Мой ураган - Райт Дана

– Я уже почти обанкротила крестного, – сообщает с достоинством малышка, важно поправляя подол нарядного голубого платья, в которое принарядилась для встречи с опекунами.

– Я разбит и унижен, – киваю и в знак подтверждения ее слов, показываю девчонкам жалкую пачку денег, в которой осталось четыре мелкие купюры.

– Мы с Лией хотим перекусить. Можно мы съедим те чудные слойки, которые приготовила твоя домработница-робот?

– Сонь, – мне не нравятся эти вопросы, девчонка должна чувствовать себя тут, как дома и делать, что пожелает, раз я пообещал Кобарю присмотреть за ней, – я ведь сказал, что весь холодильник твой.

– Отлично, – на ее веселой мордашке появляется хитрая улыбка, – тогда мы еще захватим бутылку вина, с ним информация усваивается лучше.

Она хлопает себя по животику, разворачивается, и я, рассматривая разноцветных микки-маусов на ее широких шортах, разрешаю себе представить, как потряхиваются под ними округлые полушария ее задницы. А потом я встречаюсь взглядом с ее подругой, вполне себе ничего длинноволосой шатенкой, высокой, фигуристой, и в духе современной моды подкачанной ботоксом в нужных местах. Девка заметила мой облизывающийся взгляд, ну и плевать, я не испытываю стыда за свои мужские желания, так что лишь ухмыляюсь и получаю загадочную улыбку в ответ. Эта Лия, кстати, очень привлекательна, вторичные половые признаки, что надо.

Девчонки скрываются в кухне, и шествуют обратно на второй этаж, затарившись слойками, вином и сыром. Мне остается только смотреть вслед двум удаляющимся аппетитным задницам. Пожалуй, как только Джес уедет, я наберу Марго. Мне надо расслабиться. Удовлетворение от дневного секса с помощницей Романова уже отпустило меня, мне нужно еще. Это моя проблема – я сексоголик. Мне всегда мало. Когда рядом Джес, я переключаюсь и забываю о телесных наслаждениях, но, оставаясь один, пускаю в свою голову женские образы и не могу остановиться. Я даже пытался ходить к психологу, потому что порой меня бесит собственная повернутость на сексе, но дело закончилось потрясающим минетом в кабинете Марии, которая приглашала меня после этого еще на пару сеансов, и таким образом мое лечение закончилось.

– Соня красивая, да, дядя Олег? – Джес поправляет заплетенные мной две косички, перекидывая их за спину, ворует из моей пачки одну купюру, потому что уже сделала за меня ход и хихикает чему-то своему.

– Да, малышка.

– Я тоже буду красивой, когда вырасту.

– Ты будешь самой красивой, – вторю ей и вытягиваю из трубочки остатки своего коктейля.

Когда Романовы приезжают, мы с Джес уже убираем игру, так как она не только выкачала из меня все деньги, но и вогнала в долги, с моего, конечно, попустительства. Девчушка довольно обнимается и целуется сначала с Тиной, а потом залезает на руки к Юрану, хотя уже большая для этого, и не желает слезать со своего опекуна.

– Дача Лешки крутая, на самом берегу моря. Мы шикарно провели время. Ты должен тоже съездить к ним. Давай в следующий раз полетим вместе, – щебечет Тина, загоревшая и счастливая, в длинном шелковом белом платье, с широкой косой и толстым жемчужным браслетом на руке, подаренным ей Романовым еще в школе.

Надо же, как бывает. Они познакомились в выпускном классе, и все еще вместе, не смотря на все то дерьмо, через которое им пришлось пройти. Почему я не могу задержаться с одной женщиной дольше четырех ночей? Хотя, вообще-то, могу, я довольно долго общаюсь с Марго. Но она что-то вроде друга, с которой можно хорошо провести время, выпить, погудеть и потрахаться.

– Спасибо, что дал нам эти несколько дней, – Тина обнимает меня, касается губами моей щеки, заставляя радоваться отсутствию возбуждения, которое я раньше испытывал в ее присутствии.

Быть влюбленным в женщину друга – так себе удовольствие. Но что поделать, если таких, как Орловская в мире больше нет. Как же круто, что это чувство покинуло меня и теперь я могу быть совершенно расслабленным при ней. Это целая гора с плеч, которая раньше заставляла меня чувствовать себя виноватым перед Романовым.

– Моя дрожь почти пропала, – шепчет она, обнимая меня еще раз.

