Потом кожу стало холодить…
— Будет больно, — словно что-то незначительное добавила Мирана. — Я забыла предупредить…
Не успела я удивленно уставиться на нее, как по телу прокатилась легкая судорога.
Приятная прохлада сменилась легким жжением…
А потом… потом начался ад — кожу жгло с невероятной силой, а судороги каждую секунду сводили мышцы.
Позже, когда мне стало легче я попыталась предположить аналог земного нейротоксина с похожими свойствами, но не придумала ничего.
Приступ боли нарастал все сильнее и сильнее, но, к счастью, был непродолжительным.
В пиковый момент я, кажется, даже потеряла сознание, но быстро пришла в себя.
Мирана склонилась надо мной, заботливо держа мою голову в своих длинных теплых ладонях.
От нее исходил легкий мускусный аромат, а огромные глаза освещали лицо искренней тревогой за меня.
Пока я приходила в себя от болевого шока в добрых заботливых руках Мираны, она успела рассказать мне немного о том, что вообще происходит.
Наш звездолет захватили космические пираты — иклинги. Они грабят отдаленные поселения или нападают на космические корабли, находящиеся без должной защиты.
Их основное ремесло — захватить побольше пленников, чтобы продать на невольничьих рынках, по типу Тарнариса.
Они злобные, жестокие и алчные. Ненавидят все живое и друг друга.
Землян удается похитить не часто, а уж женщин-девственниц — тем более.
Среди ценителей такие землянки — уникальная экзотическая игрушка для плотских утех.
Мирана еще успела шепнуть, что цветение — особенный аромат, который издают все самки во Вселенной и улавливают все самцы.
У девственниц-землянок аромат настолько сильный и особенный, что привлекает многих самцов, так что на меня был бы огромный спрос на невольничьем рынке, если бы я не втерла кровь Та-а-ли — так называется раса Мираны.
Больше она ничего не успела рассказать, так как дверь отсека поднялась и нас вытащили наружу.
Длинная вереница рабынь потянулась через выпускной шлюз по аппарели наружу.
Нас быстро загрузили в грузовой трак — я даже планету не успела толком разглядеть.
Удивилась только, что могу свободно дышать и находиться без скафандра в неизвестной мне атмосфере.
— Это все твой вит-чип, — прошептала Мирана, указывая на висок, куда мне вживили устройство. — Не пытайся бежать или что-то вроде — они тебя сразу найдут…
Мы ехали в удушливой тесноте — стояли так плотно друг к другу, что я едва могла вдохнуть спертого воздуха.
Пот струился по телу, вызывая болезненные ожоги в тех местах, где была втерта кровь Мираны.
Когда нас привезли на невольничий рынок я даже вздохнула с облегчением, когда нас вывели из трака, ведь от тесноты начинала терять сознание.
Сухой ветер с красноватой пылью разметал мои светлые волосы.
Тело пробил озноб — снаружи оказалось холоднее, чем я могла подумать.
Несколько ярких светил, напоминающих размерами мое земное солнце освещали желтоватым светом все вокруг.
Рынок представлял из себя белоснежные округлые платформы, парящие на небольшой высоте в воздухе.
Большую часть пленниц, вместе с Мираной отправили на одну большую платформу и выстроили в ряд, а меня с парой других существ — на платформу повыше.
Мне не хотелось расставаться с Мираной и было очень страшно.
Внизу под нами бродили сотни диковинных существ, которые подходили, осматривали пленниц и с позволения иклингов даже щупали — как заинтересовавшую вещь на рынке.
Рядом с нами на платформу встал сам Гри-о-Лок и принялся зазывать покупателей.
На моих подруг по несчастью быстро нашлись покупатели, и вскоре на платформе я осталась одна.
Холодный ветер трепал мои волосы, а свет чужих солнц слепил глаза.
На меня тоже быстро нашлись охотники, но Гри-о-Лока не устраивала цена и он раз за разом продолжал кричать:
— Девственница! Девственница! Самка человека!
Я затравлено озираюсь кругом, не находя ни одной привычной моему сознанию вещи, ни одного силуэта похожего на человеческий.
Даже о судьбе своего экипажа я ничего не знаю и не вижу их среди «товара».
