Новый порядок (ЛП) - Харпер Хелен

У неё отвисает челюсть.

— Что? Это нечестно! Я сильнее, чем он. Он выпил кровь через несколько часов после своего обращения. Я продержалась гораздо дольше.

— Я знаю, Бет, — мягко говорю я, — но я могу быть уверена, что он никому не проболтается о том, что я делаю, — прежде чем она успевает возразить, я добавляю: — Не то чтобы я тебе не доверяла. Конечно, я тебе доверяю. Но ты же Монсеррат.

— Он тоже.

— Да, но ты не страдаешь от действия заклинания, которое заставляет тебя делать всё, что тебе говорят. Тебе также запрещено выходить.

— А Мэтту разрешено?

— Шансы Мэтта выжить в качестве вампира невелики. Он не может делать то, что делаешь ты. И хотя ты правда сильнее, он выглядит сильным.

— Он каждый день проводит по пять часов в спортзале.

— Люди верят в то, что видят. Даже если то, что они видят — ложь.

— Я не могу поверить, что Лорд Монсеррат нарушает свои собственные законы не только ради тебя, но и ради Мэтта.

Я бросаю взгляд на крест.

— Ветры перемен.

— И не обязательно хорошие.

Я не возражаю; если оставить в стороне мою собственную ситуацию, Бет, возможно, права.

— Послушай, мне нужно, чтобы ты оказала мне услугу, когда я буду выходить с Мэттом.

— Возможно, у меня не хватит сил.

— Бет…

— Хорошо. Но только потому, что ты мне нравишься. К тому же ты невысокого роста. Рядом с тобой я выгляжу как амазонская воительница.

Я фыркаю.

— Это только благодаря твоим туфлям.

Она улыбается.

— Думаю, Урсус втайне жаждет заполучить их себе.

Я пытаюсь — и безуспешно — представить себе крупного старшего вампира в роли трансвестита. Мы переглядываемся и хихикаем.

— Что мне нужно сделать?

— Просто отвлеки его, чтобы мы с Мэттом могли уйти, — мне не нужно уточнять, кого я имею в виду, Бет понимает. Я не могу смириться с тем, что Майкл передумает из-за одного горящего креста.

— Хорошо. Но ты будешь у меня в долгу за эту хрень.

— Я внесу это в свою бухгалтерскую книгу, — я благодарно улыбаюсь.

— Бо?

— Да?

— Будь осторожна, — говорит она. — Ты же не хочешь стать ещё одной статистической единицей.

Я киваю.

— Спасибо, Бет.

* * *

— Это так волнительно! — кричит Мэтт мне в ухо, когда мы, наконец, отъезжаем от особняка.

— Похищение людей — это не волнительно. Мы не в кино, Мэтт. Тебе нужно быть серьёзнее.

— Что?

— Я сказала, тебе нужно быть серьёзнее.

— О, — он на мгновение замолкает, а затем снова кричит. — Финансовые рынки быстро восстанавливаются, тебе не кажется?

— Мэтт?

— Да, Бо?

— Заткнись.

Я набираю скорость и выезжаю из-за угла, высматривая любого, кто мог совершить нападение на Семью Монсеррат. Если только я не обгоню человека с крестом и канистрой, то вряд ли добьюсь успеха, но я всё равно пытаюсь.

Наконец мы подъезжаем к полуразрушенному многоквартирному дому на окраине города. Я ставлю мотоцикл на стоянку и поворачиваюсь к Мэтту.

— Что бы ни случилось, когда ты со мной, ты никому об этом не рассказывай. Понял?

— Да, Бо.

— И не разговаривай, пока я не разрешу.

— Да, Бо.

— Ты здесь в качестве прикрытия. Это значит, что мне нужно, чтобы ты прикрывал мою спину на случай, если кто-нибудь попытается что-нибудь предпринять.

Он тут же встаёт за моей спиной. Я оборачиваюсь. Взгляд Мэтта прикован к моей спине. Я вздыхаю. (В английском выражение «прикрыть спину» дословно звучит как «наблюдать за чьей-то спиной», поэтому Мэтт смотрит на спину Бо, — прим). Мы с Мэттом не очень-то ладили, когда впервые встретились, но сейчас его полное отсутствие самостоятельности вызывает жалость. Интересно, смогу ли я снова найти Икса и попросить его провернуть свои странные фокусы с разумом, чтобы помочь Мэтту. Затем я отбрасываю эту мысль. Если я больше никогда не увижу другого деймона Какос, меня это совершенно устроит. Даже если он утверждает, что знает что-то о лекарстве от вампиризма.

