Сладость безмолвия - Вокс Ксения

В компании, на моё удивление, было тихо, словно все люди разом не вышли на работу. Я спокойно подошла к лифту, поднялась на последний этаж и вошла в приёмную, где сидела помощница Райли. Девушка встала со своего места, как только увидела меня, но не успела ничего сказать, хотя и пыталась. Моя персона нон грата ввалилась в кабинет мужа. Тристан и Линн перестали разговаривать, когда я без приветствий уселась в кресло напротив стола. Напротив меня сидел Тристан, а во главе был Линн, который, в отличие от своего друга, не смотрел на меня.

– Я пришла. Освободила пентхаус. Что-то ещё от меня требуется? – закидываю ногу на ногу и склоняю голову набок.

– Саюри… – обращается ко мне Тристан, но я поднимаю руку, запрещая ему говорить. Не смотрю на него, моё внимание приковано к Линну.

– Просто скажите, пожалуйста: вы специально выселили меня из квартиры?

– Ничего из имущества Райли тебе не принадлежит, Саюри. Мы действовали в рамках договора, – говорит Линн.

– Договора, значит… – я качаю головой. – А то, что ваш партнёр мне изменял, тоже было прописано в договоре? Скрыто каким-нибудь подтекстом типа «ему всё позволено»?

– Послушай, Саюри, Райли давно встречался с Тайрой…

– Мне плевать! Кто ему дал такое право? Кто дал вам право скрывать это от меня?! Ах да, мужская солидарность… можете не продолжать! Мне всё ясно. Давайте документы, я их подпишу, и на этом разойдёмся.

– Саюри, мы не могли просто взять и рассказать тебе, – снова попытался Тристан. – Мы говорили Райли о последствиях, но он упрям. Он влюбился в тебя, а Тайра…

– Прекрати! Ничего я не хочу слышать о любви и той женщине! Линн, документы! Квартира мне не нужна, я отказываюсь. Просто давайте сделаем вид, что никогда не были знакомы. Больше я ни о чём не прошу.

Линн переглядывается с другом и подает мне документы в чёрной папке. Пробежав взглядом по написанному, я ставлю подпись. Кидаю ручку и поднимаюсь с места – хочется побыстрее покинуть это здание. Вот только я не успеваю дойти до двери, как она распахивается, и на пороге стоит крайне недовольный Вистан Риверс. За моей спиной что-то происходит, я оглядываюсь и замечаю, как парни поднялись, а на их лицах застыли маски ужаса. Что на этот раз?

– Какого, мать его, хрена это доставили мне?!

Он делает шаг в сторону, и я вижу напуганную девушку, которая переступает порог с ребёнком на руках. Смотрю на Тристана, а он – на Линна… В голове снова что-то щёлкает.

Шесть

Ви́стан

Я всегда ненавидел семейные сборы в воскресные вечера, но противостоять этой традиции не мог на протяжении всего своего сознательного возраста. Всегда старался отдалиться от людей, которые сидели за одним столом рядом со мной. Видеть наигранные улыбки, слышать притворные комплименты родителей, которые давным-давно спят в разных постелях в разных частях дома, встречаясь лишь рано утром на кухне за кружкой кофе… Ничего так не бесило, как отсутствие права голоса, пока тарелка перед тобой не станет пустой, а глава семейства не встанет первым из-за стола. Даже разговоры раздражали – как будто кому-то было дело до жизни каждого в этом доме.

Но вопреки уставу дома, который построил дед, все как один строго подчинялись его командованию. Вот только сегодня, спустя две недели после смерти Тайры, в доме нет привычного щебетания матери и ворчливого голоса отца. За столом, за которым мы собрались, стояла необычная тишина; мне иной раз казалось, что присутствующие не дышат. Глава семейства на протяжении всех этих дней прожигал взглядом мой лоб, и сегодняшний вечер не стал исключением. Хотя он так и не проронил ни слова по поводу похорон и всей той херни, что произошла с моей недалекой женой. Потеряв её, я не почувствовал никаких эмоций. А хотя нет… была одна. Злость. Злость на то, что она не смогла выбрать себе другого человека – не того, кто высосал последние соки из меня и компании.

