В голове возникла неожиданная, ошеломляющая мысль; а что, если этот аромат, который вот уже пару дней так будоражит моё воображение, к банной парфюмерии не имеет никакого отношения? Что если я начала чувствовать к ним то же, что и они ко мне? Это их… сопряжение? Ведь вчера, в кают-компании от Рину я уловила точно такой же запах…
Или эти двое просто в очередной раз дурят мне голову. Водят за нос, используя какие-то одним им известные уловки. В конце концов,, откуда я знаю, что вчера за корешки были в том отваре, который заставил меня выпить Рину?
Внутренний голос заставил серьёзно задуматься и разогнал всю воздушность этого утра. Точнее, уже дня…
Я посмотрела на часы на своём запястье. Они не были переведены. Время на них оставалось орбитальным, по Гринвичу, но всё равно примерно совпадало с тем, которое было на этой планете. Если верить моим часам, сейчас было примерно двенадцать дня.
— Вот это я поспать…
Поспешив с умыванием и переодевшись, я вышла в кают-компанию, но она, как и в каждый день до этого, была пуста. Отличие было лишь в том, что на обеденном столе в контейнерах стоял мой завтрак. И ещё большой графин воды с узким горлом, накрытый стаканом, как бы намекавший на вчерашнее обещание Рину проследить за тем, чтобы я пила больше воды.
Кроме того, там лежала записка. Точнее, свёрнутый пополам листок, на котором обнаружился весьма реалистичный рисунок — портрет мерзкого Господина Собирателя по пояс, на котором он, морщась, живал свою отвисшую сиську и, судя по всему, плакал.
— Фу… Бе…
Я брезгливо свернула листок и убрала подальше. А потом плюхнулась на стул возле контейнеров и счастливо вздохнула. Прикрыла губы ладонями, не переставая улыбаться, как дурочка…
Это было так мило, когда о тебе заботятся. Оставили завтрак, сказали, куда пошли. Ну кто бы мог подумать, что это может быть так приятно? Осталось только дождаться, когда вернуться с новостями.
Причём почему-то совсем не так важно с какими, хотя это, казалось бы, должно было волновать меня в первую очередь. Просто очень хотелось, чтобы Рэвул и Рину вернулись поскорее.
На завтрак были уже знакомые мне зелёные яйца с не беконом и овощем, напоминавшим по вкусу капусту в вустерском соусе. Я ела с аппетитом, не забывая о воде. Не хотелось больше встречаться с последствиями обезвоживания. Пожалуй, Рину был прав: в последнее время я пила слишком мало жидкости. Сами-то киранцы пьют её много и часто. И видимо, правильно делают, раз им не являются наяву их бывшие с предложением замочить меня по-тихому и где-нибудь незаметно прикопать.
По моей коже мороз пробежал от мысли об этом. Убить Рэвула или Рину? Нет… у меня бы просто рука на них не поднялась! Они же такие милые шалопаи!
Милые… ш-шалопаи?!
— Ну да. А кто же они ещё? — Фыркнула я, отвечая собственному внутреннему голосу. — Ну… подумаешь, хищники. Подумаешь, немножко с мозгами набекрень от этого своего сопряжения! Да и что с того, что один доктор наук, а другой суровый вояка, что это меняет? Всё равно они ведут себя, как милые вредные мальчишки. Мои мальчишки…
Добавила я совсем тихо и уставилась прямо перед собой, поняв, что я и правда так думаю о них. Как о своих и никак иначе.
А следом за этим неприятные колючие мурашки пробежали по моим рукам от внезапно пришедшей на ум тяжёлой мысли: это не надолго.
После того как киранцы помогут мне вернуть с орбиты и привести в чувство Аню и Лило, мы с девчонками приложим все наши усилия, чтобы вернуться домой или, по крайней мере, послать весточку о себе к родной планете. Но Рэвул и Рину тоже хотят вернуться на Кира, да и на нашей Земле для них не будет места…
Даже если всё пойдёт хорошо, должны будут пройти годы, чтобы установились нормальные отношения между землянами и представителями других цивилизаций. Годы, которые я проведу на околоземной или окололунной орбите, отдавая долг своей родине.
Год… пять… десять лет или больше, каково будет оставить этих двоих в прошлом?
