Пленница разбойников (ЛП) - Эванс Джейд Р.

В животе что-то сладко сворачивается, и это странное, но вовсе не неприятное чувство.

Мы защитим тебя.

— Тебе ясно? — повторяет он чуть мягче.

Теплая волна окончательно разливается внутри, и я позволяю ей это, изо всех сил стараясь не выдать себя выражением лица.

Потому что мне еще никто никогда такого не говорил.

Никому не было дела до того, в безопасности я или нет.

С тех самых пор, как погибли мои родители.

— Мне ясно, — говорю я.

— Вот и славно. — Роб едва заметно расслабляется. — А теперь…

— Погоди, — перебиваю я его. — А что я должна буду делать взамен?

Роб замирает, обдумывая вопрос.

— В каком смысле?

Мой мозг работает на бешеной скорости. Если мой отец и успел научить меня чему-то перед смертью, подарить одну непреложную истину об устройстве этого мира, так это тому, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

И если они собираются меня приютить, кормить и обеспечивать крышу над головой, я хочу сама обозначить условия своей части сделки.

Я молодая девчонка, одна против четверых мужиков, к тому же преступников. Я прекрасно понимаю, какое главное применение они могут мне найти, и я сделаю все, чтобы этого избежать.

— Взамен? — переспрашивает Роб.

— За то, что я останусь здесь, — поясняю я.

— Ты же не думаешь, что должна платить нам за аренду, гаечка? — со смешком вставляет Уилл. — На какие шиши?

Уж точно не из моего фонда на обучение, думаю я. Пока что нет.

— Нет, — отвечаю я. — Но я не собираюсь позволять четырем незнакомым мужчинам содержать меня в своем доме просто так. Я просто хочу, чтобы у нас не возникло никаких… недопониманий относительно моего присутствия здесь. И всего такого.

— Недопониманий? — Роб трет подбородок. Теперь и он выглядит откровенно забавляющимся. — Каких, например?

— Ну… сами понимаете. — Я переминаюсь с ноги на ногу, внезапно почувствовав себя неловко, хотя, как по мне, намек более чем прозрачный. — Я не собираюсь быть вашей… ну, э-э, домработницей или типа того.

— Разумеется, — соглашается Роб. — У нас уже есть прислуга. — Он делает несколько медленных, расчетливых шагов вокруг меня, словно хищник, выслеживающий добычу. — А что насчет «или типа того»? — подначивает он.

Чуть поодаль тихо хмыкает Уилл.

— Ну вы поняли, — выдавливаю я. — В общем… без всяких постельных дел.

Вот и все. Я это сказала. И по какой-то дурацкой, блядь, причине лицо мгновенно вспыхивает жарче, чем доменная печь¹⁶, едва слова срываются с губ.

— О, вот как? — Роб цокает языком. — Какая жалость.

— Как будто ты бы с нами управилась, — бормочет Уилл.

С нами. От этого множественного числа внутри меня прокатывается горячая волна, бьющая куда-то в самый низ живота. Я с трудом сглатываю и выпрямляюсь.

— Я просто хочу прояснить это на берегу, — чеканю я, вызывающе вскидывая голову. — Вы не будете делать из меня секс-рабыню или что вы там обычно делаете. Я знаю, как работают такие схемы. Сначала все бесплатно, да? А через неделю-другую вы потребуете плату, и принимать ее согласитесь только в одной форме. Так что я заявляю сразу: я хочу честно отрабатывать свое содержание, и пускай это будет нормальная работа.

Не знаю, какой реакции я ждала от Роба, но точно не… смеха.

— Что ж, быть по сему. — Он качает головой. — Не скажу, что мне не льстит твоя бурная фантазия. Ты весьма горячая штучка, Мэриан, уж прости за прямоту.

Я открываю рот, чтобы сказать, что вообще-то я против таких комплиментов — хотя в глубине души не уверена, что против, — но Роб продолжает:

— Но как я уже говорил, мне не нужна ревность. Я никогда не позволю женщине встать между нами. Верно, Скарлет?

— М-м? А, ну да. — Уилл упирается подбородком в кулак, буравя меня взглядом, а его губы кривятся в ухмылке. — И уж точно не без согласия самой Мэриан. — При этих словах он едва ли не закатывает глаза.

Ну и пошел ты нахер, мысленно огрызаюсь я.

