– Правда? – Вскинув бровь, Ава бросает на дочь многозначительный взгляд, но ничего не говорит и снова смотрит на меня. – На самом деле я буду безмерно рада еще одним рабочим рукам. Что, если вы разделите обязанности между собой? Все равно в выходные у нас всегда хроническая нехватка персонала.
Марина тихо стонет:
– Да ладно тебе!
Ава невозмутимо щиплет дочь за щеку, словно четырехлетнего ребенка.
– В отличие от твоих сокурсников, мы не купаемся в деньгах. Зарабатывай свои карманные деньги или не заводи себе дорогих хобби.
– Не думаю, что чтение можно назвать дорогим хобби, – отвечает Марина и тут же поднимает руки, когда мама порывается возразить. – Да, ладно. Допустим, я немного пристрастилась к эксклюзивным изданиям. Но в целом – что скажешь? Ты только посмотри на Джейд, она же явно привлечет в заведение кучу клиентов.
– Что за оскорбительные фразы? – укоряет ее мать, после чего с загадочным видом наклоняется ко мне. – Насчет твоей внешности она, конечно, полностью права, но детей ведь надо учить не отзываться так поверхностно о других людях.
Я смеюсь. Просто не могу удержаться. С Авой невероятно приятно общаться, и сама идея о том, что она чья-то мать, кажется мне абсурдной. Эта женщина – полная противоположность моей мамы, которая всегда ставила мою внешность превыше всего остального.
– Хватит обо мне перешептываться, – с наигранным возмущением ругается Марина, наклоняясь к черной немецкой овчарке, которую я до этого не замечала, и зарываясь пальцами в ее шерсть. – Вот что такое настоящая невоспитанность.
Ава тут же поднимает обе руки в знак примирения:
– Ты права. Окей, как вам идея для начала чего-нибудь поесть? Марина, обслужи своих друзей. Джейд, мы с тобой скоро поболтаем. И, пожалуйста, скажи Коко, что ей нельзя находиться в зале. Ее место наверху, в квартире. – Она указывает на немецкую овчарку, после чего исчезает между столами.
Марина хихикает, глядя в мою сторону.
– А это Коко, моя собака. Мы с ней родственные души, точно тебе говорю. Обе готовы целый день прохлаждаться и есть. И не слушать маму. – Она наклоняется и что-то шепчет Коко на ухо, после чего собака тихонько поскуливает. Марина чешет ей голову, а затем Коко встает и трется мордой о джинсы Марины. – Я только отведу ее наверх, а потом займусь напитками, – произносит Марина и вместе с Коко исчезает на кухне.
Эзра направляется к нише рядом с баром, откуда видно половину зала, но сама она при этом скрыта за многочисленными растениями. Я следую за ним, а потом беру лежащее на столе заламинированное меню. Похоже, здесь найдется всего понемногу. Пицца. Сэндвичи. Бургеры. Завтраки. Коктейли.
– Итак. – Эзра поворачивается ко мне и непринужденно откидывается назад на стуле с зеленой обивкой. – Как долго, по-твоему, никто не будет замечать, что ты не проходила испытание?
Глава 6
Джейд
– Что?
– Ты меня слышала. – Эзра словно бросил бомбу. Ровно между нами. И она разорвалась с такой силой, что у меня на мгновение перехватывает дыхание. Его слова звучат так обыденно, как будто мы болтаем о погоде, а не о чем-то крайне незаконном.
У меня внутри все леденеет. Руки крепко сжимают меню, и я заставляю себя скорее его отпустить, после чего с озадаченной улыбкой заправляю прядь волос за ухо.
– О чем ты? – Он не может знать. Никак не может. Откуда ему знать?
Эзра выгибает бровь в своей типичной манере.
– Твоя магия беспорядочно выплескивается наружу. Такое, конечно, случается, но ты даже не можешь скрыть это, когда видишь других сверхъестественных существ. У тебя на лбу написано любопытство. Если бы ты проходила испытание в лагере, такого бы не было.
– Что за бред, – спокойным тоном отвечаю я. – Разумеется, я проходила испытание. Как, по-твоему, иначе я бы сюда попала? Просто я нервничаю. – Я смеюсь – причем даже слишком громко. Черт. Черт. Черт. – Как такое вообще возможно? Где-то продаются поддельные документы, так, что ли?
