Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Ци Тан

Пролог. Принцесса, отдавшая жизнь за родину

Сказители историй в чайных, за плечами которых уже немало лет опыта, вероятно, слышали о давнем событии, что произошло в столице царства Вэй шестьдесят семь лет назад.

Что тогда случилось на самом деле, уже никто не сможет рассказать. Но в любой версии пересказа этой истории, какой бы разной ни была последовательность происходящих событий, ее суть и причинно-следственная связь остаются неизменными.

Все произошло согласно закону кармы. Правитель царства Вэй ранее прогневил царство Чэнь, а четыре года спустя его правитель воспользовался удобным случаем – наследник Чэнь, Су Юй, возглавил военный поход против обидчиков. Его армия прорвалась прямо к столице Вэй и в одночасье сокрушила их войско. Ослабевший царствующий дом предпочел сдаться и подчиниться, однако младшая принцесса Е Чжэнь наотрез отказалась с этим соглашаться.

Облачившись в свои лучшие одеяния, она поднялась на крепостную стену столицы, где публично выразила свое недовольство правителем и всеми войсками. Совершив три поклона [3] в сторону царского дворца, она бросилась вниз со стены высотой в сотню чжан [4], принеся себя в жертву во имя страны.

Историки, описывая эти события, назвали их легендой, а правитель следующей династии, пролистывая летописи, собственноручно оставил на полях пометку о том, что принцесса Вэй, Е Чжэнь, показала миру последнюю крупицу достоинства своего царства. Она была настоящей героиней.

Прошло шестьдесят семь лет. За это время династия Чао пережила множество расцветов и падений. События тех дней уже канули в Лету, но простой народ вспоминает об этой истории как о чем-то удивительном и легендарном. Самопожертвование Е Чжэнь, некогда потрясшее народ, не устояло перед безжалостным временем. Стоило святости и величию того поступка померкнуть, как народная молва обратилась к романтической истории, чья притягательность оказалась сильнее. Как и в войне между царствами Чэнь и Вэй, больше всего людское сознание будоражила не сама битва, а та смутная и запутанная история между принцессой и наследным принцем царства Чэнь – Су Юем. Хотя никто доподлинно не знает, случилась ли она взаправду.

В исторических хрониках династии о связи Су Юя и Е Чжэнь написано крайне мало – лишь беглые упоминания да несколько незначительных эпизодов. Говорят, что наследный принц Чэнь в то время, когда принимал капитуляцию царства Вэй во дворце, получил из рук правителя передававшуюся по наследству яшмовую печать и спросил его:

– Ходят слухи, что принцесса Вэньчан – первая талантливая девушка на нашем веку, которая искусна во всем: в игре на цине [5], в сянци [6], каллиграфии и живописи. Особенно хорошо ей удаются пейзажи гор и рек. Господин некогда сравнивал ее с этой яшмовой печатью. Не знаю, удостоюсь ли я сегодня такой чести – пригласить принцессу написать для меня пейзаж на веере…

Принцесса Вэньчан – это титул Е Чжэнь, павшей смертью за свою родину, а означает он «преуспевающая в литературе и добродетели».

Исторические хроники хранят об этих событиях лишь отрывочные упоминания. Те, кто знал все подробности, давно обратились в прах за шестьдесят семь лет, пронесшихся в водовороте времени. Так и оказалась почти полностью сокрыта пылью времен эта трагическая и легендарная история. Хотя народные предания и существуют, они всего лишь тени, и их достоверность остается под сомнением. Однако если бы мы захотели по-настоящему разобраться в этой истории, нам пришлось бы вернуться к той весне шестьдесят семь лет назад.

Пролог. Гибель страны

В ту весну шестьдесят семь лет назад в Цзянбэе была сильная засуха, и в течение полугода Небесный владыка не даровал даже капли дождя. Царство Вэй, одно из княжеств Великой империи Чао, хоть и располагалось на берегу реки Дуань, но воды простому люду едва хватало, чтобы сделать глоток. Посевы урожая, целиком и полностью зависящие от этой переменчивой погоды, погибали от засухи. Всего за два сезона царство поглотила разруха; повсюду лежали трупы людей, умерших от голода, и общее положение дел стало крайне удручающим.

