Наследие (ЛП) - Эндрюс Илона

В этот момент мне показалось, что всех этих лет терапии, физических упражнений и перестройки реакций моего мозга просто не было. Я умираю? Эта светящаяся штука в моей голове разъедает меня, как рак? Ни один врач не сможет извлечь её из меня. Не существует лечения для того, что это, чёрт возьми, такое. Женщина назвала меня своей дочерью. Превратит ли этот драгоценный камень меня в кого-то вроде неё? Что, если я больше не человек? Что, если я вернусь к вратам, а они не позволят мне вернуться на Землю?

Меня охватила тревога. Я не могла говорить, не могла пошевелиться, я просто стояла и отчаянно пыталась понять, что происходит с моим телом. Моё дыхание, мои боли и ломота в теле, странное покалывание в пальцах. Я слышала собственное сердцебиение. Оно было быстрым и таким громким…

Холодный нос ткнулся мне в руку.

Я всё ещё не могла пошевелиться.

Мишка уткнулась мордой мне в пальцы и боднула меня. Я почувствовала, как ее шерсть скользит по моей руке.

Бам. Бам.

Я медленно выдохнула. Воздух вырвался из моих лёгких, словно его там что-то сдерживало. Я сглотнула, присела и обняла Мишку. Постепенно стук моего сердца стал тише.

Да, я менялась. Нет, я не могла это контролировать и не знала, кем стану в конце этого процесса. Но я становилась сильнее. На полу пещеры лежали три трупа сталкеров. Я это сделала.

Я погладила Мишку, выпрямилась, подошла к ближайшему мохнатому телу и напряглась. Шестьдесят пять килограмм. Я схватила сталкера за передние лапы и оторвала его от земли. Моё плечо протестующе заныло. Я стиснула зубы от боли.

Я держала в руках шестьдесят пять килограмм мёртвого веса. Он не лежал у меня на спине, нет, я держала его перед собой.

Интересно…

Я развернулась и швырнула труп. Сталкер отлетел и приземлился на пол пещеры. Я вскрикнула от боли в плече и схватилась за него. Ладно, момент был не из приятных.

Труп сталкера лежал в трёх метрах от меня. Я бросила шестьдесят пять килограмм на расстояние в три метра. Две недели назад я использовала блин отягощения весом в двадцать килограмм для приседаний со штангой над головой в тренажёрном зале КМО, потому что кто-то занял тренажёр Смита, а мне было трудно удерживать штангу неподвижно в течение десяти повторений.

— Мы больше не в Канзасе, Мишка.

Мишка посмотрела на меня, подошла к трупу, который я бросила, и укусила его.

— Не волнуйся. Он мёртв. Ты лучшая, Мишка, ты знаешь?

Где-то в лабиринте туннелей завыло какое-то существо. Мы не могли здесь оставаться. Нам нужно было продолжать путь.

Я достала антибактериальный гель, намазала им кровоточащее плечо, приняла четыре таблетки «Мотина» и повернулась к Мишке.

— Ладно, девочка, давай обработаем твои боевые раны.

***

С МИШКОЙ ЧТО-ТО БЫЛО НЕ ТАК.

Мы прорубали себе путь через туннели сталкеров. Наш путь был усеян трупами, и мы только что убили пятнадцатого зверя. Легче не становилось, совсем нет. Я так устала, что едва могла двигаться. Всё тело болело, боль распространялась по мышцам, как болезнь, высасывая мои новые силы и замедляя меня.

Мишка снова споткнулась. Сначала я подумала, что она устала, но перед последним боем мы отдохнули несколько минут, и это совсем не помогло. Я уберегала ее от серьезных травм. Ее один раз поцарапали и укусили, но укус был неглубоким, так что дело вряд ли в потере крови.

Мишка заскулила и упала.

О, Боже.

Я опустилась перед ней на колени.

— Что не так?

Овчарка подняла на меня озадаченный, но доверчивый взгляд.

Я напряглась, сосредоточившись на её теле и направив на неё всю свою силу. Что это? Потеря крови, инфекция…

Слабые очертания тела Мишки светились бледно-сине-зелёным, но больше я ничего не видела. Мне нужно было копнуть глубже. Я сосредоточила силу в тонком скальпеле и с его помощью прорезала поверхностное свечение.

Оно сопротивлялось.

Я надавила сильнее.

Сильнее!

