Пробуждение стихий (ЛП) - Виркмаа Бобби

— Мудрецы пытались соединить эти куски воедино. Мы записали всё, что удалось. Но даже этого недостаточно, — он мягко закрывает книгу, ладонь задерживается на обложке. — Стражи не прячутся, Амара. Они охраняют. И это совсем не одно и то же.

Пальцы Валена всё ещё покоятся на книге, голос становится почти шёпотом:

— Считается, что именно там рождаются детёныши. И именно там их оберегают.

Он поднимает глаза, и в его взгляде появляется что-то древнее, как будто он видит не просто знание, а память о чём-то священном.

— Ни один человек не видел момента, когда рождается дракон, Амара.

Воздух замирает, словно сам боится нарушить тишину этого откровения.

— Связь между всадником и драконом священна, но даже те, кто связан, не могут присутствовать при рождении. Этот момент слишком хрупок. Слишком велик.

Он снова касается рисунка, постукивая пальцем по месту, где река светится под лунным сиянием.

— Долина Мифрен — не просто прибежище. Это колыбель. Источник обновления магии. Если Стражи её закрыли, значит, не ради тайны, а ради необходимости.

Вален поднимается, проводя рукой по складкам своей одежды.

— Думаю, на сегодня достаточно.

Я моргаю, растерянная. Столько вопросов, и всё только начинает складываться в целое. Но, прежде чем успеваю заговорить, он смотрит на меня взглядом, в котором уже есть ответ.

— Разве сегодня не твой день отдыха? — спрашивает он, приподняв бровь.

Я медленно киваю.

— Тогда проведи его с друзьями, — голос мягкий, но непреклонный. — Равновесие — часть обучения, Амара. Важно не только закалять тело, но и давать отдых уму. Понимание приходит не только через бой, но и через разговоры с теми, кто не твой наставник.

Он подходит к полке и возвращает книгу на место.

— Приходи завтра, — говорит он через плечо. — Продолжим с того, на чём остановились.

«Слухи о Духорождённой разошлись по всему царству. Между кланами ходят шёпоты: догадки, предположения. Большинство вопросов касаются её происхождения, крови, и того, действительно ли она та, о ком говорится в Пророчестве. Может ли она быть предначертанной спасительницей? Той, что должна встать против Теневых Сил? Похоже, в сердцах людей зарождается надежда. Но вместе с ней растёт и сомнение».

— Дневники Валена.

АМАРА

Лира и я собираемся встретиться с Тэйлой, Дариусом и Фенриком в трактире на обед. Редко удаётся всем вместе отвлечься от службы, и я с нетерпением жду этой передышки.

В деревне есть что-то особенное. Её энергия, тепло — словно короткий побег от всего, что остаётся в форпосте. После обеда мы хотим пройтись по улицам, заглянуть на рынок.

Трактир шумный, уютный, наполненный голосами, смехом и звоном посуды. Мы расположились за большим столом у очага, перед каждым стоят тарелки с едой и кружки с элем, сияющие в золотом свете, льющемся из окон.

Мужчины сегодня без доспехов, только простые рубахи и штаны, привычные ремни и оружие оставлены ради комфорта. Лира, Тэйла и я — в мягких легинсах и лёгких свитерах, ткань нежная, уютная, такую мы почти никогда не носим. Весенний воздух всё ещё свеж, но внутри тепло и спокойно.

Дариус откидывается на спинку стула, тёмные косы падают ему на плечо, в руке уже вторая кружка.

— Вот ради этого, — говорит он, поднимая её, — я и воюю.

— Ты воюешь за эль? — Фенрик усмехается, откусывая толстый кусок хлеба с маслом.

— Я воюю за мир. А эль — это и есть мир.

— Ах да, значит, ради этого мы и тренируемся. Ради эля! — хмыкает Фенрик, поднимая кружку к потолку и отпивая.

Лира наклоняется вперёд, опираясь локтями о стол, её напиток чуть колышется в руке.

— Ну что, Мара, — тянет она с явным намёком, — всё ещё получаешь «эксклюзивный курс обучения» от самого лорда Каэлума?

— И от Валена тоже, — я закатываю глаза, сдерживая улыбку.

— А, ну конечно, — усмехается Тэйла. — Мудрый маг в мантии, который может убаюкать даже дракона своими речами. Но всех нас, признаем, куда больше интересует другой.

