Валентинка Варвара (ЛП) - Диксон Руби

Джо-си хихикает и извивается под моей рукой, и из моего горла вырывается низкое рычание. Хочет ли она, чтобы ее снова взяли? Но тут Джоха икает и начинает бормотать свои бессмысленные звуки, показывая, что она проснулась и день должен начаться.

Мы обмениваемся разочарованными взглядами.

Я быстро целую свою пару.

— Оставайся в постели. Я приведу ее к тебе. — В ее глазах читается признательность, и Джо-си кормит нашу дочь, пока я хожу по хижине, готовясь к предстоящему дню. Когда наша дочь заканчивает, она выскальзывает из объятий моей пары и подходит ко мне, широко раскрыв объятия.

— Па-па-па!

Мне нравится, когда она зовет так меня. Я хватаю ее и подбрасываю в воздух, ее восторженные крики наполняют хижину.

— Правильно! Па-па. И ты проведешь этот день с па-па, моя малышка.

— Правда? — Джоси с трудом подавляет зевок, садясь на кровати. — Ты возьмешь ее с собой сегодня?

— Да. Я также заберу Жодена. Мы пойдем поищем трав, чтобы пополнить твои запасы чая, и проверим мои ловушки. Мы не уйдем далеко. — Я беру дочь на руки, и до меня сразу же доносится запах ее пеленок. Я поджимаю губы. — Но сначала тебе нужно переодеться, Джоха.

— Па-па! — радостно вскрикивает она.

Хорошо, что я всего лишь проверяю ловушки. Когда Джодха счастлива, она кричит почти так же громко, как Жоден. Я улыбаюсь и раскладываю ее пеленальный коврик, усаживая ее на него, чтобы переодеть свою извивающуюся дочь. Как только она вымыта и переодета, я достаю шлейку, которую использовал для переноски Жодена, пока он не стал слишком большим, и пристегиваю ее к груди, а затем сажаю дочку в сумку. Ее маленькие ножки свисают из двух отверстий для ног, и она от возбуждения дергается и брыкается.

— Ты уверен? — спрашивает Джо-си, поднимаясь на ноги. Она подходит ко мне и поправляет одежду Джохи, затем надевает на ноги дочери защитные меховые сапожки, чтобы защитить от холода. — Оба комплекта могут помешать тебе.

— Я уверен, — говорю я ей и наклоняюсь для поцелуя. — Тебе нужно немного отдохнуть. Мы сегодня поздно ляжем спать.

— О?

Мои глаза светятся обещанием.

— Будем щекотаться.

Она хихикает, а потом и Джоха тоже хихикает, и хижина наполняется счастьем.

***

Сам-мер в восторге, когда я прихожу за Жоденом. Ее глаза загораются, и она помогает ему быстро одеться, в то время как Варрек смотрит на это с удивлением.

— Моя пара еще не совсем готова стать матерью трех энергичных мальчиков, — признается он, с нежностью глядя на Сам-мер.

— Жодена хватит на любого, не говоря уже о двух других мальчиках. — Я подхожу к сыну и помогаю ему надеть ботинки, а затем беру его за руку. — Пойдем. Мы идем на охоту.

— Ура! — кричит он, и бедняжка Сам-мер морщится. Нам придется подумать о том, чтобы кто-нибудь другой присмотрел за нашим сыном вместо нас, потому что я намерен регулярно проводить время наедине со своей женой. Я не понимал, как сильно она в этом нуждалась.

Жоден полон энергии и мчится по дорожке к подъемнику. Он без умолку болтает, рассказывая мне о том, как провел вечер, как они с Масеном и Ролланом жарили семечки и допоздна рассказывали истории Сам-мер и Варреку. Он рассказал мне, что у Масена есть ручная птичка, и он научил ее приносить вещи и приходить, когда он ее зовет. Я не знаю, правда ли это, но мой сын впечатлен. Он продолжает говорить, говорить и говорить, пока мы поднимаемся на подъемнике, а затем направляемся по тропинкам. Я вижу покрытые коркой следы других людей, которые прошли по этой тропинке сегодня утром, и наблюдаю, как Жоден перепрыгивает со следа на след.

— Па-па! — говорит Джоха, протягивая руку и радостно поглаживая меня по подбородку. — Па-па!

— Правильно, — говорю я ей, улыбаясь. Она улыбается мне в ответ, обнажая один маленький зубик на нижней десне, и мое сердце сжимается, потому что это улыбка Джо-си. Я смотрю на своего сына, который бежит впереди. — Жоден, иди сюда.

