Мир без вуали (СИ) - Верескова Дарья

Глава 11. Твоя зависимость от Вигорра Ардора пройдёт

— Я видел вас во время поединка, — произнёс Каллен по пути в Красную башню.

Я едва смотрела на него, постоянно думая о том, что происходит там, на площади… И после. Когда начнётся поединок.

Объективно — у Таррена против них мало шансов, и против лорда Таггерта, и против Роя. У каждого из остальных по нескольку жён, которые будут принимать на себя удары. У них проведён полный ритуал, и Таррен, если хочет удержаться у власти, должен совершить его как можно скорее.

— Вы слышали меня?

— Что?

— Я говорил, что видел вас во время поединка Роя Феррела и Гвайрра Элда. Почему в вашем браке настолько неравные отношения?

— Я не понимаю, как это тебя касается и какое тебе до этого дело, — опешила я.

— Это несправедливо… по отношению к вам. Дракарры не имеют права пренебрегать только одной женой. Они должны держать хотя бы двух… вдали от своего тела. Или же относиться ко всем одинаково, чтобы боль распределялась равномерно.

Слова Октавии, сказанные мне во время поединка, теперь обрели гораздо больше смысла. Получается, близость с Роем служит неким индикатором того, насколько он ценит жену. И чем чаще или чем недавнее это происходило, тем больше она защищена.

— А старшие жёны?

— На них боль не распространяется никогда.

Удобно… Впрочем, Эллен это не касается — она на самом деле не старшая жена. Получается, если бы я переспала с Роем, именно она стала бы получать боль? У них-то секса не было с самого начала похода, насколько я помнила. Или учитывается также какой-то период времени и количество?

— Я не думаю, что Рой знает об этих правилах, — уклончиво ответила я.

Каллен-то думает, что мы с Роем разделили близость в карете, а значит, считает, что с другими жёнами он спит гораздо чаще. Но как тогда он объясняет себе отсутствие четвёртой жены? По крайней мере, я тут, и если он верит, что Эллен старшая — разве это не означает что по его логике Катарина получала бы все удары?

— Как это возможно? Дракарров с рождения учат относиться к жёнам справедливо, потому что те не только принимают боль, но и отказываются от своего будущего…

— В Астралисе нет многоженства. Род Феррел всегда принимал в семью только одну жену, в случае Роя — Эллен. Ещё три у него появились гораздо позже.

В ответ Каллен посмотрел на меня так, будто я произнесла какое-то святотатство. Впрочем, я и без того знала, что он очень… верующий. Может, он сын духовницы Элисанджелы?

— Если Его Величество проиграет, вас вернут из башни. И другие дракарры не будут чувствовать себя настолько обязанными вам, насколько король, — он выплюнул это почти с ненавистью.

Почему-то Каллен видел во мне угрозу.

— Ты хоть знаешь, что я сделала для него? — зашипела я.

Это я освободила любимых драконов Каллена, это я вернула Таррену власть. Это я тащила короля на себе сутками, после того, как сама чуть не умерла. А сейчас меня презирает практически весь дворец, считая неверной, нелюбимой женой, которая не уважает традиции Вермитура и постоянно устраивает скандалы.

***

В покои Исабо я не поднималась — летела. Целесте в моей голове бесконечно выдавала статистику — каковы шансы Таррена победить каждого из присутствующих дракарров. В отличие от моих ограниченных способностей, она каким-то образом запомнила имена их всех и даже многих их жён — старших и любимых.

Сны… Именно в том сне, первом, что прошёл без контроля Таррена, я увидела её тайник. Там она могла спрятать… Что?

Что бы это ни было — она отчаянно боялась, что тайник обнаружат.

Тайник я заметила не сразу. Он был скрыт за искусно выделанной панелью из тёмного дерева, которая на первый взгляд ничем не отличалась от остальной отделки покоев — такой была вся стена за кроватью.

Здесь всё ещё оставались следы разрухи после моей битвы с Целесте, но искусственный интеллект никак не комментировала их, делая вид, что ничего не случилось.