— Говорят, Тэйн тренирует только тебя, потому что никто другой просто не достоин? — Дариус приподнимает бровь.

— Или, потому что он не хочет, чтобы кто-то подошёл слишком близко, — фыркает Фенрик, в его синих глазах пляшут искры.

Я чуть не поперхнулась.

— Он тренирует меня, потому что я ходячее стихийное бедствие. А он с Валеном единственные, у кого хватает терпения не столкнуть меня со скалы.

— Это всё ещё не опровержение, — поддевает Лира.

— Я серьёзно, — говорю, смеясь. — Вы видели, что случается, когда я теряю контроль?

— Да, — говорит Тэйла, вонзая вилку в кусок жаркого. — Мы все прекрасно помним «инцидент с файерболом». Мир праху тренировочного амбара номер три.

Я вздыхаю, вспоминая тот день. Вален заставил меня запускать несколько огненных шаров одновременно по мишеням. Один ушёл в сторону, взорвался у ближайшего амбара и тот вспыхнул, будто сухая трава. Лира до сих пор называет это «эпохой выжженной земли», смеясь, что «это был конец одной эры и начало другой».

— Вот именно! — восклицаю я, вскидывая руки. — Об этом я и говорю!

— Если честно, я бы всё равно выбрал Валена, чем Риана. Вчера он заставил меня направлять поток ветра вокруг мишени. Без инструкций, просто этот его взгляд: «разберись сам», — усмехается Фенрик.

— Это значит, он убивает тебя изящно. Я клянусь, он почти не говорит. Просто смотрит, а ты должен всё понять без слов, — Лира поднимает бокал.

Мы снова смеёмся, устало, но искренне, так, как смеются те, кто вместе прошёл слишком многое. Я оглядываю их и чувствую, как в груди разливается тепло, не связанное с элем.

Фенрик наклоняется вперёд, на лице играет насмешливая улыбка.

— Раз уж о личных тренировках с самим военачальником, — говорит он, протягивая титул почти с вызовом, — я видел вас двоих на днях в тренировочном зале.

Я застываю с ложкой в руке, заранее чувствуя, куда это идёт.

Фенрик ухмыляется ещё шире.

— Ты уверена, что там только тренировки? — подмигивает он, а Лира давится от смеха.

— О боги, — стону я, отбрасывая вилку. — Серьёзно?

— Не смотри так, Амара. Фенрик просто сказал то, что мы все думаем, — Тэйла склоняет голову, глаза блестят озорным огоньком.

— У меня был меч, — начинаю я защищаться. — Тэйн всего лишь поправлял мою стойку.

— М-хм, — протягивает Фенрик. — Теперь это так называется?

— «Поправь мою стойку, военачальник», — Лира театрально обмахивается рукой.

Смех срывается у всех сразу, а я прячу лицо в ладонях.

Тэйла хмыкает, с трудом скрывая улыбку.

— А выглядела ты при этом очень взволнованной. Для человека, который просто отрабатывал движения.

— Потому что я всё время путалась в шагах, — раздражённо говорю я. — А Тэйн ужасен, когда чем-то недоволен.

— Значит, никакой романтики? Ни взглядов, ни прикосновений, ни медленного пламени запретного притяжения? — Фенрик делает преувеличенно трагичный вздох.

— Она же сказала, что он пугающий, Фенрик, — усмехается Дариус.

— Страх и притяжение вообще-то почти родственники, — пожимает плечами Фенрик.

Он оборачивается к Дариусу и усмехается:

— Дариус, можешь поправлять мою стойку в любое время, — и, не удержавшись, чмокает его в щёку.

Дариус закатывает глаза, но уголки его губ дрожат от сдерживаемой улыбки.

— Только если перестанешь лезть лицом вперёд во время тренировок.

Лира смеётся, хватает меня за руку через стол, слегка сжимает и поднимает бокал.

— За то, чтобы всегда вести бой лицом!

— Между нами ничего нет. Он просто мой наставник. Всё, — я хихикаю и качаю головой.

Но я знаю, что это не совсем правда.

Да, меня к нему тянет. Сложно не чувствовать этого. Он чертовски привлекателен. Но если между нами что-то и есть, то глубоко спрятано под слоями самоконтроля, долга и дистанции.