Тревожа мертвых (ЛП) - Армстронг Келли

— Кофе с молоком?

— Это ведь не так сложно, верно? Кстати, о миссис Уоллес… — Я посерьезнела. — Она в порядке?

— Она получила удар по голове и… она сама не своя. Какое-то мгновение я даже гадал, не случилось ли с ней того же, что и с вами, что это буквально не она. Но нет. Она — это она. Просто… рассеянная. Когда я сказал ей, что вы очнулись, она очень затихла. Спросила только, уверен ли я, что вы — не Катриона. Я ответил: «Да, вне всяких сомнений».

— Я сказала ей правду в туннелях. У нас была… перепалка.

Он напрягся.

— Она вам угрожала?

— Нет-нет, — соврала я. — Она просто беспокоилась за вас, за Айлу и Элис. В итоге я призналась не ради спасения шкуры. Просто психанула и решила: «к черту всё». И выложила правду.

Он моргнул.

— Ага, — подтвердила я. — Уж я-то наверняка об этом пожалею. Мне нужно быть осторожнее. — Особенно теперь, когда я выложила всё человеку, у которого есть все причины использовать это против меня. — Это было паршивое импульсивное решение.

— Мы с этим разберемся, — твердо произнес он. — Я прослежу, чтобы она знала: если она воспользуется этой информацией во зло, она предаст моё доверие. Моё и Айлы.

— В общем, именно в тот момент Мьюир её и вырубил. Она прижала меня, когда я наполовину вылезла из норы, так что когда Мьюир схватил меня, я решила, что это она. А потом я увидела его. И, к слову, он проделал со мной то же самое, что убийца сэра Аластера. Уперся ногой мне в спину для упора.

Глаза Грея сузились.

— Что делает его подозреваемым и в убийстве сэра Аластера.

— Вот только у Мьюира подтвержденное алиби на всё то время, когда могло произойти убийство. Кроме того, если он подставляет Селима, то, скорее всего, имитировал способ убийства намеренно. Мог ли он знать, как именно погиб сэр Аластер?

— Полагаю, да, поскольку наши предположения о методе удушения просочились в газеты.

— Черт. Ладно, значит, он скопировал почерк, чтобы еще сильнее подставить Селима. Вернемся к покушению на меня. Похоже, Мьюир спустился туда, чтобы забрать припрятанные древности, увидел миссис Уоллес, стоящую ко мне спиной, вырубил её, а затем…

Грей сделал быстрый глоток виски.

— Увидел возможность.

— Увидел меня, торчащую задом из норы — идеальная мишень: схватить, задушить тем же манером, что и сэра Аластера, а потом свалить обе смерти на Селима.

— Именно.

— Удалось выяснить что-нибудь еще, пока я была в отключке?

— Хью, естественно, сосредоточился на Селиме Аваде: и на его поисках, и на поиске мотивов для убийства сэра Аластера. Очевидный мотив — украденные древности, но Хью нужно доказать, что их украл именно Селим, что кажется всё менее вероятным. Пока я ухаживал за вами, я обратил внимание на предметы, найденные под матрасом Флоренс Кинг. Не вижу, как они могут быть связаны с делом, но… — Он пожал плечами, отрезая кусок холодной ветчины. — Мне нужно было чем-то занять мысли.

— Вы разгадали шифр?

— Да. Впрочем, было бы куда приятнее, если бы письмо оказалось чем-то важным. Это конспекты.

— Конспекты? Для экзаменов Флоренс?

— Похоже на то. Всего лишь список вопросов для самоподготовки.

— Зачем тогда было шифровать их?

— В этом и вопрос. Боюсь, однако, что ответ прост: кто-то упражнялся в кодировании и использовал для этого учебные записи. Что касается ключа — леди Кристи была так любезна, что позволила мне послать Саймона в дом, где он опробовал его на каждом замке. Опасаюсь, что мы украли ключ, который не нужен никому, кроме самой Флоренс Кинг.

— И если окажется, что это был её единственный ключ от чего-то важного, мы будем чувствовать себя по-свински. Нужно будет вернуть его ей, когда всё закончится. Получается, ключ и шифр — вместе с самой миссис Кинг — это просто «копченные селедки».

Он вопросительно поднял брови.