Я шумно втянула ртом воздух и потянулась к стакану с водой. Моё сердце болезненно сжалось, а руки тряслись, когда я поднесла его ко рту, из-за чего стекло противно стукнулось об зубы перед глотком.
Да что со мной? Почему меня так это взволновало и… расстроило?
Из потока мыслей, словно противные липкие щупальца, вылезли слова Зака из моего видения наяву:
— Ты что… Влюбилась?.. В них?
Подсознание…
Зак Хоффман здесь, на этой планете, просто был моим ожившим внутренним голосом. Он был моими сомнениями, моим стыдом и моими страхами. Но что, если всё на самом деле так? И я просто как последняя дурочка влюбилась в них… Сразу в обоих. Разве влюблённости нужно много времени? В книгах пишут, что для неё порой достаточно лишь взгляда. Ну или вдоха, как для киранцев…
Да и как в Рину и Рэвула было не влюбиться? В таких непосредственных, находчивых, храбрых, весёлых и симпатичных парней, которые заботятся, вкусно кормят, весело шутят, дурачатся и спасают от неприятностей! А ещё… так невероятно целуются...
— Боже… кажется, на меня тоже действует это их сопряжение!
Скорее уж я просто поддалась общей истерии! — Недовольно фыркнул мой внутренний голос, и я искренне пожелала ему заткнуться.
Потому что от мысли что я просто влюблена в них так же, как и они в меня, в груди, где-то вокруг быстро бьющегося сердца, запорхали бабочки, щекоча изнутри нежным трепетанием своих разноцветных крылышек.
Я подумала, что никогда не ощущала такого с Заком. С ним всё было как-то очень просто. Почти механически. А началось так и вообще спонтанно! Просто ни с чего.
Тогда у нас с Хоффманом была совместная тренировка у Токадо. В общем-то, не первая, но нас впервые поставили с ним в пару. В тот момент я мечтала занять место Зака Хоффмана в отчётной таблице кадетов-капитанов! Потому очень обрадовалась возможности проявить себя и потренироваться с лучшим пилотом на курсе... и немного перестаралась. Очень неудачно бросила Зака через плечо, хотя, конечно же, знала, что у нас тренировка, а не реальный бой.
В общем, сенсей Токадо отчитал нас обоих за неаккуратность и отправил меня с ним в подсобку, чтобы помогла бедолаге остановить носовое кровотечение. Не знаю, что со мной тогда произошло. В отличие от многих девчонок вокруг у меня никогда не было подобных мыслей о Заке Хоффмане, но вид поверженного, истекающего кровью соперника за первенство в таблице… Кто бы мог подумать, что меня это заведёт, и я не устрою Заку повторное кровотечение, когда он нагло полезет мне под кимоно!
А ведь я даже мельком не заглядывалась на него до этого, хотя регулярно видела на станции в казарме, в столовой и в порту во время тренировочных вылетов! Ну парень и парень. Два глаза, два уха, руки на месте и зубы вроде тоже... Мне, если уж начистоту, никогда в романтическом плане не нравились парни с тёмно-карими глазами, как у него. Даже среди персонажей дорам я предпочитала тех, ради которых актёрам приходилось носить светлые линзы. Более того, кареглазые парни меня даже отталкивали. В их тёмном взгляде мне всегда мерещились злые мысли…
Да, с Рэвулом и Рину всё было совершенно иначе. Хотя можно подумать, что их хищные вертикальные зрачки должны были пугать меня куда больше каких бы то ни было карих глаз! Но оказалось, что когда дело касается настоящих чувств, цвет глаз или волос, форма бровей или линии улыбки совершенно не имеют значения...
Дело было в чём-то совсем другом. Рину и Рэвул просто были другие внутри. Один, словно яркое тропическое солнце, другой — будто загадочный и мягкий лунный свет…
Уже понимая, куда ведут меня эти размышления, я шумно выдохнула и на секунду прикрыла глаза, пытаясь собраться.
Итак, шёл пятый день моего осознанного пребывания на этой планете и, вероятно, шла к концу вторая неделя моего фактического нахождения здесь. За это время я три раза чуть не умерла, узнала очень много нового о мире, в котором живу, познакомилась с кучей неизвестных человеческой науке живых существ и растений, а ещё с десяток из них попробовала на вкус!
