Выбор божества (СИ) - Перова Ксения

Питер невольно улыбнулся. Интересно, она по-прежнему любит самбуку? Он вдруг понял, что соскучился по девушке и с удовольствием повидался бы с ней. Да только найти ее не проще, чем Фэлри.

Внезапно среди матового металла что-то стеклянно блеснуло. Питер наклонился, ухватил предмет за уголок и потащил на себя. С десяток сосудов грохнулось на пол и покатилось с металлическим лязгом, и, хотя Башня пустовала, внутри у Питера все сжалось. Наконец все стихло, а у него в руках оказалась прозрачная пластина размером не больше книжной обложки — точно такая же была у Фэлри, пока Тайрон не растоптал ее в припадке ярости.

Питер знал, что это — устаревшая модель гало-экрана, а точнее, это вообще не гало-экран, а просто интерфейс, управляемый прикосновением, а не жестами или мыслью. Инза все пеняла Фэлри на то, что он пользуется «старьем». Сама она носила специальный пояс, который генерировал гало-экран — а это, видимо, ее прежняя «игрушка».

Питер вернулся в зал, уселся на первое подскочившее к нему кресло и внимательно рассмотрел находку. Прозрачная пластина держалась на узкой серебристой полосе металла с несколькими индикаторами и крохотными плоскими кнопками, покрытыми слоем липкой темной грязи.

Питер наугад нажал несколько кнопок, и пластина замерцала слабым голубоватым светом. Посередине высветился прямоугольник с непонятными символами. Питер жал на него и так, и этак, тот мигал, но упорно оставался на месте. Похоже, здесь как раз и установлен пароль, чтобы никто, кроме Инзы, не смог воспользоваться пластиной.

Питер разочарованно вздохнул и вытер пот со лба. Снова тупик, а он только обрадовался, что сейчас сможет запустить экран и понять, где находятся пресловутые «новости»!

Вздохнул еще раз, аккуратно положил пластину на соседнее кресло. Возбуждение от находки угасло, с новой силой навалились голод и усталость. Питер вернулся в комнату Инзы и, с сомнением осмотрев пищевые капсулы, рискнул проглотить пару штук. Даже если они старые, вряд ли испортились настолько, что ими можно отравиться. Инза говорила, что там и портиться-то нечему, сплошная химия.

Чувство голода действительно почти сразу исчезло, и теперь лишь невыносимая усталость буквально пригибала Питера к полу. Он притащился обратно в зал, мысленно велел Бо и Милли сдвинуться и повалился на импровизированное ложе. Уткнулся лицом в то место, где еще сохранялся аромат Фэлри, с трудом удерживаясь от того, чтобы коснуться его губами. Целовать морфо-кресло все же очень странно; будь это обычная мебель, может, и ничего, а так…

Жив, он жив, и я его найду, промелькнула последняя мысль в угасающем сознании, и Питер уснул каменным сном полностью выложившегося человека.

Проспал — по собственным ощущениям — минут этак пять. А потом кто-то бесцеремонно подергал его за плечо и произнес знакомым голосом:

— Эй, спящая красавица! Ты что тут забыл, ну-ка, объясни!

Питер подпрыгнул и спросонья начал махать кулаками — к счастью, собеседник оказался весьма ловким и вовремя отпрыгнул, повторяя:

— Без рук, только без рук! Это я.

Питер протер глаза и тут же радостно вскочил на ноги.

— Инза!

— Никаких обнимашек! — строго предупредила девушка, но темные глаза ее смеялись. — Для тисканья у тебя Полуликий есть, как я подозреваю!

Она совершенно не изменилась — тот же ярко-рыжий, почти красный ежик волос, улыбка до ушей и нахальство. Инза явно поправилась и уже не казалась вымотанной, как во времена работы Наблюдателем Башни — неудивительно, если учесть, что тогда она еще и училась. Стандартную сегийскую одежду сменили куртка и штаны очень красивого, густо-карминного цвета с серебристыми узорами на плечах и спине.

— Ты как сюда попал, чудо природы? Ага! — Инза подняла с пола пластину и погрозила Питеру пальцем. — Вот, значит, кто в мой аккаунт ломился на ночь глядя! Ну рассказывай, чего еще приключилось.

Питер рассказал. Инза выслушала его молча, все сильнее хмуря темные брови, и, когда он закончил, хлопнула себя по бедрам.