Я проглотила кусок сыра и пояснила:

— Ложные следы. Улики, которые не имеют отношения к делу и только отвлекают нас. Если я правильно помню, фраза пошла от сильного запаха копченой селедки, которой можно было сбить собаку со следа. В нашем случае, если искать плюсы, эти зацепки не были совсем уж бесполезными. Лорд Мьюир наверняка хотел отправить нас по ложному пути, когда обвинил Флоренс Кинг в убийстве, но если бы мы не занялись ею, мы бы никогда не узнали, что Мьюир давил на сэра Аластера, настраивая его против студенток.

— Что дало сэру Аластеру еще один повод желать разрыва отношений с покровителем. Мы…

Парадная дверь открылась. Послышался стук каблуков.

— Это Айла, — сказал Грей. — Хотите, я поговорю с ней?

Я замялась. По идее, я должна сделать это сама, но от одной этой мысли меня накрывала волна изнеможения.

Я смогла вывалить всё Грею и попросить «отложить тему в сторону». Айла такого не позволит. Она захочет услышать полную историю, и у неё возникнут вопросы. Как и намекал Грей, для некоторых людей фраза «я не хочу об этом говорить» звучит как «просто ломаюсь». Они думают, что тебе на самом деле нужно выговориться, и тебя просто надо подтолкнуть. Или что ты не хочешь, но должна — ради твоего же блага.

— Я поговорю с ней, — прошептал он, наклоняясь ближе. — Расскажу, что произошло, и объясню, что вам нужно время, прежде чем вы будете готовы это обсуждать.

— Она не обидится, что я не сказала ей лично?

Поднимаясь, он сжал мое плечо — короткое, но полное поддержки прикосновение. — Не обидится. Могу я привести её к вам после нашего разговора?

— Пожалуйста.

— Тогда договорились.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Ага, я трусиха с большой буквы. Я бросаю Грея на растерзание волкам и прячусь в кабинете, пока приглушенный ропот голосов не заканчивается вопросом Айлы: — Могу я её увидеть?

— Разумеется. Она сама хочет тебя видеть. Прошу только… — его голос понижается, и я не слышу окончания фразы.

— Я всё поняла.

Они стучат в дверь кабинета, и я, поднимаясь, приглашаю их войти. Увидев меня, Айла медлит; её лицо принимает выражение вежливой, но настороженной улыбки, словно она заходит в палату к крайне тяжелому пациенту. И, будем честны, в каком-то смысле так оно и есть.

— Привет, — говорю я. — Я вернулась.

Она решительно подходит и обнимает меня, шепча на ухо:

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, но я очень рада тебя видеть.

— Я тоже рада тебя видеть. — Я крепко обнимаю её и отстраняюсь. — Ну что же…

— Мэллори хотела бы обсудить дело, — вставляет Грей.

Айла бросает на меня вопросительный взгляд:

— Если ты этого хочешь.

— Хочу. Пожалуйста. Остальное подождет. Судя по всему, я никуда не денусь, так что разберемся со всем позже. Сейчас нас должен волновать Селим Авад.

Айла напрягается:

— Мы больше не позволим ему к тебе приблизиться.

— Дело не в этом. Напал на меня не он, — отвечаю я, и мы вводим её в курс дела.

На середине моего рассказа заявляется МакКриди, а значит, приходится начинать сначала: сначала краткую версию «как Мэллори вернулась», а затем — «как Мэллори увидела нападавшего, и это был не Селим Авад».

— Я рад это слышать, — говорит он. — Хотя, конечно, не так рад, как самому твоему возвращению. Я был сам не свой от тревоги, боялся, что потерял свое преимущество в виде детектива из будущего.

— Я думала о том же самом всё то время, что меня не было. О боже, мне нужно скорее вернуться и помочь детективу МакКриди, а то он больше ни одного дела не раскроет.

Мы обмениваемся улыбками.

— Приятно, что ты снова с нами, Мэллори, — произносит он. — И хорошо, что на тебя напал не Селим Авад. Селим мне даже симпатичен. Лорд Мьюир — в разы меньше. Всегда приятнее, когда подонок оказывается подонком на самом деле.

— Ну, мы пока не можем полностью списать Селима со счетов, — замечаю я. — Или повесить убийство сэра Аластера на лорда Мьюира. Но вот мое покушение? Это точно Мьюир. Проблема в том, что если вы его арестуете, а окажется, что он держит Селима в заложниках…?