И ведь он даже прав. Я и сам понимаю, насколько напряжен. Отчасти дело действительно в Эзре. Но в то же время и в Джейд, которая внезапно стала тусоваться с ним и от мыслей о которой я не могу избавиться, как бы ни хотел. Я качаю головой.

– Знаете что? Думаю, мне просто нужно немного отвлечься. Это наш год, и я хочу насладиться им по полной.

– Совсем скоро бразды правления будут в наших руках, – соглашается Винсент, и на этот раз я хлопаю по его поднятой руке с чуть большим энтузиазмом.

Настало время снова сосредоточиться на своей жизни.

Глава 5

Джейд

Моя первая неделя в академии прошла просто невероятно. Все однокурсники – отличные ребята. Преподаватели классные. Сама директриса встретила меня очень доброжелательно и ни словом не обмолвилась о том, что я попала в академию только благодаря связям.

Если я правильно оцениваю собственные силы, то с учебным материалом тоже справлюсь. И мне даже нравятся дополнительные дисциплины, пусть я и записалась только на те, где еще оставались свободные места. Я разбираю документы для мистера Лаваша, работаю над театральными платьями с Мариной на курсе по дизайну одежды и текстиля, участвую в хоре, а из-за травмы не могу заниматься спортом, но помогаю учителю физкультуры мистеру Оуэну тренировать новичков.

Моя жизнь могла бы быть идеальной. Если бы я не потеряла все. Если бы я не потеряла Райли. Она была моей семьей. Она и ее родители. В то время как мама всегда относилась ко мне как к подчиненной, они единственные в этом мире, кто видел меня по-настоящему. Но я не сдамся. Рано или поздно я встречу Райли без ее склизкого дружка, и тогда ей просто придется меня выслушать.

Эдвард солгал, и мы оба это знаем. Вот почему он прилип к ней как банный лист и не дает мне ни единого шанса застать кузину одну.

Знай я, чем закончится та летняя ночь, сразу же рассказала бы ей обо всем. Я бы убедилась, что у него не будет возможности разделить нас ложью. Но теперь уже слишком поздно, и придется как-то исправлять последствия катастрофы.

Впрочем, произойдет это точно не сегодня, потому что сейчас пятница, вторая половина дня, и у меня первый сдвоенный урок по дисциплине «Магия сирен – значение и ответственность». Марина не лукавила, говоря, что сирен не так уж и много. На этом курсе, например, всего двадцать. Что почти смешно, учитывая размеры академии.

Данного предмета я боялась сильнее всего, ведь он предназначен исключительно для сирен. Для таких же сверхъестественных существ, как и я. При одной только мысли о том, что они мгновенно заметят мою неспособность в должной степени держать свои силы под контролем, в горле образуется ком. Сидя в последнем ряду, я наблюдаю, как в зал уверенно входит мужчина. По пути к белой доске он пронзительно проходится взглядом по рядам и ненадолго задерживается на мне.

Меня пробирает ледяной холод, поскольку он смотрит на меня на чуть дольше, чем на других учеников – из них все без исключения старшекурсники. Он все узнает. Он поймет, что я самозванка.

Ты лгунья.

Но потом его взгляд движется дальше, и он кладет свою сумку на стол.

Я беззвучно выдыхаю и пытаюсь успокоиться.

– Вижу, у нас новенькая. – От его голоса я вздрагиваю, и все же, подняв глаза, уверенно встречаюсь с ним взглядом. – Почему бы вам не представиться? Имя, происхождение, класс. Мы все здесь как маленькая семья. В секретах нет нужды. Сирены должны держаться вместе, иначе мы закончим так же, как наши предки.

Все взгляды устремились на меня, а я еще пытаюсь уложить в голове информацию, которую он мне только что открыл. Что на сирен, очевидно, охотились и что небольшой размер потока – не случайность.

Прочищая горло, размышляю, следует ли встать или остаться на месте. Когда учитель опирается на стол со сложенными на груди руками, я выбираю второй вариант.

– Всем привет. – Я поворачиваю голову, оглядывая ничем не примечательную аудиторию, расположенную на нижнем этаже комплекса Corpus, и смотрю на других сирен. – Я Джейд Миттен. Мне восемнадцать лет, я первокурсница и только что переехала сюда из Штатов. Я сирена. – Господи, у меня даже вырывается неловкий смешок, и я быстро подавляю его, когда никто не реагирует. – Третий класс. Приятно со всеми познакомиться, – скороговоркой добавляю я, но сразу вижу изумление на их лицах.

Начинаются перешептывания, однако их тут же обрывает преподаватель.

– Третий класс, значит. – Оттолкнувшись от столешницы, он начинает прогуливаться по кабинету, сцепив руки за спиной. Причем прозвучала его фраза так, будто я вещь, а не дышащее существо. – Что ж, рад знакомству, мисс Миттен. Я мистер Фозергилл, тридцать восемь лет, сирена, второй класс. – Учитель останавливается в самом начале аудитории, и, хотя он даже не смотрит на меня, создается ощущение, что свои следующие слова он адресует только мне. – Пусть эта дисциплина и относится к дополнительным, на деле она, пожалуй, одна из самых важных в вашей программе обучения. Мы, сирены, оглядываясь назад, видим ужасную историю жажды власти и преследований. Наши предки использовали свою магию, чтобы причинять вред, и поплатились за это. На нас по сей день смотрят с подозрением, даже если это не имеет никакого отношения к нам лично. На нас лежит задача доказать обществу, что сирены могут использовать свои силы во благо. И то, что в нас есть сила, не означает, что мы ею пользуемся.

Каждое его слово – как удар. Ведь всю свою жизнь я только и делала, что манипулировала людьми с помощью своей магии.

– Скажите, мисс Миттен, вы уже поддавались искушению и использовали свою магию на человеке? – В его словах как будто что-то кроется, хотя он и старается казаться нейтральным.

Горло сжимается так сильно, что я едва могу дышать. Часть меня хочет солгать. Но я не могу. Потому что магические способности формируются в подростковом возрасте, а у меня они проявились гораздо раньше. Потому что эта маленькая деталь рано или поздно просочится. Потому что я знаю, что он не купится на ложь. Вот почему я коротко киваю, не в состоянии озвучить слова, которые изобличат меня как преступницу перед всем классом.

Вокруг нас воцаряется мертвая тишина.

Мистер Фозергилл тихонько фыркает – почти похоже на смех.

– Спасибо за вашу честность. Не бойтесь, это останется между нами. Ведь каждый из нас однажды поддавался подобному искушению.

Я с удивлением поднимаю голову, потому что никто ему не возражает. Теперь он улыбается, возвращаясь к столу.

– В каждом из нас есть сила. В ком-то больше, в ком-то меньше. Однако в конечном итоге самое главное – это то, что мы осознаем неправильность своих действий. Мы все несем ответственность. Потому что навязывать свою волю другому человеку – это неправильно. А именно это мы и делаем, когда накладываем на кого-то свою магию сирен. Вторгаемся в их сознание и подчиняем себе. – Его взгляд останавливается на мне. Настойчивый. Жесткий. Неумолимый.