— Я так и знала, здесь что-то нечисто! Но народишко так разошелся после гибели тех ребят за Барьером… кое-кто предлагал вещи и похуже, чем смерть от силового поля.

— Значит, надо рассказать всю правду, как и хотел Фэлри! — воскликнул Питер. — Помоги мне добраться до тех людей в гало-экране, и тогда Барьер остановят!

Инза резким движением взъерошила свой огненный ежик.

— Не все так просто — у тебя нет доказательств.

— Но я был там в момент «нападения»!

— Это твое слово против слов девушки, что осталась в живых. А она говорит, на них напали без всяких причин — так оно и есть. Ее слова в подтверждении не нуждаются, есть тела погибших, записи и прочее. А вот чем ты докажешь, что на разум этих ребят было оказано давление?

Питер, кусая губы, ходил взад-вперед по залу, но ничего не мог придумать. Инза в задумчивости постучала ногтями по пластине.

— Надо раздобыть хотя бы один такой приборчик. Вот если бы с нами был Полули… то есть Мелл Фэлри… кстати, ты дал ему имя, у вас все настолько серьезно? Поздравляю!

— Д-дал, еще два года назад, — растерянно промолвил Питер, — просто не хотел называть его Полуликим. Это что-то означает?

— О да! — Инза мечтательно улыбнулась. — Тайное имя, распущенные волосы — это все их, эр-лановские прелюдии… ну ты понимаешь, к чему.

Питер покраснел и отвел взгляд.

— Э-э-э… ну, мы пока только целовались.

— И все⁈ — ахнула Инза. — Божечки-кошечки, да ты жестокий мальчишка, оказывается!

— Почему это я жестокий⁈ — возмутился Питер, краснея еще гуще.

Инза плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу, демонстрируя высокие и невероятно элегантные серебристые сапожки.

— Да потому что — сам подумай! — Мелл Фэлри уже за сорок, а он в жизни ни разу не трахался, вот просто зуб даю и жеппу подставляю! — Она прыснула со смеху при виде выражения лица Питера. — Его, наверное, разрывает уже, а ты его за ручку держишь, целуешь и дальше ни-ни. Эр-ланы, знаешь ли, тоже люди, хотя по виду и не скажешь.

— Я… ты… — Питер не знал, куда и деваться от смущения. — Давай все-таки вернемся к проблеме спасения миллионов людей от гибели, ладно?

— Ладно, — согласилась Инза, — только миллионов там уже нет. Хорошо если один миллион наберется — так передавали сегодня утром.

Питер застыл — ужас словно прилип к телу отвратительной влажной простыней. Инза поднялась.

— Мне очень жаль. Давай поторопимся, тогда успеем спасти хоть кого-то.

— Да, надо спешить, — медленно, словно приходя в себя после удара, произнес Питер, — с чего начнем?

— Полетим ко мне, — предложила Инза, — здесь я ничего не смогу, а дома у меня… ну сам увидишь. Конечно, если только эр-ланы не полные дураки — а это точно нет, — они уже уничтожили все генераторы поля, которые несли на себе сеги-разведчики. Но, быть может, нам и повезет. Нужен-то всего один-единственный генератор — и партия наша!

«Это не игра! — чуть не заорал Питер. — Прямо сейчас умирают люди, это, Темный тебя забери, не игра!»

Но Инза взялась помогать, без нее он ничего не сможет — ни спасти свой мир, ни разузнать, что же случилось с Фэлри. Так что волей-неволей приходилось простить ей некоторую долю цинизма.

Они вышли на платформу подъемника, и утреннее солнце радостно ударило в лицо Питеру. Он поморщился — от недосыпа глаза резало, точно туда попал песок.

— Ты прилетела на флаере?

— Охота заморачиваться! — фыркнула Инза. — Да сюда, небось, и маршрута уже нет — Башни-то закрыты.

Она одной рукой заблокировала дверь, а второй провела над металлическим поясом, охватывавшем ее талию. Питер думал, это какая-то новая модель гало-экрана, и когда за спиной девушки вспыхнули и развернулись два сияющих бирюзой полотнища, ахнул.

— У тебя тоже есть такой пояс⁈

— У меня! — фыркнула Инза. — Спроси лучше, у кого его нет!

Она легко оттолкнулась от платформы и взмыла в небо, полное остывающей голубизны позднего лета. Питер не мешкая последовал за ней.