Мой ураган - Райт Дана

– И кто этот буратино на Ягуаре, с которым ты приехала сегодня? – Лия, моя однокурсница, яркая высокая шатенка, каждый день появляющаяся в универе в новом наряде, кидает бычок в урну и тут же подкрашивает губы, смотрясь в зеркальную входную дверь.

– Ээ, – не знаю, а кто Олег для меня? Парень, не считающей меня привлекательной? – Это друг мужа моей сестры, – отвечаю, как есть, – я живу у него, пока квартиру Леши не отремонтируют.

– Иии? – Лия выпучивает смешные, похожие на рыбьи глазки, заставляя меня продолжать.

– И я живу у него, – повторяю я, потому что больше мне рассказывать нечего, – временно, – добавляю, чтобы лишить подругу возможности задать следующий вопрос.

– А почему ты еще живешь не «с ним»? – на последней фразе она смотрит на меня в упор, с легким даже осуждением. – Ты не забыла? Наша поездка в Лос-Анджелес в августе, Соня, просто заставь его оплатить ее!

И правда, какая же я дура – не залезла к нему в постель в первую же ночь и не выпросила себе привилегий! Ну что за люди? Почему все думают только о том, как бы стрясти с другого деньжат? Интересно, как это должно произойти? «Привет, Олег, я подумала, все таки схожу на концерт Джес, если ты, конечно, дашь мне сотню другую тысяч…»

Глупо. Мерзко. Продажно. Фу!

Марат, не смотря на идеально сидящие на мне брюки, и завлекающую походку, спровоцированную высокими каблуками, коротко поздоровался в столовой, где мы пересеклись в очереди за булочками с маком и кофе, на чем и закончил наше общение. Ничего не понимаю! Вчера, на нашем импровизированном первом свидании, все было нормально, мы целовались, болтали и отлично, как по мне, провели время. А сегодня он лишь здоровается, словно не был возбужден вчера так же, как и я. Что ж, похоже, мне придется искать другой вариант для удовлетворения гормонов, иначе скоро начну психовать без повода, подгрызать уголки листов учебников, и, возможно, даже покроюсь прыщами, как это было на экзаменах в десятом классе. Именно поэтому и было принято решение о дружеском сексе с Володькой в одиннадцатом.

Ох, милый мой, дорогой Володька. Как ты там? Приехал бы на пару дней…

После пар поуютнее устраиваюсь на высоком бортике, полукругом опоясывающем лужайку университетского двора и звоню своему школьному другу по первым опытам.

– Сонек, прости, не могу пока говорить, у меня тут свиданка намечается, – шепчет в трубку Валерка, и его без того тихий голос прерывается журчанием воды.

– Не забудь хорошенько помыться, – смешливо шепчу я, желаю ему удачи и отключаюсь.

Вот, Володьке повезло. А мне? А как же я? Всегда думала, что девчонкам заняться сексом гораздо проще, чем парням, и вот теперь встречаюсь с суровой действительностью – вселенная требует от меня добропорядочности. Ничего не поделаешь – решаю прогуляться пешком пару остановок по Столице. Буду наслаждаться малым – теплым майским деньком, столичной шумихой и возможностью поразмыслить о собственной жизни.

– Сонь!

Рядом с тротуаром, по которому я шествую, останавливается белый внедорожник, и из его окна высовывается голова Марата.

– Я тебя искал, бегал, как дурак, по универу, пока девчонки не сказали, что ты уже ушла. Еле догнал. Давай подвезу.

Парень улыбается, словно не держался весь день отстраненно. А я не собираюсь строить из себя хорошую девочку и улыбаться ему в ответ. Он обидел меня.

– Спасибо, хочу прогуляться, – строю серьезную мину и продолжаю шествие.

Странно, но ноги не так уж и устали. Оказывается, каблуки могут быть пригодны для ношения в повседневной жизни, а не только как клубный аксессуар. Или, может, это именно мои туфли? Они удобные, как тапочки. Никогда не подумала бы, что такое может быть.

– Так давай прогуляемся вместе. Подожди, я только тачку припаркую.

Не собираюсь его ждать, даже темп немного увеличиваю. Вообще бы побежала, но глупо выйдет, да и к бегу на каблуках жизнь меня не готовила.

– Сонь, я тебя чем-то обидел?

