— Слушай, давай, подъезжай за нами! И побыстрее!
— Ладно. Понял. Ждите.
— Мила-ан! — нехорошее предчувствие снимает сердце.
А что если она решила вернуться? Вдруг поняла, что документы забыла и уже едет сюда?
И в эту минуту в дверном замке раздаётся характерный щелчок — кто-то снаружи засовывает в замок ключ.
— Это она! — громкий шёпотом кричит Милана, выбегая ко мне в прихожую. — Давай спрячемся!
Нет, ну, прятаться как-то несолидно. Но ведь в то, что я — подружка её дочери, Илона, конечно, не поверит.
А решить нужно за долю секунды!
Пока ключ дважды поворачивается в замке, мы на цыпочках пробегаем в комнату Миланы и, стараясь не шуметь, залезаем под кровать.
Нет, конечно, я не боюсь, что мне придётся встретиться лицом к лицу с этой женщиной!
Мне даже в некотором смысле хочется этого!
Посмотреть в её глаза и спросить — она, действительно, хочет, чтобы Никита умер в больнице только потому, что некому подписать согласие на операцию? Ведь получается, он умрёт по её вине!
Ох, я бы высказала ей всё, что о ней думаю!
Но тогда она догадается, что я здесь делаю!
И мало ли, вдруг сумеет помешать?
— Милана? — из прихожей доносится голос Илоны.
— Ёлки, мы же там всё пораскидали! И обувь. Обувь же стоит!
— Бляяяя! — ахает Милана.
Мне тоже хочется выразиться матом. Может быть, даже что-то позабористее ляпнуть! Но стук каблуков Илоны раздаётся по полу все ближе и ближе к нам!
Поворачиваю голову.
Из-под кровати мне видны её туфли.
Представляю, как нелепо я буду выглядеть, если она нас сейчас обнаружит!
Да, ёлки! Яся! Ты о нелепости думаешь сейчас, когда Никита там, возможно, умирает?
Лежим, не дыша. Сердце колотится в груди, как сумасшедшее. Страшно так, словно там не Илона ходит, а, по меньшей мере, маньяк с топором!
Вижу, как, постояв, поворачивается, чтобы выйти из комнаты.
Уфф, выдыхаю.
Милана находит мою руку и сжимает пальцы.
Дожились, ребёнка заставляю от матери прятаться! Впрочем, такой матери врагу не пожелаешь…
Слышу, как она в прихожей обшаривает, по всей видимости, сумочки.
— Да, где же? — раздосадованно. — Точно здесь лежали!
Проходит в спальню.
— Эт-то что такое? — видит бардак. — Ах, ты сучка малолетняя! Деньги искала, тварь!
Пальцы Миланы судорожно сжимаются.
С трудом подавляю в себе желание что-то сказать, чтобы успокорить ребёнка.
И в эту секунду в моей сумке начинает звонить телефон!
50 глава
Стоим в комнате Миланы друг напротив друга.
Как два боксера, вышедших сражаться не на жизнь, а на смерть!
Ясно, что для Илоны всё выглядит очень подозрительно — чужая женщина вылезает из-под кровати в твоем доме. Да если еще рядом с ней находится твоя несовершеннолетняя дочь! Но ведь эта женщина — и сама точно не ангел!
Просчитываю варианты.
Самый простой — элементарно пройти мимо нее на улицу. И пусть только попробует меня остановить! А паспорта унести в сумочке. Пока она сообразит в чем дело, я буду уже далеко.
Но…
— Ты ж приходила сюда сегодня! С работы Воронца, — сужает глаза.
— Приходила, — усмехаюсь. — И уже ухожу. Милана, за мной!
Илона делает шаг навстречу, преграждая мне путь.
— А что это ты в моем доме делаешь? И с какой стати распоряжаешься моей дочерью?
Кто там говорил, что лучшая защита — это нападение? Правда это хоть или нет?
Бросаюсь в бой! Другого выхода у меня все равно нет.
— Это — дом Никиты. Не твой. А этот ребенок был доведен тобой до попытки самоубийства. Поэтому я ее забираю.
Милана дергается к сумке с вещами, стоящей посередине комнаты.
— Оставь, — шепчу ей. — Купим.
Чувствую, что не всё так легко и просто, как кажется.
И она взвивается, лицо искажается от злобы.
— А ну стоять! Совсем уже охренела! Ты паспорта взяла, сука? А я думаю, куда они запропастились! Да я сейчас ментов вызову! Что задумали, а?