Вдруг до меня доносится чей-то зловещий ледяной голос, который пробирает до костей:
— С-с-емля-янка-а… ка-а-ак… ф-а-ан-я-яет. Ха-ащ-щ-у-у… с-с-ебе…
Я оглядываюсь и застываю от ужаса: у платформы стоит огромное существо чем-то похожее на отвратительный гибрид слизня и медузы, с огромными пульсирующими щупальцами и плотоядно смотрит на меня большими желтыми глазами…
Глава 3
— С-с-сколько… — шелестит отвратительная тварь, приближаясь к платформе.
В ужасе я отшатываюсь, но Гри-о-Лок хватает меня за волосы и рывком ставит на колени.
От боли я вскрикиваю и вижу, как хищно сужаются глаза акцептиона.
— Это очень ценная землянка, — отвечает Гри-о-Лок с важным видом. — Девственница…
— С-с-сколько…
— Многие уважаемые покупатели хотят себя такую. Белая нежная кожа, звонкий голос…
— С-с-сколько… — нетерпеливо трясет щупальцами акцептион, и его глаза наливаются злобой.
Мысль о том, что меня могу отдать этому мерзкому созданию просто парализует волю.
Сердце стучит, отдавая пульсацией в виски.
Я затравлено оглядываюсь кругом и…
Натыкаюсь на твердый взгляд серых глаз.
— Человек! — хочется завопить от радости.
Но от ужаса я не могу открыть рта.
На меня смотрит высокий широкоплечий мужчина внешне и правда очень похожий на человека, только гораздо выше ростом.
Мощнее.
Широкие плечи обтянуты защитным костюмом небесно-голубого цвета.
Под костюмом отчетливо проступают хорошо развитые мышцы.
Строгое суровое лицо красиво по-мужски, а спокойный взгляд светло-серых глаз, кажется, забирается глубоко под кожу.
Желваки на резко очерченном лице перекатываются, когда он переводит взгляд с меня на акцептиона и обратно.
— За нее мне предлагают сто кредов, — доносится до меня как сквозь толщу воды голос Гри-о-Лока.
— И-и-де-е-т… — свистит нетерпеливо акцептион.
Но он недооценивает жадность пирата.
— Но я не отдам ее и за… пятьсот!
Акцептион издает визг, который напоминает скрип металла по стеклу, и они начинают торговаться.
С медлительной грацией огромной хищной кошки незнакомец рассекает толпу и подходит ближе к нашей платформе.
В его взгляде нет сочувствия, только холодный лишенный теплых эмоций интерес.
— Тебя тоже заинтересовала человечка? — Гри-о-Лок расплывается в лживой улыбке при виде еще одного потенциального покупателя.
Я же не могу сдержать себя и с надеждой смотрю на светловолосого красавца.
Он внимательно всматривается в меня, будто пытается что-то разглядеть.
Его взгляд скользит по моему лицу, телу в изорванном комбинезоне и… я чувствую, как меня накрывает горячая волна от этого изучающего взгляда.
Краснею и невольно опускаю глаза.
Низ живота наливается приятной тяжестью, а соски твердеют.
«Только бы он не заметил!» — мелькает мысль, которая сейчас почему-то кажется очень важной.
— Нет, — отвечает незнакомец низким бархатистым голосом. — Она меня не интересует.
Я вспыхиваю, словно меня оскорбляют его слова, и вскидываю горделиво голову.
Акцептион удовлетворенно шелестит своими щупальцами и соглашается с ценой Гри-о-Лока.
— Продана! Можешь забирать ее, — довольный сделкой скалится пират.
Меня накрывает волна паники.
Акцептион тянет ко мне блестящие щупальца, покрытые мельчайшими белесыми волосками.
Повинуясь инстинкту, я вскакиваю на ноги.
— Ты пойдешь с ним, — шипит Гри-о-Лок и крепко держит меня за волосы.
Я бьюсь, как пойманная в сети рыбка, и пытаюсь вырваться, но Гри-о-Лок гораздо сильнее меня.
Он неожиданно бьет меня наотмашь по лицу с такой силой, что кровь из разбитой губы алыми брызгами разлетается вокруг.
А я, не удержавшись лечу с платформы вниз.
Падение с высоты метров четырех грозит мне серьезными переломами, но рефлексы незнакомца поражают быстротой.