А мне… всегда стоило помнить, что она может предать меня в любой момент.

Я провела пальцем по выпуклой отделке, понимая, что скрыть разрез за ней гораздо легче, чем на гладкой стене. Так и оказалось — я чувствовала, что поверхность здесь совсем немного поддаётся и даже кажется холоднее.

— Позволь мне, — произнесла в моей голове Целесте, и я только кивнула.

Она сразу разобралась, как открыть тайник — что-то простучала, что-то прощупала, ногтями до боли забралась за выступы, и в итоге раздался щелчок. Панель размером в три на четыре ладони отошла в сторону, а я потрясла правой рукой, сжимая и разжимая пальцы.

— Ты можешь предупреждать, когда собираешься меня калечить? — пробурчала я.

— Времени на согласование может не хватить. Даёшь ли ты мне право на автономные действия в случае угрозы при условии, что результатом не станут необратимые повреждения или твоя смерть?

Э-э…

— Давай вернёмся к этому разговору позже.

Вообще-то я знала, что Целесте находит моему телу применение, на которое я сама не способна. Она могла прыгать с большей высоты или бежать быстрее, ломая барьеры, которые, по её убеждению, были связаны лишь с желанием человечества защитить себя и не испытывать организм до последнего предела. И конечно, раньше, когда она калечила мою левую руку, ей не было дела до моей боли — она планировала устроить своеобразный конец мира, если придётся.

В тайнике не оказалось ни оружия, ни приборов, как я и ожидала. Там лежало лишь несколько свитков, пачки писем и ещё один медицинский чемоданчик, похожий на тот, что я обнаружила ранее. Я почти не сомневалась, что эти письма и были тем, что Исабо так тщательно скрывала от остальных — особенно от Вигорра.

Развернув их, я не сразу поняла, с кем она переписывалась. Похоже, это был какой-то учёный, и судя по его словам, он когда-то проживал в Вермитуре. И исследовал драконов.

«Мы до сих пор не установили, почему драконы неизменно выбирают мужчин. Возможно, причина в том, что они физически сильнее женщин, или же им необходим определенный уровень тестостерона. Энергетическая структура, пронизывающая всё живое в этом мире, по-разному воспринимается и транслируется мужчинами и женщинами — и в этой разнице биоэлектрического резонанса может крыться ответ».

Ответных писем Исабо я не видела. Они, видимо, остались у того самого учёного, который всегда подписывался только двумя инициалами — «Л.К.». Но я могла представить, о чём она спрашивала, по ответам мужчины.

«На Тигарден-f не зафиксировано ни одного случая естественного вылупления. Исходная популяция прибыла в зрелом состоянии вместе с яйцом, однако за триста лет наблюдений мы не выявили признаков эмбриогенеза. Возможно, спектральные характеристики местного солнца не обеспечивают необходимый температурный режим для инкубации. Не исключено отсутствие специфического катализатора в атмосфере. Также рассматривается версия об изменении морфологии скорлупы. Под воздействием местных экологических факторов произошло аномальное уплотнение».

«Правительство полагает, что ты сможешь приблизиться к объекту и инициировать связь. На основе длительного анализа дракарров мы разработали протокол. Твой организм будет временно транслировать те же биофизические показатели, что и у Вигорра Ардора, которого мы считаем наиболее предпочтительным для драконов образцом. Вторым по соответствию следует его сын, Таррен Ардор. Тебе будет достаточно выполнить микропунктуру скорлупы и ввести подготовленный комплекс составов, чтобы установить связь с объектом в яйце и получить доступ к их объединённому сознанию».

Я видела еще сотни писем в тайнике и поняла, что в этой стопке случайно обнаружила то, о чём не могла даже помыслить.

Исабо… пыталась стать дракарром?

«Это в твоих же интересах. Энергия не может поглощать и быть поглощённой одновременно, а значит, твоя физиологическая зависимость от Вигорра Ардора пройдёт. Ты сама говорила, что готова на всё ради этого».