Посреди повисшей тишины в холле раздался хлопок двери, а затем приветствие прислуги. Я провёл взглядом по присутствующим и обратил внимание на пустующий стул прямо напротив моего. Приготовленная тарелка и приборы говорили о том, что у нас сегодня будет незваный гость. Тем временем по мраморному полу пополз скрип подошв, и через несколько секунд гость появился на входе в столовую. Мне не нужно было поднимать взгляд, чтобы понять, кого притащили сюда.

– Ого, всё семейство в сборе! Польщен, что не подождали меня, но не расстроен!

– Прекрати паясничать и сядь на своё место! – рявкнул дед, скривившись при виде младшего внука.

– Не нужно кричать, уже сажусь.

Мой младший брат подошёл к столу и развалился на своем месте, обводя взглядом всех собравшихся. Дед махнул рукой, и служащие бросились разносить ужин, после чего тихо удалились, прикрыв за собой двойные двери.

– И чего все сегодня такие кислые? – насмешливо спросил Тобиас, закидывая в рот запеченную картошку.

– Я не давал тебе права разговаривать, – сразу заткнул его дед. Но для Тобиаса предупреждение было пустым звуком: он в привычной манере закатил глаза и громко хлебнул из стакана, вызвав у деда ещё большее раздражение.

– Тобиас, – сидевшая рядом мама бросила на него укоризненный взгляд, приказывая остановиться.

– Микаэль, усмири своего сына, либо этим займусь я, – мой отец, сидевший во главе стола прямо напротив деда, никак не отреагировал на слова Энтони.

– В данный момент это не самая важная часть нашего ужина, отец, – Микаэль перевёл взгляд на меня, ожидая, пока я начну рассказывать новости после того, как мою персону и компанию последние недели смакуют в прессе.

– С семьёй Тайры я разобрался сам, – невозмутимо произнес Энтони, – но компания до сих пор несет убытки. Как такое может быть, Вистан?!

– С этой проблемой я разберусь сам, не лезьте в это дело, – мой голос прозвучал спокойно, пока в мозгу мелькали картинки того, как я переворачиваю стол и кричу. Выливаю злость на всё, что меня окружает, потому что надоело оправдываться, как маленькому сопливому мальчику.

– Я сомневаюсь в этом, – добавил дед, сверля меня взглядом. Я ответил ему тем же, поднося к губам тумблер с виски.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Ты в курсе событий, которые повлекли за собой череду неприятностей. С компанией Embrace Luxe Hotels я полностью расплатился, но новые обстоятельства немного усложняют дальнейшие планы. Повторюсь: я сам решу это. Не нужно заставлять меня много говорить.

– Неужели Тайра нашла себе мужика, который не похож на моего черствого братика? – вмешался Тобиас, посмеиваясь. Сказанное ни капли меня не задело: лицо осталось отрешенным, а тело – расслабленным.

– Тобиас! – гаркнул Энтони, хлопнув ладонью по столу. От этого движения приборы подлетели и с грохотом упали на место. Мама вздрогнула и прикрыла глаза, а отец и бровью не повел.

– Тобиас, – позвал Микаэль, пытаясь сбить с него дурацкую улыбочку, – ты вернулся домой час назад, а мне уже хочется снова отправить тебя обратно.

– О, поверь, отец, я бы с радостью вернулся к привычной жизни, чем находился здесь!

Вот к чему приводят поздние дети, которых ты не планируешь. Разница между мной и Тобиасом – десять лет. В свои двадцать семь он не приучен к жизни, к которой готовили меня. С пятнадцати лет он был предоставлен сам себе, а после выходок его отправили подальше, якобы на обучение. Тобиас вырос на всём готовом, и его потребности с каждым годом становились всё безумнее. Отец потакал этому, а дед никак не реагировал, занимаясь моим воспитанием. Поэтому Тобиас выбешивал всех за считанные секунды, пока я молчал, научившись не показывать эмоций. Кому из нас больше повезло? Да никому. Тобиас рос вдали от семьи, до него не было дела, а я, наоборот, с рождения должен был унаследовать империю. Мы не были семьёй, хоть и встречались за одним столом.

– Ты вернулся, чтобы, как все в нашей семье, приступить к обязанностям в компании! – повысив голос, сказал Энтони.