И это тоже круто. Тина жаловалась, что не может, как раньше, чувствовать себя спокойно рядом с мужем. Это началось, когда она немного стала приходить в себя после срыва Романова в лесу. Сразу после она несколько месяцев просто лежала, и вообще не выходила из комнаты. Ее восстановление заняло много времени, и она, вряд ли станет прежней девчонкой из школы, способной подкинуть змей в кровать однокласснице, но она хотя бы уже не улыбается, как робот и не вздрагивает от резких движений и громких звуков. А то, что ее дрожь, провоцируемая присутствием мужа, проходит, значит, что их семейная жизнь налаживается. Возможно, Романов, наконец, перестанет содержать девку, к которой ездил еженедельно, чтобы удовлетворить свои сексуальные нужды.

– А где Соня?

Как человек, вливающийся в нашу компанию, Соня интересна Тине. У нее нет подруг, кроме Риты и Ани, так что она поднимается на второй этаж, как только я говорю, что отдал его Соколовой.

Джес уходит собирать школьный рюкзак и балетные принадлежности, а Юран валится на диван, потягивается и я ловлю его хитрый взгляд.

– Ну че? – его голова кивает в сторону лестницы.

– В смысле?

– Ой, да ладно, рассказывай. Типа я не понял, что ты запал на мелкую.

– Ни на кого я не запал.

Романов, может и прав. Мне, правда, интересна Соня. С ней весело. Она пробуждает во мне потерянный интерес к жизни, заставляя вспомнить, что можно провести с девушкой вечер и не тащить ее в кровать. И мы провели пару таких вечеров, и даже одну ночь. Мне, конечно, хотелось затащить ее в кровать. Но, может, немного позже? Сейчас мне нравится просто валяться на диване и смотреть с ней сериал, рассуждая о героях, так как наши мысли в большинстве совпадают. А еще прикольно, хоть и достает иногда, слушать ее рассказы об этом парне и ждать, чем дело кончится. Будь я уверен в способности Сонечки не заморачиваться на отношениях, и общение без стеснения после секса без обязательств, я бы среагировал на ее легкие заигрывая в первый же день ее приезда сюда.

– Ну ты мне это говоришь? – одна бровь Романова приподнимается, да, этот парень знает меня как облупленного, не зря мы всю жизнь вместе.

– Точно, – киваю, даже не пытаясь сдержать хитрую ухмылку, – тебе. И я на этом настаиваю.

– Ладно, сделаю вид, что поверил. Надеюсь, тебе хватит ума не трахать родственницу Кобаря.

– Она ему не родственница! – злюсь я.

Меня бесит это слово! Ну какая, нафиг, Соня родственница Лехи? Она просто сестра его жены. Ну… то есть, она его родственница. Но не кровная. Приобретенная. Он знает ее всего каких то два года.

– И ты на нее не запал. Я понял тебя, – серьезно говорит Юран, своим спокойным, твердым голосом, и этот его голос, словно звук моего разума, который я так часто не слышу. – Ты не трахнешь ее в лифте, который случайно застрянет на каком-нибудь этаже, и не кинешь после окончания процесса, как ты обычно поступаешь.

– А это вообще твое дело? – я еще злюсь, но мой друг говорит правду, именно так я всегда и делаю.

– Мое, если два моих друга поссорятся. Ты ведь понимаешь, если кинешь Соню, сохранить нормальные отношения с ней не удастся. Она слишком юна для этого, не стоит наносить ей травму.

И он снова прав. Мои игры по раскрепощению выдержала пока только Марго, и это лишь потому, что… на самом деле я не знаю, почему. Она была такой милой и зажатой, когда мы познакомились, и у меня ушло довольно много времени, чтобы она выпустила своего демона, выделывала в постели виражи, нужные мне, и выглядела ярко и притягательно, как я люблю. Но, говоря по правде, она вошла в такой кураж, вести ее в который я не хотел. Теперь Марго чаще всего пропадает на тусовках, чем в ветеринарной клинике, и за последние три раза, я не видел у нее дома ни одного животного. Когда же мы познакомились, ее квартира напоминала животное общежитие – так много живности она таскала к себе на передержку. А значит, я, преследуя собственные цели, не только получил удовлетворение от перевоплощения простой девчонки из спального района в распутную девицу, но и изменил ее жизнь, возможно, не в самую лучшую сторону. И она такая не одна. После Марго я перестал испытывать кайф, получаемый ранее от таких перевоплощений. Даже сегодняшний секс с Лизаветой, которая, изнывая, просила меня дать ей кончить, лежа в одних чулках на моем рабочем столе, не принес мне остроты ощущений, которых я уже и не знаю, как получить. Мне мало. Всегда мало. Я вечно в погоне за раздирающим изнутри драйвом, адреналином, разливающимся по венам, дикости жесткого секса и новых ощущений, которые притупляются с каждой следующей девчонкой.