Кровь над светлой гаванью (ЛП) - Ванг М.Л.

— Простите, мадам, но если вы, волшебники, уже закончили с… тем что это было, можно я вернусь к своей работе?

— Конечно. — Сионе стало неловко за бедного уборщика, втянутого в эту сцену — да еще и в качестве инструмента шутки. Может, насмешки были адресованы ей, но самой шуткой был Томми. Ей хотелось надеяться, что жестокий подтекст не дошел до его простодушного квенского сознания, но, глядя на его лицо, она понимала, что дошел. Она узнавала взгляд стыда, когда видела его.

— Мадам? — Его угрюмое выражение немного смягчилось. — Вы в порядке?

— Да, — и теперь Сиона чувствовала себя вдвойне неловко от того, что даже уборщик беспокоится за нее. Неужели боль действительно так явно читалась на ее лице? — Да, все хорошо. Можете идти. Простите, что задержала.

Квен смотрел на нее еще секунду с трудно читаемым выражением, затем направился к двери. Но когда его пальцы коснулись ручки, Сиону пронзила ужасная картина, как остальные волшебники начинают насмехаться над ним, стоит ему выйти в коридор… а может, даже вернутся, чтобы снова издеваться над ней.

— Вообще-то… — Она положила руку на дверь, как раз в тот момент, когда он дотронулся до ручки. — Подождите.

Он замер, настороженно.

— Вам что-то еще нужно, мадам?

— Да. То есть… нет. Не совсем. Просто… побудьте здесь минуту, пожалуйста.

— Почему, мадам? Будете держать меня тут вечно, делая вид, что их шутка вас не задела?

— Простите?! — Сиона должна была спросить, откуда у него такая дерзость. Но вместо этого с ее губ сорвалось: — С чего вы взяли, что меня это вообще задело?

Одна медная бровь скептически приподнялась.

— Я просто хотела сказать… — А что она хотела сказать? Господи, они стояли довольно близко, не так ли? От него пахло мылом и травами, что было странно для Квена, учитывая репутацию его народа как нечистоплотных. Хотя, он же проводит целый день за уборкой. Работа, может, и не самая интеллектуальная, но разве работа ассистента волшебника особенно сложна? Сиона сама проходила стажировку ассистенткой в пятнадцать лет — по большей части это была точная реализация указаний. Может…

— Может, вы могли бы остаться.

Квен напрягся, явно нервничая, хотя Сиона не могла понять, почему.

— Мадам? — произнес он тихо. — Будет ли это уместно?

— Нет ничего неуместного в том, чтобы выполнять указания верховного волшебника. Ренторн велел вам остаться и помогать мне с исследованием, так что думаю, вы должны это сделать.

Зимние глаза Томми поднялись к Сионе, его рука все еще лежала на ручке, лоб нахмурился в непонимании… Нет, это была не растерянность. Это была злость. Он скрывал ее под своей непроницаемой квенской внешностью, но она там была.

— Ваши коллеги уже посмеялись. Вы показали, что можете это вынести. Что вы еще пытаетесь доказать, продолжая издеваться надо мной?

— Я не издеваюсь, — возразила Сиона, хотя тут же поняла, что не дала Томми ни единого повода поверить в это. Квены ведь даже не учились в университете — только в ремесленных школах. Да, это действительно выглядело как насмешка — впустить одного из них в лабораторию верховной волшебницы. Но если бы Сиона строго следовала традициям, она бы не оказалась здесь тоже. — Я серьезно.

Он не выглядел убежденным.

— Быть ассистентом волшебника исследователя не так уж и сложно, — продолжила она. — Я знаю. Я была ассистенткой у многих волшебников в разных лабораториях. В основном это просто подчиняться указаниям. Вы же Квен, верно? Вы знаете, как это делать?

Незаметное движение челюстью.

— Да, мадам. Я знаю, как подчиняться указаниям.

— Тогда вы приняты.

Злость в лице Томми исчезла. Теперь он просто смотрел на нее, будто она сошла с ума.

— Я не подхожу по квалификации.

Ну, Джеррин Мордра тоже не подходит, мысленно фыркнула Сиона, а посмотрите, как важно расхаживает в своих белых мантиях.

— Вы хорошо говорите на тиранском, — сказала она. — Вы можете на нем читать?

— Да, мадам.

— Тогда этого вся необходимая квалификация. — Может, для помощи другому волшебнику и нет, но Сиона не обычный волшебник. Всю жизнь она взваливала на себя больше тяжестей, чем ее сверстники — буквально, если вспомнить экзамен. Почему сейчас должно быть иначе?