Марату удается догнать меня, в чем нет ничего удивительного. Его ладонь касается моей и обвивает ее. Я молчу, не понимая, как выразить обиду не показавшись при этом истеричной дурочкой. И мой спутник тоже молчит, не понимая, что происходит.

– Давай зайдем, – он останавливается рядом с кафе, откуда доносится приятный аромат готовой еды, но я выдергиваю ладонь и иду дальше. – Сонь, да что не так то? – парень кричит, снова догоняя меня, словно его не интересуют смотрящие на нас проходящие люди.

– А ты сам не понимаешь? – капризно спрашиваю я, останавливаясь, и сужаю глаза, в которые попадает солнечный луч.

– Нет, я не понимаю. Что я сделал?

– Вот иди посиди, – киваю в сторону кафе, – и подумай.

Марат остается стоять на тротуаре, а я двигаюсь в направлении небоскреба Самойлова, хоть и не собираюсь преодолеть весь этот путь пешком. А через несколько сотен метров мне вдруг становится смешно. Я боялась показаться глупой, но именно это и сделала. Как те девчонки, которые дуются на мелочи типа трехминутного опоздания и предлагают парням самим додумать, в чем они были неправы. Да что со мной? С Володькой я никогда не вела себя так. Это что, так на меня новая одежда действует? Или Лия, которая именно вот так, как я сейчас, надувает губы и говорит капризным тоном? Мне хочется вернуться к Марату, но позади меня его уже нет, и я спускаюсь в метро, чтобы поскорее оказаться дома. Мне срочно нужно помыться.

Ежедневные фотки группы «Крылья Коршуна» настигают меня в спортзале третьего этажа пентхауса Самойлова, так что мне приходится скинуть фото в спортивных легенсах и коротком топе в позе кошечки, в которой переписка и застала меня. Я уже перестала возмущать по поводу этих фото. Мне даже кажется это веселым. После растяжки принимаю душ, разогреваю идеально приготовленную говядину в медовом соусе с черносливом и мысленно благодарю невидимую горничную Олега за это таящее во рту мясо. Жить в его квартире мне нравится все больше. Я даже забиваю в приложении на холодильнике, в поле списка продуктов «Спасибо за говядину в соусе» и счастливая сажусь снова за учебник. Я должна перечитать главу, которая вчера была последней и только потом взяться за повторение следующих – еще одно правило красного диплома. Попутно жую орешки, найденные в одном из шкафов. Скидываю звонок папы, сопроводив его сообщением о том, что занимаюсь. Родители знают, что не стоит отвлекать меня в это время, и что я перезвоню теперь уже только следующим утром, когда буду чистить зубы и невнятно говорить, что у меня все хорошо.

От занятий отвлекает приход Олега и Джессики. Девочка возбуждена своим выступлением и заставляет меня смотреть его запись. Хорошо, ведь к этому времени я уже прочитала полагающиеся мне главы и могу немного отвлечься. Приступаю к следующим главам уже поздним вечером, когда Джес уходит спать, а Самойлов скрывается в своей комнате, откуда доносится звук душа, так что я снова отвлекаюсь, представляя блондина, смывающего с себя пену. Почему бы мне просто не уйти на свой этаж? В холле второго этажа стоит массажное кресло, в котором я и моя лекционная тетрадь смогли бы стать единым целый с максимальным удобством. Именно это я и собираюсь сделать, но выход мужчины из своей комнаты в одном только набедренном полотенце отвлекает куда сильнее, чем душевой звук и видео Джес. Боже! Он потрясающе красив и источает аромат мужественности и силы. В фильмах и интернете я видела десятки вот таких вот картин – стекающие капли воды по кубикам загорелого пресса – но видеть такую картинку вживую гораздо занимательнее. Володьку я, конечно, тоже в таком виде видела. Но… Володька есть Володька, что там смотреть то? А вот загорелый торс Самойлова, уходящие вниз поперечные мышцы его живота теперь всю ночь не дадут мне сомкнуть глаз. Хочется, чтобы капли с его пресса упали прямо в мой рот. Делаю глотающее движение, словно так оно и случилось.

– Я думал, ты уже спишь, – Олег тут же скрывается обратно в комнате, лишая меня возможности помечтать о случайно упавшем с его бедер полотенце, и выходит через минуту в своей белой футболке и голубых шортах. Тоже ничего, но в полотенце было лучше.