Свечение погасло, разделившись по вертикали на разноцветные слои, и, прежде чем я успела остановиться, я пробила верхний из них. Это было похоже на падение сквозь пол на нижний уровень.

На этом более низком уровне тело Мишка засветилось тёмно-синим, который окутал её нервы, кровеносные сосуды и органы. Раньше я не могла этого делать, но сейчас это не имело значения.

Токсин. Она была им пропитана. Я видела, как крошечные частицы, словно смертоносные блёстки, вспыхивали всё ярче, пока распространялись по её телу. Мне нужно было найти источник. Это был укус сталкера? Нет, концентрация яда там была не такой высокой. Тогда что это было? Где концентрация была максимальной?

Её лёгкие. Эти чёртовы блёстки пропитали её лёгкие, проникая в кровь с каждым вдохом. Мне нужно было проникнуть глубже. Я надавила изо всех сил. Раньше это было всё равно, что пытаться разрезать стекло. Теперь это было всё равно, что пробивать твёрдый камень, и я долбила его.

Верхний слой синего свечения потрескался, обнажив под собой синий цвет немного другого оттенка. Я била по нему снова и снова, сосредоточившись на блеске и используя всю свою силу воли.

Крошечные точки превратились в сферы. Что это, чёрт возьми, было?

Я надавила на свечение, пытаясь увеличить его. Сферы стали более чёткими. Они не были идеально круглыми, у них было четыре выступающих лепестка, усеянных шипами.

Что вы такое? Откуда вы взялись?

Перед глазами вспыхнуло белое пятно. Это длилось всего мгновение, но я поняла, что упёрлась в стену. Дальше я не продвинусь. Мне придётся работать на этом уровне.

Я моргнула, пытаясь снова сфокусировать взгляд.

Мои бёдра светились синим.

Я резко вскинула руки. Блестящие частицы кружились на моих руках и пальцах. Эта пыль, эта субстанция была и во мне, и я не могла понять, что это такое.

Мы оба были заражены, и оно убивало нас.

От паники меня бросило в холодный пот. Мне хотелось разорвать себе ноги и просто выдавить из себя блёстки.

Мишка тихо заскулила, как щенок.

Я теряла её. Она доверяла мне, шла за мной, сражалась вместе со мной, а теперь умирала.

— Ты не можешь умереть, Мишка. Держись. Пожалуйста, держись ради меня.

Мишка лизнула мою руку.

Меня охватило желание закричать во весь голос. Вопли не помогут. Если бы я только могла определить, что это за яд.

Почему я не могла его идентифицировать? Может быть, потому что он был внутри нас и стал частью нас? Или я была недостаточно сильна, чтобы отличить его от нашей крови? Он появился в лёгких, значит, мы его вдохнули.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, прикрыв лицо руками.

Вот оно! Следы смертоносного блеска. Я сосредоточилась на них. Четырёхлепестковые колючие соцветия кружатся, кружатся… Что-то внутри меня откликнулось, и я увидела в своём сознании смутный образ. Лиловые цветы. Мы отравились их пыльцой.

Я напряглась ещё сильнее и направила талант на пыльцу. Крошечные крупинки сложились в моей голове в многослойную картину, и верхний слой показал, насколько она токсична…

О, Боже.

У нас почти не осталось времени. Нам нужно было противоядие. Сейчас.

Я напряглась, пытаясь достучаться до той силы, что была во мне — той самой, что показала мне цепкую руку и дала название сталкерам. Она не ответила.

Пожалуйста. Пожалуйста, помоги мне.

Ничего.

Мы умрем прямо здесь, в этом туннеле. Я знала это, я могла представить, как я обнимаю Мишку, как мы обе становимся холодными…

Нет. Должен был быть какой-то выход. Мы проделали весь этот путь не для того, чтобы сдаться и умереть. Мы не для того убивали и сражались со всеми этими чёртовыми сталкерами, чтобы…

Сталкеры. Сталкеры пошли к озеру попить. Цветы росли по всему берегу, но сталкеры погибли, потому что их разорвал на части озёрный дракон. Цветы не отравили их.

Я вскочила на ноги и подбежала к ближайшему трупу. Талант потянулся к нему и схватил его. На шерсти и морде была пыльца, а в лёгких — едва заметное пятно, но больше нигде ничего не было. В крови не было и следа. У них был иммунитет.