— Ассистенты других волшебников — лучшие студенты Университета, — сказал Томми. — Разве не это уровень необходимой квалификации?

— Только если Вы работаете с тем, кто хочет, чтобы за него делали половину работы.

— Когда я говорю, что умею читать на тиранском, я имею в виду, что читаю очень медленно. Меня учил начальник на прежней работе, хотел, чтобы я вел учет. Но я ни дня в школе не учился. Я не думаю, что соответствую вашим требованиям.

— Все с Вами будет в порядке. — Уверенность Сионы, возможно, была преувеличенной. Но ей все больше нравилась идея обернуть шутку в свою пользу. Вот тогда Ренторн точно поймет, что ее не так-то просто задеть. Более того, это покажет всем здесь, что ей не нужны поблажки или особые условия, чтобы добиться успеха.

— Если Вы так считаете, мадам, тогда я в вашем распоряжении, — сказал Томми. — Только…

— Что?

— У меня уже есть работа в этом здании.

— О. — Сиона об этом не подумала. Она прикусила губу, прежде чем ее осенила восхитительная мысль: — Ну, думаю, теперь это проблема Клеона Ренторна.

Томми слегка склонил голову в вопросе.

— Он отвечает за этот этаж. Значит, за персонал тоже, верно?

— Да, мадам. Точнее, распределением занимается офисный управляющий, но окончательное слово за Верховным Волшебником Ренторном.

— Ну, все же слышали, как он повысил вас до моего ассистента, поздравляю. — Она протянула руку. — Я буду рада с Вами работать.

Серые глаза Томми скользнули к ее протянутой руке и задержались на ней на мгновение, прежде чем он пожал ее. И Фейрн свидетель — Сиона думала, что знает, что такое мозолистые руки! У тети Винни они были вечно потрескавшиеся от стирки, у Альбы — покрытые мозолями от работы с механизмами. Но жать руку Томми было как сжимать теплый камень.

— Так. — Сиона поняла, что держала его руку чуть дольше, чем было прилично. — Эм… — Она поспешно убрала руку и повернулась к коробкам, которые ей доставили из старого кабинета в Третеллинхолле. Большинство книг из ее личной коллекции были доступны и в библиотеке, что находилась буквально в соседней комнате от этих лабораторий картографии, но библиотечные экземпляры не содержали прошедших лет ее заметок на полях. — Это все, что я с собой принесла. Мне нужно, чтобы все было расставлено на полки по алфавиту.

— Да, мадам. — Опустившись на колени, Томми открыл коробку, достал книгу и провел большим пальцем по корешку. Подержав ее немного в руках, он посмотрел на Сиону, и та с неловкостью поняла, что все это время в упор за ним наблюдала, пытаясь понять, действительно ли он умеет читать.

Сделать вид, что она не смотрела, было уже поздно, поэтому она скрестила руки и подняла подбородок:

— Проблема?

— Просто вопрос, мадам.

— Какой?

— По алфавиту, по названию или по автору?

— По автору, пожалуйста. А, но перед тем, как начнете, вот. — Сиона поставила корзину с выпечкой на ближайший пустой стол. — Возьмите маффин. Или даже четыре.

— А Вы не думаете, что ваши коллеги тоже захотят?

— Уверена, что захотят. Поэтому они все для вас.

Не желая больше взаимодействовать с другими верховными волшебниками, Сиона продержалась в кабинете столько, сколько позволял ее мочевой пузырь. Только когда ей наконец понадобился туалет, она вышла из кабинета и с удивлением обнаружила, что его здесь попросту нет. Не для нее. На этом этаже до нее работали только мужчины. Возможно, стоило бы разозлиться, но, если честно, было почти облегчением спуститься на третий этаж, где за каждым углом не подстерегал новый коллега.

Закончив с делами, она решила не возвращаться в лабораторию по главной лестнице, а пройти через библиотеку. Библиотека была единственным залом в здании Верховного Магистериума, который мог соперничать с Леонхоллом по размерам: настоящий слоеный пирог из мезонинов, где каждый уровень требовал отдельного допуска. За годы работы научным волшебником Сиона узнала нижние девяносто процентов библиотеки лучше, чем собственный жилой квартал. Но теперь она имела право подняться по тем самым ступеням, на которые раньше смотрела с вожделением, на самый верхний уровень. Турникеты мягко щелкнули, распознав ее застежку верховной волшебницы, и впустили ее между стеллажами.