— Итак, ты хочешь сама зарабатывать на хлеб, — резюмирует Роб. — Честно. И что ты предлагаешь? Потому что, как я уже сказал, горничные нам не нужны. А Тук готовит лучше, чем любой простой смертный мог бы мечтать.

Я мысленно возвращаюсь к моменту своего приезда, вспоминаю забитую машинами подъездную дорожку.

— Ваши тачки, — предлагаю я. — Нужно что-то починить?

На этих словах Уилл просто прыскает со смеху.

— Что смешного? — горячо возмущаюсь я. — Ты сам притащился ко мне в мастерскую, забыл? Ты прекрасно знаешь, на что я способна!

— Нет-нет, дело не в этом. — Уилл многозначительно ухмыляется Робу. — Дело скорее в том… а есть ли у Роба хоть одна машина, которая не требует ремонта?

Роб делает шаг в сторону Уилла и толкает его в плечо:

— Сам знаешь, сколько у меня было дел, ублюдок. — Он эффектным жестом смахивает волосы с глаз и смотрит на меня: — Идет. У меня целый автопарк, делай с тачками что хочешь, доводи до ума. Обязательно займись «Камаро», «Бэхой», «Мерсом»…

У меня буквально слюнки текут, пока он перечисляет свои игрушки. Пульс, который едва успел успокоиться после короткого упоминания секса, снова взлетает до небес, но теперь от мысли обо всех этих машиночках.

— Договорились, — быстро выпаливаю я.

— Вот и ладно. — Роб ослепительно улыбается и поворачивается к Уиллу: — Скарлет, ради всего святого. Она же совсем замерзла. Уведи ее в дом и покажи ее комнату.

— Без проблем, — выдыхает Уилл с явным облегчением от того, что этот цирк наконец закончился. — Пошли, гаечка. Время тебя отогреть.

Глава седьмая



Мы возвращаемся в дом, где Тук и Эл-Джей как раз заканчивают завтракать.

— Все путем? — спрашивает Тук, когда Уилл толкает кухонную дверь.

— Более-менее, — отзывается Уилл. — Сюрприз, однако.

— В смысле? — Эл-Джей вскидывает бровь.

— Она остается здесь, — объявляет Уилл. — Приказ Роба.

— Чего?! — Голос Эл-Джея так и сочится недовольством, причем далеко не дружелюбным. Весь его прежний хмурый юмор испаряется без следа.

— Меня что, плохо слышно? — огрызается Уилл. — Она остается. Видимо, он посчитал, что от нее будет какой-то прок. Я… понятия не имею, если честно. — Он косится на меня.

— Бабам здесь не место, — отрезает Эл-Джей.

— Да знаю я, — Уилл примирительно вскидывает руки. — Это его же правило. Но имеем то, что имеем, блядь, разве нет?

В кухне повисает тяжелая, удушливая тишина.

Наконец Эл-Джей резко поднимается, так что ножки стула с противным скрежетом режут кафельный пол.

— О боже, ну а теперь-то что? — вздыхает Уилл, глядя, как тот разворачивается, чтобы уйти.

— Поеду за ее гребаной тачкой, — рявкает Эл-Джей через плечо и скрывается в коридоре.

— Я… — Я чувствую себя полной дурой, провожая его взглядом. Где-то в глубине дома гремят шаги по лестнице, а затем хлопает далекая дверь. И все же плечи у меня немного расслабляются, совсем чуть-чуть. За всей этой суматохой я напрочь забыла о единственной ценной вещи, которая у меня осталась. — Он… правда поехал за «Мустангом»? — нерешительно уточняю я.

— Похоже на то, — кивает Уилл. — И надо признать, решение здравое. Было бы преступлением оставить такой экземпляр гнить в лесу.

— Она водит «Мустанг»? — в голосе Тука слышится искреннее восхищение.

— Видел бы ты его, — нехотя признает Уилл. — Состояние идеальное. Похоже, у девчонки золотые руки.

— Не такое уж оно и идеальное. Задний фонарь разбит. — Мои щеки обдает жаром. — И никакие они не золотые. Просто много тяжелого труда.

Уилл многозначительно переглядывается с Туком:

— По мне, так это одно и то же.

— Ты извини за Эл-Джея, — мягко вставляет Тук. — Он… просто не в духе по утрам.

— Вечно он драму устраивает, — Уилл трет виски. — Можно подумать, его заставляют делить с ней одну комнату.

— Ну, я не уверен, что он был бы против, — смущенно бормочет Тук, принимаясь разглядывать собственные ногти.