Большую часть жизни правитель Вэй вел себя так, будто потерял остатки разума. Но под влиянием обрушившегося на страну стихийного бедствия он впервые осознал свои ошибки и поспешил отдать приказ открыть зернохранилища во всех подчиненных ему землях, чтобы помочь народу. Хотя правитель будто бы за один вечер превратился в мудрого и справедливого, его многолетние накопившиеся злоупотребления и пороки нельзя было искоренить в одночасье. Приказы об открытии складов и раздаче зерна передавались один за другим. Государственные склады открывались, зерно раздавалось, однако из десяти тысяч даней зерна, прошедших через множество рук, к народу доходила лишь жалкая миска каши. Люди с нетерпением ждали свою долю от властей, но никто не думал, что в итоге им достанется лишь ложка жидкой похлебки, неспособная утолить голод.

Осознавая, что спасения нет, средства к существованию иссякают, народ только и мог, что взяться за оружие и поднять восстание. Восставшие не хотят завоевать признание правителя и народа. Восставшие хотят, чтобы правитель ответил за свою безнравственность, которой разгневал Небеса. Усмирить небожителей просто, стоит всего-то свергнуть с трона тирана, который оказался недостоин власти, данной ему свыше.

Слухи о начавшемся бунте разнеслись со скоростью света и в скором времени достигли столицы. Монарх, трусливо спрятавшись от мятежа во внутренних покоях, срочно созвал всех своих министров для обсуждения дальнейших действий. Придворные же, в свою очередь, прекрасно знали, что говорить, чтобы попасть в милость к господину. Похвали, скажи, какой он мудрый, – не так уж и много обязанностей.

И только один новый чиновник, унаследовавший от своего отца чин шуцзиши [7], еще не был достаточно опытен и честно сказал:

– Говорят, в школе Цинъян, что находится на горе Яньхуэй, есть учитель Хуэй И – великий мудрец. Если мы сможем уговорить его спуститься, возможно, он поможет придумать хороший план, который позволит нам избежать кровопролития.

Школа Цинъян – это школа при дворе Вэй, молящаяся за благополучие страны и защищающая его судьбу. Нынешним главой был Хуэй И.

В год, когда судьба царства Вэй висела на волоске, государь отправил к Хуэй И гонца с мольбой о помощи. Но именно в ту ночь восьмидесятидвухлетний старейшина испустил свой последний вздох. Перед смертью Хуэй И оставил парчовый мешочек, а в нем – один лист белой бумаги, на котором девятью иероглифами было написано простое, прямолинейное изречение: «Едва союз будет заключен, великая беда грядет с Востока». Бережно держа этот мешочек в руках, правитель просидел с ним без сна всю ночь. Слуга, полночи дремавший за его дверью, слышал, как из покоев доносился тихий плач.

Все случилось в точности так, как и предрекал Хуэй И. Едва минуло девятое число девятого лунного месяца, царство Чэнь, находящееся по соседству, под надуманным предлогом вторглось в Вэй. И вот одна из причин: накануне происходящих событий вассальные княжества заключили союз, и во время охоты правитель Вэй, намеренно натянув лук, выстрелил так, что стрела задела край одежды князя Чэнь, тем самым открыто проявив неуважение к его достоинству и унизив все его царство. Стотысячная армия прошлась по землям Вэй как ураган, практически не встретив сопротивления на своем пути. Менее чем за два месяца они уже разместили войска рядом со столицей обидчиков.

Вся империя смотрела на это противостояние как на шутку. Несколько легкомысленных советников при дворе правителя Чэнь за его спиной даже делали ставки, пытаясь угадать, сколько еще сможет продержаться этот невежественный старый правитель Вэй. Наследный принц Чэнь, Су Юй, в этот момент как раз проходил мимо, обмахиваясь веером, и поставил на кон подвеску из белого нефрита, сказав: