Эдгар зевнул.
— Ну, лично я иду вздремнуть… — На этих словах его глаза закрылись, тело свернулось в плотный клубок, и он провалился в сон.
Элспет покачала головой:
— Как быстро.
— Поразительно, как легко он отключается, — заметила Джорджи. — И может спать где угодно. Это тоже впечатляет.
— Это точно, — тихо рассмеялась Элспет.
— Так ты останешься на ужин? — с надеждой спросила Джорджи. Я испугался, что Элспет откажет и разобьет ей сердце.
— Конечно, останусь. — Элспет накрыла ладонь Джорджи своей.
Значит, решено. Ужин с Элспет и Джорджи. Вечер обещал быть интересным.

Мы сидели в угловой кабинке трактира.
Благодаря расставленным заклинаниям, заведение по большей части работало само, пока я приглядывал, чтобы ничего не пошло наперекосяк. Чары для кружек все еще были далеки от совершенства, но сойдут и так.
— Огги правда так поступила? — Джорджи хихикала над очередной историей Элспет об ее сестрах.
— О да, — Элспет откусила кусочек утиной ножки, которую я зажарил на кухне. Я не афишировал, что подаю еду, но если клиенты просили, а у меня было настроение, я мог состряпать что-нибудь на скорую руку. Посетителям моя стряпня нравилась, и, судя по тому, как Элспет прикрывала глаза от удовольствия после каждого кусочка, ей тоже — и это приносило мне безмерное наслаждение.
— И что в итоге стало с козлом? — спросила Джорджи.
— Нам пришлось тащиться через трехфутовые сугробы, чтобы найти его, — ответила Элспет. — На это ушла почти вся ночь. А потом мы заночевали в пещере вместе с этим козлом, потому что так замерзли, что не могли вернуться в лагерь.
— Не верится, что она украла козла и потеряла его, — смеялась Джорджи. — И все потому, что не хотела, чтобы из него сделали жаркое, — она замолчала. — А козел выжил?
Элспет взяла кусочек печеной репы.
— Выжил. Огги умеет быть очень убедительной, когда захочет. Она внушила фермеру, что из его козла выйдет отличный домашний питомец, а не обед.
Я усмехнулся. Это звучало в духе самой Джорджи.
Сестра отправила в рот еще один кусок.
— Помедленнее, — сказал я. — Живот разболится.
Джорджи вскочила и чмокнула меня в щеку. Я замер — она крайне редко проявляла ко мне подобную нежность.
— Я все.
— Уже? — спросил я, глядя на свою тарелку, съеденную едва наполовину.
Ее взгляд метнулся к Элспет.
— Угу. Мне нужно… делать уроки. Наверху.
Ведьмины сиськи! Могла ли она быть еще очевиднее?
— Джорджи, — начал я, но она уже упорхнула.
— Все, я ушла, — она обернулась и подмигнула. — Не приходи слишком поздно.
Твою ж мать. Я повернулся к Элспет, кривясь от неловкости.
— Прости ее. Я же говорил, от нее одни проблемы.
— Она не такая уж плохая, — Элспет отпила эля, который позволила мне выбрать. В нем чувствовались нотки абрикоса, корицы и карамели.
— Ну как? — спросил я.
Она откинулась на спинку стула.
— Еда или эль? — она помедлила. — И то, и другое — объедение. Не знала, что ты так вкусно готовишь.
Я запустил пятерню в волосы.
— Да, вообще-то, не всегда так было. Но когда начал заботиться о Джорджи, пришлось взять на себя то, чего раньше не делал.
— Почему именно трактир? — спросила Элспет.
Я пожал плечами:
— Хотел дать Джорджи стабильную жизнь. Дом.
В лице Элспет промелькнула тень грусти, и я не понял, что сказал не так.
— Прости, — произнес я.
Она прищурилась:
— За что?
— У тебя был грустный вид, — неуверенно пояснил я.
Ее рот приоткрылся, но она тут же его захлопнула.
— Просто иногда я переживаю, что все эти странствия не идут сестрам на пользу. Что они упускают что-то важное.
— Так почему бы вам не остаться? — я подался вперед, но тут же поморщился от того, как отчаянно это прозвучало. — Ради сестер, — поправился я.
— Ну да, — взгляд Элспет впился в мой. — Ради сестер.