Я буквально своей кожей ощущаю ужас Миланы! Она вжимается в мою руку всем телом! И, кажется, совсем перестает дышать.
— Дура малолетняя, ты что думаешь, ты нужна кому-то? Вот эта… цыганка будет тебя кормить? Да щасссс! Будешь ноги раздвигать где-нибудь на трассе, чтобы на кусок хлеба заработать! Ты этого хочешь, идиотка?
— Не слушай ее. Всё хорошо будет, — пытаюсь успокоить, обходя Илону сбоку.
— Хорошо? Ты серьезно? За дуру меня держишь? Думаешь, я не поняла, что ты снова под Никитку клинья подбиваешь? Каких трудов мне стоило пять лет назад его от тебя отвадить! Он ведь в таборе тебя искал! Так я ездила туда, цыганчатам твоим деньги платила, чтобы они сказали, будто ты уехала в другую страну, к матери. Ну, они не дураки, наваляли ему тогда толпой. А я подобрала. Пожалела. Успокоила. Из рейсов пять лет ждала. Я что, по-твоему, ничего не заработала?
В моей голове мелькает догадка. Но она слишком ужасна, чтобы поверить вот так запросто.
— То есть ты не пишешь согласие на операцию… потому что…
Она недобро усмехается.
— Потому что боюсь, что он умрет на операционном столе. Знаешь, доктор говорит, что есть такой риск, что его слабенькое серце просто не выдержит наркоза, не говоря уж об операционном вмешательстве.
— Он умрет. Родственников никаких, кроме тебя, нет, — озвучиваю я свою мысль. — Ты получишь эту квартиру. Она так раположена, что стоит миллионов сорок, не меньше.
— О, да ты даже стоимость подсчитала? Видишь, Миланка, тут любовь какая! Всё о деньгах, всё о деньгах!
— Мы пойдем, пожалуй! — тяну девочку за руку, чтобы шла за мной.
Обойдя Илону, выходим из комнаты в длинный коридор. Крепко прижимаю к себе сумку с документами, опасаясь нападения.
Обуваемся. Стараюсь не паниковать.
Нам бы только выйти! А там до больницы доберемся, и всё обязательно будет хорошо.
Слышу, как Илона говорит кому-то. Видимо, по телефону:
— Маратик, тут моя Миланка и цыганка в белой кофте документы украли. Будь так добр, задержи их. Да, да. Хотят мою квартирку оттяпать. Что сделать? Эту прикрой на время где-нибудь, чтобы не влезла. А мою дуру я в психушку определю. Повод есть — таблеток наглоталась. В карте всё отражено.
Выскакиваю на площадку.
Рыдающая Милана, которая, конечно, всё слышала, следом.
Прижимаю ее к себе.
— Котенок, не плачь. Не слушай её! Мы тебя в обиду не дадим! Никита в себя придет, сам решит ситуацию! Нам бы только ему помочь! Так! Что же делать?
Вниз нельзя.
Внизу какой-то Маратик. И, может быть, не один.
Звоню в квартиру соседки тёти Тани.
Внизу слышен топот по лестнице.
Наверное, нам навстречу поднимаются! Вдруг это Илонины друзья?
Господи, хоть бы тётя Таня дома была!
Дверь открывается.
Оттесняя хозяйку, забегаем с Миланой в ее квартиру.
51 глава
— Тетя Таня, скорее, заприте дверь! — прошу соседку.
Да, конечно, Илона могла увидеть, что мы зашли сюда, но неужели станут ломиться в чужую квартиру?
Дрожащими руками запирает.
— Девочки, что случилось?
Прислушиваюсь, встав у двери.
Милана объясняет соседке дрожащим голосом.
Жесть какая! Самое главное, девочка шок сейчас переживает не из-за кого-то там, а из-за родной матери!
Слышно, что стучат в Никитину квартиру. Слышны голоса.
Заглядываю в глазок.
Не разобрать слов. Илона негромко отвечает. Два мужика — высоченных амбала посматривают в нашу сторону.
Что делать?
Один из них шагает к тети Таниной двери.
Нажимает на звонок.
Мы синхронно вздрагиваем.
— Боже мой, что делать? — тётя Таня испуганным шёпотом.
— Давайте притворимся, что нас нет! — Милана.
— Мы вызываем полицию! — кричу, прислонившись к двери.
— А и правда! Пусть приедут! Хоть попугают! — всплескивает руками тётя Таня и бежит за телефоном.