Мы проходим через открытую дверь в помещение, выложенное плиткой, где воняет мочой. Сбоку прислонена рама велосипеда без колёс и множество чёрных сумок. Одна из них шуршит, я вздрагиваю и отодвигаюсь. Возможно, это просто таракан или крыса, но это не значит, что я хочу подойти поближе. Унылые серые стены украшены бессмысленными граффити вроде «Здесь был Рэб» и тому подобными. Это адрес последнего человека из списка Темплтона — лидера небольшого шабаша белых ведьм. В отличие от Ченга и Икса, банковские счета этого человека явно знавали лучшие времена. Кажется странным, что кому-то, кто живёт здесь, нужен бухгалтер, но если он отчаянно нуждается в деньгах, то у него есть мотив похитить Далию.

Лифты не работают, что неудивительно. Несмотря на мою улучшенную физическую форму вампира, я не горю желанием подниматься по тринадцати лестничным пролётам, но у нас нет особого выбора.

Мы с Мэттом едва преодолеваем второй этаж, когда проходим мимо молодого человека, шагающего в противоположном направлении. Я останавливаюсь, чтобы пропустить его; Мэтт тем временем рычит. Я с тревогой замечаю, что из уголка его рта свисает капелька слюны.

— Ты пил сегодня? — спрашиваю я, как только мужчина скрывается из виду.

Он кивает головой.

— Три раза.

Я в ужасе.

— Три раза?

— Я очень проголодался.

— Ты голоден сейчас?

Мэтт хмурится, размышляя об этом.

— Нет, — говорит он наконец, — я в порядке.

Слава богу хоть за эти маленькие милости.

— Пожалуйста, не веди себя агрессивно по отношению ко всем, кого мы встречаем. Сейчас многим людям не нравятся вампиры, и было бы неплохо, если бы мы что-нибудь предприняли, чтобы это остановить.

— Окей, — на его лице расплывается широкая улыбка.

Я подозрительно смотрю на него.

— Что?

— Ты сказала «пожалуйста». Большинство людей этого не делают. Они просто говорят мне, что делать.

Я чувствую прилив сочувствия. Похоже, у Мэтта не такой уж и мёртвый мозг, как все думают. Я хлопаю его по плечу, и мы продолжаем подниматься. Мы почти на нужном этаже, когда Мэтт поддевает меня локтем.

— За нами кто-то идёт, — драматично шепчет он.

— Они, наверное, возвращаются домой, в свою квартиру.

Он качает головой.

— Нет. Когда мы остановились на седьмом этаже, они тоже остановились. Они повторяют наши действия.

Интересно. Я жестом показываю Мэтту, чтобы он прибавил скорость. Вместо того, чтобы остановиться на тринадцатом, мы поднимаемся ещё на один пролёт, затем сворачиваем за угол и скрываемся из виду. Я прижимаюсь к стене и прислушиваюсь. Мэтт повторяет за мной.

Я понимаю, что он прав. Позади нас раздаются гулкие шаги, и я слышу, как кто-то тяжело дышит. Кто-то идёт за нами по пятам. Я злюсь на себя за то, что не заметила этого; возможно, будет неплохо иметь Мэтта рядом. Я одобрительно киваю ему, и он сияет.

— Я служил в армии. Было важно знать, когда за тобой кто-то охотится.

Я шикаю на него и воздерживаюсь от замечания, что я частный детектив, который должен это знать. Я похвалю его позже; сейчас мне нужно выяснить, кто за нами следит. Я напрягаю мышцы и жду. Как только шаги стихают и в коридор заглядывает чья-то голова, я замахиваюсь на неё кулаком. Мне удаётся изменить курс только в последнюю минуту, когда я вижу, кто это.

— Что вы делаете? — кричит Стивен Темплтон.

Я вздрагиваю.

— Боже, потише. Уже десять часов. Некоторые из этих людей, наверное, спят.

На его бледном лице выражение недовольства.

— Видимо, вы не считаете, что нужно сначала задавать вопросы.

— Вы следили за нами. Кто-нибудь дружелюбный мог бы выкрикнуть приветствие, вместо того чтобы прятаться в тени.

— Я пришёл сюда, чтобы узнать, не забрали ли ведьмы Далию. Когда я увидел вас, то решил проверить, что вы делаете, — он складывает руки на груди. — Я плачу вам кучу денег, а вы даже не отвечаете на мои звонки.

От Мэтт доносится сердитое рокотание. Я успокаивающе кладу ладонь ему на плечо, и он успокаивается, хотя всё ещё злобно смотрит на Темплтона.