Еще до того, как слова успевают сорваться с языка, меня прошибает холодный пот. Более очевидной реакции просто нельзя себе представить.
– Конечно, – совершенно спокойно и с легкой улыбкой на серьезном лице откликается Эзра. – Для всего есть свой рынок. Но не волнуйся. Я тебя не выдам.
– Потому что нечего выдавать, – парирую я, и в этот момент к нам подходит Марина.
Эзра молчит, пока она ставит перед нами поднос и вручает коктейли. Как бы ни старалась этого не делать, я пристально смотрю на него, оценивая, что этот парень собирается предпринять дальше. Однако он откидывается на спинку стула, похоже, не желая втягивать Марину в наш разговор.
Необходимо как-то убедить его, что он ошибается. Но как? Проклятье, надо срочно что-нибудь придумать!
Марина, в свою очередь, даже не подозревает, что мысленно я сейчас бьюсь в истерике.
– Итак, виски сауэр [4] для Эзры и безалкогольная «Ипанема» [5] для тебя, потому что я не знаю, исполнилось ли тебе уже восемнадцать, – усмехнувшись, поясняет она и ставит такой же коктейль себе.
– Исполнилось несколько дней назад.
– Только не говори, что у тебя был день рождения, когда мы уже друг друга знали. – Она в шоке распахивает глаза и протягивает мне бокал. – Мы должны за это выпить! У тебя ведь даже не было вечеринки.
Я отмахиваюсь:
– И не надо. Итак, за… – начинаю я и медлю, прежде чем заставить себя снова улыбнуться. – За новую дружбу.
– И за твой день рождения!
– За дружбу и день рождения, – соглашается Эзра и чокается с нами, поймав мой взгляд.
В его глазах читается обещание, и по моему позвоночнику сразу же пробегает дрожь. Я почти уверена, что мне не понравится то, что последует дальше. Не важно, знает он правду или нет. Одной догадки достаточно, чтобы разрушить все, над чем я так усердно билась последние несколько недель. Эзра может уничтожить мою новую жизнь одним чертовым щелчком пальцев.
– Ну как, уже выбрали что-нибудь? – спрашивает Марина, сделав большой глоток.
Я нервно киваю и указываю на первое неплохо выглядящее блюдо. Эзра тоже делает заказ, и вскоре мы снова остаемся вдвоем.
– Итак, почему бы нам не пропустить эти танцы вокруг да около и не перейти сразу к веселью? – предлагает Эзра, заговорщически наклоняясь вперед, подпирает кулаком подбородок. – Мне нужна сирена, которая выполнит несколько заданий, а тебе нужны деньги. Потому что иначе ты бы не искала работу, не так ли?
– Звучит так, будто ты из мафии. – По крайней мере, он больше не поднимает тему моих документов и лагеря. Тем не менее нервы у меня все еще на пределе. – Что тебе от меня нужно?
– Скажем так, я кое-кому задолжал и нуждаюсь в твоей помощи. По-дружески.
Я пристально смотрю на него. Не может же он говорить всерьез.
– Ничего противозаконного, – обещает Эзра, чересчур самодовольно улыбаясь. – Просто несколько… ну… шалостей, как бы некоторые это назвали.
– Тогда к чему такая скрытность? – Он ведет себя так, будто все это совершенно несущественно, а у меня сердце грозит выпрыгнуть через горло.
– Потому что это должно остаться между нами. Нанимать других сверхъестественных существ считается полулегальным. Ну, вроде как зависит от обстоятельств, – добавляет Эзра, пожимая плечами.
Нанимать? Я подозрительно прищуриваюсь. Наверняка это какой-то хитроумный прием. Сначала он обвиняет меня в преступлении, а теперь реально предлагает работу? Этого просто не может быть.
– О чем именно идет речь?
– Узнаешь позже. Ну что, договорились? Я никому не рассказываю о твоем маленьком секрете и хорошо плачу тебе в обмен на то, что ты выполнишь для меня несколько дел?
Во мне поднимается отвращение, потому что он так это преподносит, будто у меня есть выбор.
– А Марина вообще в курсе, какой ты на самом деле? – Могу поспорить, что если бы знала, то никогда бы не стала с ним дружить.