Я отодвинул тарелку. Пришло время задать вопрос, который мучил меня с нашей последней встречи.
— Почему ты сбежала в ту ночь?
Дыхание Элспет перехватило.
— А почему ты не пошел следом?
— Ты хотела, чтобы я пошел?
Ее взгляд потемнел. Мне захотелось отшвырнуть стол, разделяющий нас, и рвануть ее к себе на колени.
— Я сбежала, потому что этого не должно было случиться.
И в мгновение ока весь жар между нами испарился.
— Почему? — потребовал я ответа.
Она всплеснула руками:
— Да потому что мы даже не ладим!
— На том диване мы ладили превосходно.
Ее щеки порозовели, и это было чертовски мило.
— Я тебя почти не знаю, — сказала она, вонзая вилку в кусок репы.
— Это неправда. Мы с тобой понимаем друг друга. Я целый час слушал твои рассказы о сестрах — они так напомнили мне мою собственную. И не только это. То, как ты всегда горой за них, за всю семью. Я делаю то же самое для своей. Для Джорджи.
Она прикусила губу, будто взвешивая что-то.
— Чего ты от меня хочешь, Дрейвен?
Всего. Слово всплыло в сознании прежде, чем я успел его остановить.
— Я хочу, чтобы ты дала мне шанс. Узнала меня.
Она скрестила руки на груди:
— Ладно. Почему ты такой затворник? Почему все в этом городе тебя боятся?
Я хмыкнул.
— Наверное, я всегда был таким. Отстраненным, — мой взгляд встретился с ее. — Людям не так-то просто доверять.
— Чего тебе бояться? — спросила она.
— Ты видела мою магию. Мою силу. Видела мое поместье. Мое богатство. Люди используют меня. Они использовали мою семью из-за того, кто мы такие. Мою сестру. С Элмом то же самое. Столько женщин крутилось вокруг него только ради денег.
— Я не понимаю, — она покачала головой. — Кто ты такой?
Я глубоко вздохнул.
— Мои родители были могущественными разрушителями проклятий.
Она ахнула.
— Они работали на Верховную Ведьму, снимали проклятия по всем Ведьминским землям. Ты и представить не можешь, какие личности заявлялись к нам домой, требуя помощи родителей. Или люди, которые втирались ко мне в доверие только ради того, чтобы получить аудиенцию у Верховной Ведьмы, — мои челюсти сжались. — Люди, которые подбирались к Джорджи.
Элспет нахмурилась:
— Это ужасно.
— Поэтому мне было проще отталкивать других, уходить с головой в работу. Мне нравится создавать новые заклинания. Я писал гримуары для других ведьм, руководства, чтобы помочь им использовать магию во благо. Иногда я становлюсь одержимым своей работой, теряюсь в новом заклятии.
— Вроде того, над которым бьешься, с кружками? — она кивнула на кружку, пролетавшую по воздуху; эль плескался через край. — Ну, по крайней мере, она ни на кого не нападает.
— Я не хотел, чтобы она напала на тебя, — сказал я.
Уголки ее губ поползли вверх.
— Уж не знаю. Выглядело это весьма подозрительно. Я думаю, вы на меня зуб точите, мистер Даркстоун.
Ее игривый тон отозвался во мне дрожью азарта.
— И с чего бы мне точить на тебя зуб?
— Потому что я тебя бешу.
— Возможно, это и правда, — ответил я, не отрывая взгляда от ее глаз. Мой голос упал до шепота. — Но я знаю куда более приятные способы снять это напряжение, чем ссора.
Она приоткрыла рот, но тут же резко встала.
— Доброй ночи, Дрейвен, — она остановилась у моего стула, наклонилась и прошептала: — Спасибо за ужин.
Ее щека почти коснулась моей, и по телу змеями поползло желание.
Я смотрел ей вслед, пока она выходила из трактира, не отводя глаз ни на секунду. Пиздец, я влип по самые уши.
Глава 34

Элспет
Рука ныла от бесконечного оттирания окна. Эта грязь просто не поддавалась. Я перепробовала все чистящие зелья, что варила мама, пробовала старое доброе мыло с водой, вкладывала всю свою силу — бесполезно.
Почти весь коттедж мы уже привели в порядок, кроме окон, сквозь которые по-прежнему едва ли можно было что-то разглядеть.