— Я проверяю ловушки, папа! — зовет он.

Я указываю на место рядом с собой.

— Иди сюда.

Он издает разочарованный звук и топает обратно ко мне, изображая детское разочарование.

— Но я хочу посмотреть, что мы поймали!

— И мы посмотрим. Но сначала мы должны поговорить о важных вещах для охотников.

Это привлекает его внимание. Он подходит ко мне с нескрываемым любопытством в глазах.

— Что это за важные вещи?

Я беру его за руку в перчатке, и мы идем.

— Тебе нужно быть осторожнее с тем, что ты говоришь маме. Она очень беспокоится о тебе и комплектах. И о твоей сестре Джохе, и о комплекте в ее животе. Это заставляет ее волноваться.

— Беспокоится так же, как мисс Ари-а-на?

Я прочищаю горло, потому что беспокойство моей пары отличается от беспокойства хрупкой пары Золайи.

— По-другому.

— Почему она беспокоится?

— Она беспокоится, что ее недостаточно для нас. Что мы несчастливы.

— В последнее время ты не щекотал маму, — говорит он мне. — Значит ли это, что ты недоволен?

Я решаю быть тактичным.

— Мы с мамой щекочем друг друга, но делаем это очень тихо. И тебе не следует подслушивать. Это время взрослых, когда мы сидим за ширмой и кутаемся в меха. Ты понимаешь?

Он поднимает на меня серьезный взгляд.

— Вчера я слышал, как Мэ-ди и Хассен щекотались, а они даже не были в своих мехах.

Я хмыкаю и делаю мысленную пометку поговорить с Хассеном.

— Мы с твоей мамой гораздо спокойнее, чем они. Но мы все равно счастливы. — Я сжимаю его руку. — Ничто не приносит мне больше радости, чем твоя мама. Без нее я лишь наполовину охотник. Ты понимаешь? Твоя мама нужна мне, как воздух в легких.

Жоден кивает.

— Мама особенная.

Я улыбаюсь ему.

— Очень, очень особенная.

— Я думаю, что она лучшая мама в деревне, — говорит он, понижая голос до шепота.

— Я тоже так думаю, но мы должны сохранить это в секрете между нами. — Я прикладываю палец к губам, и Джоха тут же берет меня за руку. Вместо этого я отдаю ей одну из своих кос, чтобы она могла дергать за нее сколько душе угодно.

Жодену нравится идея хранить тайну. Он расплывается в улыбке, его маленький хвостик подрагивает из стороны в сторону. Ему приятно осознавать, что у него самая лучшая мама, и я практически вижу, как его юный разум взвешивает, стоит ли ему сообщать об этом остальным. После долгой паузы он снова поднимает на меня взгляд.

— На какие травы мы сегодня охотимся? Те, с красными цветами, что были в прошлый раз?

Я удивлен, что мой сын вспомнил.

— Ты становишься большим охотником, если можешь вспомнить такие вещи, Жоден. Я рад. — Он улыбается мне, и я думаю о нашей проблеме с Жоденом, который каждую ночь забирается к нам в постель. — Ты намочил постель прошлой ночью в хижине Сам-мер и Варрека?

— Нет! — Он выглядит довольным собой.

Ммм. Это интересно. Интересно, делает ли он это, чтобы у него был повод спать с нами. Мне придется рассказать об этом Джо-си.

— Это очень хорошо, — говорю я ему, и мне в голову приходит идея. — Ты вырос в сильного охотника. Возможно… возможно, тебе пора обзавестись охотничьей кроватью, а не подстилкой для комплекта.

Его глаза округляются.

— Значит, я могу стать охотником?

— Чтобы ты мог научиться быть таким, — поправляю я. Он все еще маленький, мой сын, и не важно, как сильно он хочет поскорее вырасти. — Если мы сделаем тебе большую охотничью кровать, ты будешь спать в ней? Это значит, что ты не сможешь спать с мамой и папой. Большие охотники так не поступают.

Жоден вне себя от волнения.

— Я хочу большую охотничью кровать!

— Хорошо. — Я очень рад такому повороту событий. — Очень хорошо.

МЭДДИ

Я счастливо прижимаюсь к широкой груди моего большого варвара и испускаю вздох чистого удовольствия. Это была потрясающая ночь, которую я не собираюсь забывать в ближайшее время.